Не верь

— Прошу прощения, милая девушка, — расплылся в улыбке парень, — задумался и не заметил лужу.

Еще мгновение назад студентка юридического института в мыслях не очень лестно отзывалась о владельце шикарной машины, но его дальнейшее поведение смягчило девушку.

— Из-за тебя я опоздала в институт, — проворчала она, осматривая грязную одежду и окончательно убеждаясь, что придется возвращаться домой и переодеваться.

— Даже не представляю, как реабилитироваться? — напустил на себя задумчивый вид собеседник. — Чтобы как-то компенсировать потерянное из-за меня время — автомобиль и водитель в твоем распоряжении, — кивнул он на иномарку. Карпова не знакомилась с молодыми людьми на улице и тем более не садилась с незнакомцами в автомобили. Но тут обстоятельства непредвиденные, и она, машинально взглянув на часы, решила, что вполне может успеть, если воспользуется предложением.

— Что ж, предоставлю тебе возможность загладить вину. — Оля и сама не заметила, что произнесла эту фразу с некоторой долей кокетства.

— Николай, — представился он ей уже в салоне «мерседеса».

— Оля, — почему-то тихо произнесла она и отвела глаза в сторону. Кроме роста, Николай к себе ничем женщин не привлекал. Правда, немалую роль играли экипировка и дорогостоящий автомобиль. Но для Карповой такие вещи значения не имели. Видимо, как любая женщина, она чувствовала, что парень не прочь за ней поухаживать. Хоть в его словах не прозвучало и намека, но галантность, с которой он посадил ее в салон, взгляды выдавали скрытые мысли. Что больше всего понравилось девушке, так это то, что Николай не замечал той стены, которой она отгородилась от мужской половины. Пока она бегала менять одежду, новоявленный ухажер умудрился купить огромный букет красных роз и встретил ее с ним у выхода из подъезда.

— Это тебе, — произнес даже как-то торжественно.

— Не стоило тратить такие деньги.

Карпова понимала, что столь шикарный букет стоит недешево, но приняла его с удовольствием. Где-то в глубине души запульсировала дремавшая жилка самолюбия. Оказывается, и она привлекает внимание. Даже мелькнула мысль, что он нарочно ее обрызгал. Девушка была недалека от истины, единственное, что не приходило в голову, — это причина, по которой Николай так поступил.

По дороге в институт они беседовали уже как старые знакомые. Тепло салона, мелодичная песня, мягкое и удобное кресло — и она почувствовала себя уютно, на занятия уже не хотелось. Если бы прилежной студентке, старосте группы, хотя бы час назад сказали, что у нее пропадет желание учиться, пусть временно, — ни за что бы не поверила.

— Так ты принимаешь мое предложение? — долетел до студентки голос водителя, и она поняла, что задумалась и давно не слушает его. Чтобы не ставить себя в неловкое положение, утвердительно кивнула головой.

— Тогда я заказываю столик на вечер и в полседьмого стою у твоего подъезда.

Только теперь Оля сообразила, что дала согласие сходить с Николаем в ресторан.

«Ну что ж, оно и к лучшему, нужно когда-то начинать», — подумала она. Девушка проследила за взглядом парня и заметила, что тот с интересом рассматривает ее ноги. И сама удивилась, что надела на себя мини-юбку, которую ей купил отец несколько лет назад и которой она еще ни разу не пользовалась. Выходит, она сама подсознательно желала понравиться новому знакомому, раз и не заметила, во что оделась. Карпова испытала двойственное чувство. С одной стороны — стыд, проявившийся румянцем на щеках, с другой — удовольствие от того, что ее разглядывают. В речи собеседника не проскальзывало пошлости, но в поведении была развязность и бесцеремонность. Он вел себя так, будто оценивал недавно приобретенную вещь. Как ни странно, и это импонировало Оле. Главное — он видел в ней женщину. Она не одернула задравшуюся и без того короткую юбку, наслаждаясь непривычным состоянием. Опустив веки, девушка искала в Николае положительные качества, не заостряя внимания на отрицательных сторонах, которые бросались в глаза куда сильнее.

— Приехали, — положил руку ей на колено Ерофеев.

— Что? — очнулась девушка и почувствовала тепло его ладони. — У тебя теплые руки, — вырвалось у нее непроизвольно. Догадавшись, что сморозила глупость, осторожно убрала его руку с колена. — Извини, сама не соображаю, что несу, — и взялась за дверную ручку.

