Общий враг

– Понимаю, – сказал Одиэй.

На мониторе появилось изображение Фальпара, которое быстро сменилось фотографиями литуранской и теллемунской баз.

– Уже сорок лет мы летаем на Фальпар, – сказал Тренулар. – Королевство и Империя построили там по базе. Как только открывается очередное стартовое окно, к Фальпару летят корабли с грузами и людьми. Казалось бы, все здесь ясно, все хорошо. Но смотрите…

Одиэй увидел перед собой фальпарскую базу королевства Литурания.

– Это ваша база двадцать пять лет назад.

Впрочем, Одиэй и сам заметил, что снимок сделан очень давно – именно его чаще всего воспроизводили в газетах и журналах в первые годы после открытия базы. Да и сейчас он еще изредка мелькал кое-где в новостях. Многие журналисты и редакторы массовых изданий разбирались в космонавтике не лучше своих читателей, и поэтому выдавали за современность явное старье.

– А это то, как она выглядит сегодня, – сказал Тренулар.

Экран мигнул, и база чуть повернулась – по крайней мере, выглядело это именно так. Различия между двумя фотографиями были самыми минимальными. Надземные сооружения заметно обветшали, но их количество и расположение остались прежними. И еще изменилась фотоаппаратура. Двадцать пять лет назад снимали на пленку, а теперь – явно с помощью цифровой камеры.

Тренулар щелкнул “мышью”, вернув старый снимок, и сказал с усмешкой:

– Из этих двух фотографий можно сделать стереопару: различий все равно никаких – только ракурс немного не совпадает. База не развивается уже много лет, хотя корабли снабжения прилетают на Фальпар регулярно. По моим расчетам, их грузоподъемности хватило бы, чтобы построить за это время еще как минимум одну такую базу. Разумеется, я учел при этом, что им нужно привозить продовольствие, запчасти и прочее. Но, разумеется, гонять эти корабли полупустыми никто не будет. Отсюда следует единственный вывод: база – это всего лишь прикрытие. На самом деле основные грузы уходят куда-то в другое место. И место это находится отнюдь не на Фальпаре.

– Послушайте, но это же…

Одиэй запнулся, не желая употреблять грубые слова типа “чушь” или “бред”, и в то же время не зная, какую найти им адекватную замену.

– Нет, я, конечно, не специалист именно по пилотируемой межпланетной тематике, – сказал он. – Но прессу читаю, и за полетами на Фальпар слежу довольно внимательно. Можно взять любую энциклопедию и узнать, какой максимальный груз могут взять эти корабли. И сравнить с фактической массой реальных грузов. Там все сходится идеально. Корабли эти всегда забиты под завязку. Те, кто занимаются их отправкой, постоянно идут на всякие ухищрения, чтобы втиснуть туда лишнюю сотню килограммов.

– Довольно странно, что вы не верите вашей прессе, пишущей о политике, но полностью доверяете журналу “Звездный путь”, – ответил Тренулар. – А если он тоже пишет неправду?

– Потому и верю, что он не пишет о политике.

– Да, напрямую не пишет. Почти. Тем не менее, все его материалы столь же идеологически безупречны, как материалы какого-нибудь там “Литуранского патриота”. К тому же информацию он черпает из официальных источников. Но никто же не проверял, что на самом деле грузят в эти корабли, и сколько все это весит. А я вот решил проверить.

В этот момент Одиэй ощутил к Тренулару острую неприязнь. Какое он имеет право так глубоко совать нос в литуранские дела?

– И каким же образом? – сухо спросил Одиэй. – Внедрили в ККА своих агентов?

– Нет – это было бы слишком рискованно. Я просто очень тщательно проследил всю цепочку – от литуранских космодромов до взлетно-посадочной площадки фальпарианской базы.

На экране появилась эффектная фотография стартующего шаттла.

– Межпланетные корабли отчаливают примерно раз в два года – когда открываются стартовые окна, – продолжал Тренулар. – Но тайные грузы для них, понятное дело, должны доставляться на орбитальную станцию непрерывно, небольшими порциями – так их легче спрятать среди всего остального. Есть грузы, которые прямо называются секретными – и часть из них наверняка предназначена для базы на восемьдесят восьмом. Но часть, наверное, небольшая: все-таки для поддержания грандиозной военной инфраструктуры в космосе нужно доставлять на орбиту тысячи тонн в год, и здесь-то дебет с кредитом более-менее сходятся.

