Обреченная

Девушка перевела взгляд на юго-запад. Земля уходила вниз, под откос, и постепенно поднималась, а потом уходила вверх почти отвесно, переходя в протяженный горный хребет. Этот хребет простирался от горизонта до горизонта. Будет очень трудно подняться туда, наверх, с Найтингейлом и великим человеком на буксире. Налетел сильный порыв ветра, пытаясь сдуть ее с уступа. Это напомнило ей, по какой местности им предстоит идти и что времени у них мало.

Хатч лежала возле костра. Келли увидела, что глаза у нее открыты.

–  Что будем делать?
– тихо спросила Хатч.

–  Пора идти, - ответила Келли.

Хатч кивнула.

–  Давай дадим им еще немного поспать.

–  Я не уверена, что идти будет легче, а не труднее.

–  Если они начнут сдавать, - заметила Хатч, - упрощение местности нас все равно не спасет.

Макаллистер мирно посапывал, положив голову на один из пакетов; Найтингейл лежал на боку у костра, сняв сапоги.

Келли уселась рядом с ней.

–  Путь предстоит долгий, - сказала она.

–  Ничего, - отозвалась Хатч.
– Будем идти, пока кто-нибудь не свалится.
– Она взглянула на костер.
– Не хотелось бы мне никого оставлять.

–  Мы могли бы потом вернуться за ними.

–  Если их к тому времени не съедят. Ты и вправду считаешь, что кто-то из этих двоих в состоянии выжить сам?

–  С ним остался бы один из нас.

Хатч покачала головой.

–  Безопаснее не ослаблять нашу огневую мощь. Если мы разделимся, то точно потеряем еще кого-нибудь.
– Она глубоко вздохнула и посмотрела на Келли.
– Будем держаться вместе, пока сможем. А если начнем опаздывать, то сделаем то, что должны сделать.

Келли нравилось считать себя последним боевым пилотом. Она начинала свою карьеру в качестве военного летчика на службе в миротворческих войсках. Когда с течением времени эти войска утратили свою полезность (что с ними случалось примерно каждые полвека), когда последние вспышки гражданских войн были успешно подавлены и диктаторы ушли на покой, она научилась управлять космическими кораблями и перевелась в Патруль. Однако эта работа оказалась на удивление скучной. Патруль вовсе никуда и не летал. Он патрулировал. Когда кто-то слишком напивался, попадал в сложную ситуацию или оказывался чрезмерно беспечным, Келли с коллегами демонстративно бросались ему на помощь. При этом она никогда не путешествовала по-настоящему. Келли была приписана к определенной зоне и просто делала вместе с коллегами круг за кругом, бесконечно посещая одни и те же восемь или девять станций. И следила все эти годы за тем, как сверхсветовые суда Академии прибывают с пока еще не названных планет. Или с исследовательских рейсов к Омега-облакам. Или из экспедиций для изучения быстро вращающихся объектов, таких как нейтронные звезды и черные дыры.

Не прошло и года, как Келли прошла собеседование и устроилась пилотом в Академии. Денег платили примерно вдвое меньше того, что она зарабатывала раньше, корабли были более спартанскими, а дополнительные льготы почти отсутствовали. Однако люди, с которыми она летала, были намного интереснее, чем патрульная команда. И она полюбила свою новую работу.

Однако этим утром Келли изменила свое мнение о ней. Как мог бы выразиться Макаллистер, по сути ее работа была не что иное, как «тоска зеленая».

Найтингейл сел, осмотрелся и вздохнул.

–  Люблю удобства.
– Он с трудом поднялся.
– Вернусь через минуту.

Келли разбудила Чианга.

–  Труба зовет, - сказала она.
– Сходи вместе с ним.

Чианг скорчил недовольную гримасу, с минуту размышлял, что он него требуется, потом встал и двинулся следом за старшим мужчиной. Никто никуда не уходил без сопровождения. Место, предназначенное для естественных отправлений, находилось на полпути вниз на задней стороне холма, в овражке. Там как раз хватало пространства для относительного уединения.

Келли наполнила котелок снегом и поставила его на огонь.

Макаллистер повернулся и посмотрел на нее.

–  Что, пора отправляться в поход?

–  И чем быстрее, тем лучше.

Хатч протерла глаза, снова закрыла их, затем посмотрела на серое небо.

–  Еще одно прекрасное утро на Обреченной.

Она сделала глубокий медленный выдох. Затем достала кружку и зубную щетку.

Далеко на востоке что-то двигалось. Келли взяла бинокль и всмотрелась в полоску поросшего травой склона. Приближалось стадо покрытых шерстью животных, крупных неуклюжих созданий с рогами и клыками. Их головы, чрезвычайно безобразные, очень походили на носорожьи. Животные немного свернули и исчезли за стеной леса, но Келли еще долго слышала их топот.

Путешественники вытащили еще один набор консервов. Келли выбрала бекон, яйца и печеные яблоки. Все это запила кружкой кофе.

–  Когда будем идти, - сказала Хатч, - давайте высматривать, чем можно пообедать.

–  Правильно, - отпив глоток кофе, подтвердил Макаллистер.
– Сдается мне, что всех уже интересует вкус местной пищи.

Келли подумала: «Способен ли он спросить, сколько времени, так, чтобы его вопрос не звучал цинично?»

***

Группа с трудом пробралась по южному склону, то входя, то выходя из рощиц, пересекла вброд ручей и какое-то время шла вдоль этого потока. Порой на глаза попадались покрытые мехом существа, местные «белки», и крупные животные, с виду самой природой предназначенные для обеда. Люди всегда держали резаки наготове, ожидая, когда кто-то окажется достаточно близко. Однако животные держались на расстоянии.

–  Нам нужно оружие с большей дальностью действия, - заметил Чианг.

Хатч спросила, способен ли кто-нибудь обращаться с луком и стрелами.

Никого, владеющего таким умением, не оказалось.

Путешественники пересекли долину и стали подниматься по очень крутому откосу, который Келли уже видела с уступа прошлой ночью. Снег стал рыхлым, и передвижение давалось с большим трудом. Стертые ноги Найтингейла вконец разболелись, а Макаллистер, пробираясь по снегу, непрерывно брюзжал. Хатч объявила привал.

Солнце стояло прямо над их головами, и примерно час они находились на верху блаженства. Осталось несколько пончиков, которые они честно поделили. Мак настаивал, что чувствует себя превосходно и пора отправляться в путь. Найтингейл, хотя было заметно, что он испытывает некоторые неудобства, не возражал, и все двинулись дальше.

Добравшись до гребня горы, они обнаружили, что земля резко уходит вниз, в седловину, и вскоре им снова пришлось подниматься, но уже под более умеренным углом. Макаллистер заметил, что планета, похоже, состоит в основном из склонов, ведущих вверх.

Они торопливо шагали еще час, а потом остановились, разожгли костер и сварили кофе.

–  Если кто проголодался, можете поесть, - произнесла Хатч.

Однако день при девятнадцатичасовых сутках короток, и ланч последовал почти сразу за завтраком. Тем не менее эта неуместная задержка никого не встревожила.

–  Поужинаем мы тоже пораньше, - пообещала Хатч.

Во время послеполуденного перехода Найтингейл пожаловался, что ему холодно.

Хатч проверила его снаряжение и объявила, что энергетический блок неисправен. Она заменила его на один из тех, что забрала с посадочного модуля.