Н 4
Шрифт:
Любой бы предпочел быть подальше от места, где с диким грохотом, ощущаемым даже тут, на относительной высоте, взмывали сами по себе могучие обломки скал,
помнящих сотворение мира. Поднимались и разбивались на куски, сталкиваясь друг о друга и ударяясь о склоны, вышибая из корней гор мрачный и тревожный гул.
Духи неба перестали слышать свою любимицу и выражали свою тревогу тем,
что умели лучше всего – разрушая целое и стирая в пыль уже разрушенное.
Большого труда стоило отвести их гнев от городов. Еще большего усилия воли потребовало не направить их на Нью-Йорк. Потому что вне зависимости от того, что
Аймара Олланта, дед и глава семьи, безмолвно отвернулся от ущелья и побрел к своей машине. Следом за ним медленно зашагал Аймара Катари, отец и глава клана.
Вокруг тихо засуетились стражи клана, занимая машины кортежа, и стоило действующему главе прикрыть пассажирскую дверь, кавалькада направилась по дороге в Лиму.
Двое знали, что хорошие новости не пройдут мимо их структур – высокородного сообщества отошедших от дел глав кланов, а так же информационных сетей молодых и жадных до свершений действующих лидеров крупнейших семей на территории двух континентов, откликнувшихся на призыв о помощи. Молчание означало, что ничего не изменилось, а проговаривать очевидное не было нужды.
Скорбь и боль и без того подсказывали, что будет с похитителями, когда их найдут.
Тем не менее, некоторые рабочие моменты стоили того, чтобы их упомянуть.
– Прибыли представители хозяина Нью-Йорка. – Неторопливо произнес сын.
– Почему они здесь, а не ищут мою внучку? – Прикрыл глаза Аймара Олланта.
– Просят денег на поиски.
Острый взгляд синих, как небо, глаз, вновь вынырнул из-под ресниц и внимательно посмотрел на нынешнего главу клана.
– Что ты решил?
– Послушаю их доводы. Покажу им ритуал. – Аймара Катари держал голову прямо и наблюдал за серпантином дороги впереди машины.
– Всем?
– Всем. – Коротко ответили бывшему главе клана.
А тот с сомнением покачал головой, но не стал оспаривать решение сына.
Современный мир не любит признавать традиции Аймара. С другой стороны,
какое им дело до современного мира.
Дороги до Лимы были заведомо расчищены авангардом кортежа, оттого путь до портового города, обладающего международным аэропортом и резиденцией для посольств иных стран, уместился в каких-то два часа. За это время закат сместился в бордовый спектр, а солнце превратилось в ослепительную золотую линию над горизонтом.
– Джерри Смит, - протянул им руку молодцеватый джентльмен четвертого десятка лет в костюме-тройке возле резиденции клана.
За его спиной стояли еще трое – столь же деловые и нестарые, с портфелями в руках и акульим прищуром во взгляде. За ними виделись два прокатных автомобиля
– из самых дорогих, что были в Лиме.
Аймара проигнорировали этот жест, но зато вперед вышел один из их охранников и отметил приехавших в Лиму крепким рукопожатием. После чего вновь ушел за спину своих господ.
– Соображения безопасности, а? – Улыбнулся, скрывая досаду Джерри, но не нашел понимания на каменных лицах высокородных Аймара. – Прошу прощения. Я и мои люди выражают сожаление и скорбь по поводу исчезновения сиятельной
Аймара Инки. Все силы, которые нам доступны, брошены на поиски.
–
Мы знаем. – Сухо отозвался Катари, людям которого за небольшие деньги докладывал лично глава полицейского департамента Нью-Йорка.А так же глава пожарной службы, федеральный маршал, особый агент разведывательного департамента и практически все главы более-менее крупных диаспор, с удовольствием бравших золото в обмен на информацию.
– Обследован отель. Налицо хорошо спланированный злой умысел – системы слежения и носители информации повреждены, как внутри здания, так и вдоль всех улиц по всем направлениям…
– Дальше.
– Все украшения благородной на месте, поэтому мотив. .
– Дальше, - уже с угрозой произнес Катари.
– Мы не можем действовать дальше границ государства Нью-Йорк. – С показным сожалением развел руками Смит. – Все наши усилия и просьбы в адрес соседних государств Америки принимаются, но с высокой долей вероятности не исполняются с должной степенью почтения и осознания важности вопроса. К сожалению,
традиция предписывает сопровождать такие запросы подарками.
– У вас нет денег на безопасность?
Трое за спиной Смита чуть нервно переглянулись.
– Боюсь, наши деньги разбудят старые противоречия, станут разменной монетой для выдуманных долгов, которые мы не признаем, и не помогут следствию.
Мы уверены, что если соседи увидят в этом деле ваши деньги, то не только примут их со всем почтением, но станут работать в несколько раз более старательно, из уважения к великим Аймара. Дело не в деньгах, а в их источнике. – Искренне произнес Джерри.
Словно сам верил, что деньги не будут разворованы в тот же день, а на десять процентов от суммы будет организована видимость поисков.
Американцы доподлинно знали, что действовали профессионалы, и ничего так просто не найти – из чего делали вывод, что не стоит тратить золото понапрасну, то есть мимо своего кармана. . Слишком сильно в их стране доверились технологиям и прогрессу – отчего были абсолютно не готовы к тому, что в интервале нескольких часов от похищения все системы внезапно стали слепы. А без своих камер наблюдения, которыми был утыкан почти каждый угол в «благополучной» части города, власти не знали, как подступиться к расследованию. Оперативная работа с людьми была осложнена статусом проживающих рядом людей - это вам не нищие кварталы, где сила и боль заставят припомнить каждую минуту – в фешенебельной части Нью-Йорка мигом поднимут такой крик, что их смели допрашивать… Потом придется заново убеждать половину мира, что люди с деньгами в Америке по прежнему равны аристократам, и это определенно не стоит жизни одной девчонки.
– Мы назначили награду в одну тонну золота.
– Да, но тут как никогда необходим аванс…
– Я подумаю насчет дополнительного золота. – Неспешно кивнул Катари, вызвав еле заметные выдохи у гостей и непроизвольную мимику довольства. – Пока же предлагаю посмотреть на ритуал поиска, организованный кланом.
– Великие Аймара могут отыскать сиятельную? – Изобразил радость Джерри, но в чертах лица мелькнула досада – эдак и аванса не увидят.
– Если она жива, мы это узнаем, - направился к воротам резиденции Катари, и те распахнули перед ним свои массивными каменные створки.