Тренулар вывел на экран таблицу. Одиэй увидел названия миссий, даты стартов и массовые сводки.

– Это все полеты шаттлов на станцию “Литурания” между двумя последними стартами к Фальпару, – сказал Тренулар, покручивая колесико “мыши”, чтобы показать не умещавшуюся на экране таблицу целиком. – Обратите внимание – шаттлы постоянно летают хронически недогруженными. Где-то недогруз составляет тонну, где-то две. А здесь вот целых четыре с половиной… В общем, за год набирается тонн пятьдесят. Само по себе это, конечно, ни о чем не говорит, кроме того, что эти шаттлы несколько переразмерены. Но, тем не менее, возьмем на заметку, что техническая возможность по доставке в космос неучтенных грузов имеется. Но как эти грузы доставить к цели? Можно, конечно, привезти их на орбитальную станцию возле Фальпара, и уже оттуда отправить на астероид. А можно сделать проще. Ведь корабль на пути к Фальпару все равно должен пролететь мимо восемьдесят восьмого. Конечно, расстояние между ними будет весьма значительное – примерно пятнадцать миллионов километров. Но ведь отправить туда можно не сам корабль, а его часть – некий модуль, который отделяется от корабля после выхода последнего на гелиоцентрическую орбиту, и летит дальше по своему пути.

– И вы смогли вычислить этот модуль? – нетерпеливо спросил Одиэй.

– А здесь и вычислять не надо – все и так ясно с первого взгляда.

Тренулар сменил картинку и навел курсор на модуль межпланетного корабля, пристыкованный к боковой поверхности жилого отсека и поэтому сильно нарушавший симметрию тысячетонного колосса.

– Складской отсек, – пояснил Тренулар. – Вернее, якобы складской отсек. По сути, это единственно возможный кандидат на роль секретного корабля. Он достаточно вместителен и не вызывает интереса у широкой публики. Ваш замечательный “Звездный путь” не опубликовал ни одной фотографии, сделанной внутри него. Не видел я таких фотографий и в других изданиях, да и в Сети их тоже нет.

– Ну, почему же нет? – спросил Одиэй. – Есть. Я точно помню, что эти фотографии где-то появлялись.

– Это были фотографии, сделанные еще до запуска, и доверять им не следует. Скорее всего, сфотографирован был какой-то макет. Но вы не найдете ни одной фотографии, сделанной внутри этого модуля во время межпланетного полета. Я в свое время потратил много времени, чтобы их найти, но так и не нашел.

– Но стоит ли из этого делать далеко идущие выводы? Склад – он и есть склад. Что там интересного? По-моему, фотографий может не быть именно по этой причине.

– Ничего интересного? – ухмыльнулся Тренулар. – Думаю, подавляющее большинство читателей “Звездного пути”, да и ваших книг тоже, с вами не согласится. Человека, по-настоящему увлеченного космонавтикой, должно интересовать всё. Я, честно говоря, даже удивляюсь, почему руководители этой секретной операции не изготовили некую фальшивку, некий репортаж из якобы складского модуля. Не думаю, что это было бы так уж трудно. Можно было бы даже показать настоящий секретный корабль, слегка замаскировав некоторые детали интерьера. Если, конечно, из главного корабля в него есть прямой доступ. Складской модуль может быть просто контейнером, пустой оболочкой, а маленький корабль вкладывается в него, как батарейка в фонарик. Хотя проникать в него из главного корабля было бы все равно удобнее.

Тренулар посмотрел на Одиэя, как бы спрашивая: “Ну, что скажете, господин хороший?” И по вдохновенному виду миллиардера чувствовалось, что он с нетерпением ждет возражений и готов броситься в новый спор, чтобы победить – или, по крайней мере, сильно потрепать своего соперника.

Решив, что в этом споре более правильным будет спуститься от общего к частному и ударить в конкретные уязвимые места, Одиэй сказал:

– Так ведь этот модуль совсем небольшой. Если не ошибаюсь, пятнадцать метров длиной и около пяти диаметром. Что туда поместится?