Наемник

– Подобьют, подобьют!!! – вторил другой.

Брюстер медленно повернул голову, ожидая увидеть что-то действительно ужасное, и увидел. Пятерка «Бейстов» уже практически заканчивала расстреливать тройку «Фрогов», от них летели фрагменты корпуса, и вскоре один из них взорвался. Спустя мгновение сквозь вспышку света проскочил один из айманских истребителей и пустил три последние ракеты со своих подвесок, а в довершении ко всему открыл пушечную стрельбу.

Трасса снарядов пролетела мимо, чего нельзя было сказать о двух ракетах, третья сразу ушла в сторону, отклоненная невидимым лучом «шторма». Перекручиваясь друг относительно друга, как в змеином танце, они стремительно приближались к борту «Элепханта». Сам «Бейст» заходил на второй виток, как бы между делом добивая последний оставшийся «Фрог», который, вот чудо, сумел сбить одного из своих противников. Остальные три «Бейста» готовились прикрыть атакующего собрата от двух подоспевших «Лихтнингов».

Казалось, рев внутри транспорта достиг своего пика, поскольку две из трех выпущенных ракет были совсем близко. Все понимали, что вряд ли броня выдержит двойное попадание. Но тут «Элепхант» выпустил целое облако разнообразных по действию противоракетных ловушек и шашек, способных защитить транспорт от ракет с самым разным принципом наведения.

Две ракеты действительно не прошли сквозь такой мощный заслон, сработав на ловушки. Но вот «Бейст» уже зашел на линию атаки и снова, более тщательно прицелившись, выпустил целый рой снарядов. Они с глухими ударами врезались в борт шаттла рядом с местом Макса, и он увидел, как что-то отлетело от борта. «Куски брони!» – догадался он.

Вибрация повторилась, но теперь она была несколько иной, и прежде чем Брюстер понял, в чем дело, он увидел две трассы снарядов, исходивших явно от самого «Элепханта».

– Бей его! Бей! – кричал Макс вне себя от радости.

Ответный огонь помешал «Бейсту» завершить начатое, и теперь ему самому приходилось уклоняться от смертельной опасности. Светящиеся точки, выстроившись в линию, преследовали истребитель, совершавший немыслимые кульбиты, одним словом, делавший все, чтобы не попасть под огонь.

Он уворачивался довольно долго и даже сам пару раз заходил в атаку, но неудачно. Точку в битве поставили подоспевшие «Коршуны». Они прогнали слегка подраненного противника, всадив ему еще пару снарядов, но преследовать не стали. Их задачей было защищать, а не атаковать. А через минуту и остальные айманские истребители отступили. До планеты оставалось совсем ничего.

– Ну, надо же! Я уж думал кранты нам, хи-хи, – истерично хихикнул Кастор. – Думаю все, ан нет, еще не все…

– А я обделался, как Бертрольд, – радостно сообщил Брюстер.

– О чем ты говоришь! Я вообще обосрался! Меня такой понос пробил, что кошмар просто. Даже не знаю, как быть, наши памперсы явно не рассчитаны на такую нагрузку.

– Да ладно, потом отстираемся, – сказал Макс. – Главное, живы остались.

– Это точно, – согласился Кастор.

– И как же я умудрился с такими засранцами познакомиться? – проговорил Эстевес. – Такое впечатление, что вам доставляет истинное удовольствие говорить об этом.

– Расслабься, Стюарт, мы просто очень рады, что остались живы, вот и все, – ответил на реплику Кастор Мешко.

– Понятно.

– Ну вот, кажется, скоро будет приземление.

Тайтар стал уже просто огромным желтым шаром с небольшим количеством темных трещин, означавших русла рек. И на этом фоне сотни десантных ботов. Вот только Брюстеру не понравились черные точки с едва различимыми белесыми хвостами, словно у головастиков. Вдруг одна из этих точек расцвела в ослепительно яркой вспышке, потом вторая, третья, четвертая… они все взрывались и взрывались до рези в глазах. Когда зрение восстановилось и перестали плясать чертики, Макс не обнаружил на своих местах по меньшей мере десятка два «Элепхантов». В их участи сомневаться не приходилось, поскольку еще трое камнем падали вниз в неуправляемом полете.

Снова появились черные точки, их было гораздо меньше, чем в первый раз, но и они могли нанести серьезный урон. Чтобы этого не случилось, их стали отвлекать на себя истребители, создавая своими машинами плотную группу, чтобы система наведения переключалась на них, и уводя ракеты от неповоротливых шаттлов. Но делали они это только в том случае, если по каким-то причинам «гравистон» не удавалось расстрелять из пушек или уничтожить своими ракетами, что иногда было не самым лучшим выходом из-за опасной близости челноков.

Как раз одну из таких ракет увели в сторону семь истребителей, но пилоты что-то не рассчитали, и она взорвалась раньше, чем они думали. Четыре «Лихтнинга» просто исчезли во вспышке, своими жизнями отведя угрозу от трех «Элепхантов». Остальных просто разбросало в стороны, и неизвестно было, остались они живы или нет.

31

Пусть и с потерями, но подавляющее большинство десантных челноков пробилось к планете и с жуткой тряской стало проваливаться к ее поверхности и точке высадки. Самолеты сопровождения ушли вперед, чтобы и дальше у десанта не возникало больших проблем.

– Запомните накрепко, – привлек к себе внимание капитан, когда тряска прекратилась. – Мы высадимся в двух километрах от точки ПВКО. Есть данные, что противник успел провести частичную передислокацию, и теперь там около пяти тысяч солдат и наверняка имеется тяжелая техника. Поэтому нам нужно как можно быстрее преодолеть дистанцию и захватить эту долбаную базу, пока они будут разворачивать тяжелое вооружение. А теперь приготовились.

Десантный челнок падал к земле, потом, как на учениях, он затормозил, и с одновременным ударом о почву раскрылись створки. Как оказалось, «Элепхант» создавал вокруг себя дымовую завесу поляризованного газа, чтобы противник даже через приборы не видел, что происходит. Подобная завеса обеспечила пару лишних секунд для высадки.

Макс Брюстер выскочил из шаттла и даже не понял, куда ему двигаться, в тумане он наткнулся на своего сержанта, свалив того с ног.

– Уроды! Вперед, что встали?!

– Есть, сэр! Только где находится этот «перед»? Ничего же не видно.

– Туда, урод, туда! – сержант озлобленно тыкал пальцем в пространство и, чтобы было понятнее, схватил Макса за шиворот и швырнул в указанном направлении.

– Понял, сэр.

Макс продолжил движение, а когда выбежал из облака, окончательно понял, куда направлен вектор атаки.

В двух километрах действительно находился холм, который и предстояло захватить. Туда с ревом неслись тяжелые танки, оставляя за собой шлейф высоко поднимавшейся пыли. И Брюстер бросился вслед за одним из них.

– Макс, ты куда?! – услышал он по радио голос Стюарта, когда пробежал мимо них, залегших в какой-то яме.

– Вперед, за ним, козлы! – выкрикнул какой-то капрал, сделав попытку поднять лежавших солдат. – Не лежать, иначе вам придется бежать по открытому пространству, придурки!