— Не торопись. — Николай понял, что имеет дело с девственницей, длительное время дожидавшейся своего принца. Он еще не занял свободного до сей поры места, но упускать такую возможность не собирался. «Девчонка под впечатлением, нельзя отпускать ее из этого состояния», — уже зрели планы в его голове. Он лихо развернул автомобиль так, что их тела вдавились в упругие спинки кресел, и набрал скорость, обгоняя весь транспорт чуть ли не по противоположной стороне движения. Встречные шарахались, прижимались правее.

— Сумасшедший, — прозвучало из уст пассажирки как комплимент. Но она даже не поинтересовалась, почему он не высадил ее у института.

— Мне понравилась девушка, и я ее похищаю, — объявил Ерофеев.

— И куда ты намереваешься ее спрятать? — вспыхнули глаза собеседницы и обнажились ряды белоснежных зубов. Именно это редкое выражение ее лица могло свести с ума любого мужчину. Подействовало оно и на Николая.

«Да она просто красавица!» — восхитился он про себя. Вслух же произнес:

— В конце двадцатого века красавиц похищают, но не прячут. Мы не станем дожидаться вечера, а прямо сейчас отправимся в ресторан. Пусть все знают, что столь изысканная дама не гнушается моим обществом.

Если бы он только догадывался, каким перезвоном отозвался его комплимент в душе девушки, то понял бы, что это уже победа.

Ерофеев наглядно продемонстрировал студентке, что личность в городе он довольно-таки влиятельная. За проезд на красный свет его остановили работники ГАИ. Но злостного нарушителя правил дорожного движения инспекторы узнали, уважительно поздоровались и отпустили чуть ли не раскланиваясь. Даже перед ее отцом — генералом и то так не лебезили представители закона. В ресторане забегали официанты, выделили лучший стол в зале, а заказ принял завзалом.

— Ты, случайно, не волшебник? — задала Оля наивный вопрос.

— Почему так решила? — удивился тот.

— На дорогах для тебя зеленая улица, стол накрывается со скоростью скатерти-самобранки, а изобилием и скатерть-самобранка уступает, — улыбнулась собеседница.

— Так все благодаря тебе, — слукавил Николай. — Гаишникам я сказал, что везу финалистку конкурса красоты, и они отпустили. А тут ты просто затмила всех своей улыбкой, вот они и забегали, словно угорелые.

— Врунишка, — не без кокетства отозвалась она. За каких-то пару часов человек преобразился. Перед Ерофеевым сидела респектабельная дама из высшего общества. Правда, недоставало соответствующего наряда и драгоценностей, но манерам и раскованности можно было только позавидовать.

Пробка из-под шампанского отлетела в сторону и угодила в глаз официанту.

— Нечаянно, — даже не извинился, а просто констатировал факт единственный сын вора в законе. Официант проморгался и выдавил улыбку.

— Я не в обиде. Еще что-нибудь желаете?

— Свободен, понадобишься — позовем, — отмахнулся Ерофеев, наполняя фужеры шипящим и пенящимся серебристым напитком.

Даже от такого легкого напитка не привыкшая к спиртному девушка ощутила приятное головокружение.

— А почему кавалер не приглашает даму танцевать? — стрельнула она глазками.

— Сей момент. Официант! — заорал Николай на весь зал. Посетителей в это время было мало, но те, которые были, не замечали развязного поведения молодой парочки. Наверняка они бы пришли в изумление, если б знали, что с сыном авторитета криминальных структур города веселится дочка генерала милиции. Но так уж сложилось в современном обществе, что детей криминальных авторитетов куда большее количество людей уважает и знает в лицо, чем детей тех, кто от этих авторитетов граждан защищает. — Заведующего залом позови, — отпустил Николай указание мужчине в темном костюме, с бабочкой вместо галстука. Буквально через тридцать-сорок секунд перед ними предстал человек почтенного возраста.

— Слушаю, Николай Юрьевич.

— Организуй музыку.

— Вы же знаете, что музыканты работают только после семи вечера.

— Вот народец! — покачал головой Ерофеев и одарил его таким взглядом, что у того по спине побежали мурашки. — Не дорожат своим теплым местечком. — По его фразам могло показаться, что он отчитывает своего подчиненного.

— Что-нибудь сообразим, — тут же пообещал завзалом и поспешно удалился. Минут через пять в зале невесть откуда появились огромные колонки, стационарный усилитель и магнитофон.