Одержимость

— Что вы имеете в виду?

— Габриэлла Грант взяла его за горло мертвой хваткой. Допустим, она отказала ему до тех пор, пока он не сделает из нее честную замужнюю женщину. Такое давление может свести с ума любого мужчину. — Майк чуть не подавился смехом. — Как ни крути, придется признать, что у Кэйна было предостаточно мотивов для убийства жены.

— Простите, конечно, — покачала головой Кейт, — но, мне кажется, ни один из этих мотивов не послужит причиной осуждения Кэйна в его кругу.

— Вы так считаете, потому что вам не нравится сама идея.

— Какая идея?

— Не притворяйтесь, Кейт. Идея о связи Кэйна с Габриэллой Грант и о его причастности к убийству собственной жены. Обе эти идеи и каждая из них по отдельности задевают вас за живое.

— Что вы хотите этим сказать?

— Бросьте, Кейт! — В голосе Майка вновь прозвучал неприкрытый скепсис.

Кейт принялась внимательно изучать свои ногти, мимоходом отметив, что с большого пальца начал отслаиваться лак. Разговор явно приобретал опасный характер, и она решила проигнорировать реакцию Майка, однако детектив не собирался отступать.

— Вспомните вчерашнюю беседу с Кэйном. Хотел бы я прокрутить вам видеозапись, чтобы вы поняли — язык тела, взгляды…

— Что-что?

Майк коротко хохотнул.

— Скажите еще, что вам по-прежнему неясно, о чем я говорю. Разве вы не заметили, как он первым делом посмотрел, носите ли вы обручальное кольцо?

Стараясь скрыть изумление, Кейт взглянула на Трейвиса.

— Ну, надо же, какие мы наблюдательные, — съязвила она, правда, достаточно вяло.

Майк улыбнулся — удивление Кейт доставило ему удовольствие.

— Такая у меня профессия. Я внимательно следил за ним и слушал, стараясь не пропустить ни одного слова, ни одной интонации.

— И что же вы прочитали в его движениях и мимике?

— Он работал на публику, играл для вас, Кейт. Играл с самого момента знакомства. «Читать вашу книгу было истинным удовольствием, миссис Маккаскер», — передразнил Майк Джека Кэйна. — Ослабляя галстук, он буквально пожирал вас глазами. И когда говорил, что ему нравится общество умных женщин, — его взгляд тоже был обращен к вам. Наладив с вами визуальный контакт, он играл для вас и на вас.

Кейт нервно рассмеялась. Майк практически ничего не упустил. Вдобавок, как она поняла, сказал он далеко не обо всем, что увидел.

— Хорошо, — произнесла она наконец. — Кэйн смотрел на меня, но разве это преступление, просто я намного привлекательнее, чем вы или Гарри. Неужели это надо объяснять?

Попытка обратить все в шутку не имела успеха. Лицо Майка окаменело.

— Эти флюиды шли в обе стороны, — жестко констатировал он.

Кейт почувствовала раздражение.

— Вы серьезно?

Перестраиваясь, Майк увеличил скорость, и Кейт заметила, что стрелка спидометра приблизилась к девяноста.

— Вы тоже не могли оторвать от него глаз.

— Ну, простите меня, если можете! Но ведь он был объектом допроса…

— У вас очень выразительные глаза, Кейт, — продолжал Майк, словно не слыша ее возражений. — Это весьма сильно отвлекает, когда во время полицейского дознания красивая женщина наивно хлопает ресницами, не сводя взгляда с главного подозреваемого.

— Перестаньте, Майк! — Кейт от души рассмеялась, но быстро осеклась, подумав, что его слова могли быть продиктованы не только объективным наблюдением.

Мысль о том, что он использует свое положение, чтобы причинить ей душевное беспокойство, вызвала раздражение. Однако женская мудрость взяла верх, подсказав ей, что не стоит вести разговор в том же духе.

— Ладно… — согласилась Кейт после недолгого молчания. — Пожалуй, вы правы. Я больше не буду хлопать ресницами в присутствии Джека Кэйна. Просто он меня заинтересовал. Видите ли, Кэйн — представитель довольно редкой породы мужчин.

— Вы снова проявляете праздное любопытство, Маккаскер?

— Не праздное, а профессиональное, — с достоинством поправила Трейвиса Кейт.

— Однако вы не отклонили его приглашение на обед.

Кейт замешкалась с ответом. Майк явно провоцировал ее разговорами о Джеке Кэйне, и она не знала, как себя вести в этой ситуации. В конце концов Кейт решила подавить раздражение и спустить все на тормозах.

— Вы находите что-то непрофессиональное в обеде с объектом изучения? — жеманно спросила она. — Это же так заманчиво — расслабиться за хорошей едой и поближе узнать человека.

Майк неожиданно расхохотался.

— К Кэйну это не относится. Судя по тому, как он вел себя вчера, ему не свойственно плакаться собеседникам в жилетку.

Не веря своим ушам, Кейт посмотрела на Майка, в ней закипал гнев. Неужели Трейвис думает, что он намного лучше Джека Кэйна?

— И не стыдно вам?! — Она выпалила эти слова прежде, чем успела сдержаться. — Похоже, мне никогда не избавиться от таких самоуверенных типов, как вы.

Трейвис искоса взглянул на Кейт, и она заметила, что он тоже злится. Казалось, еще мгновение, и Майк выплеснет свою злость на нее, но голос его прозвучал спокойно, почти мирно:

— Вы просто не очень-то и хотите этого, Кейт. Я не слышал никаких жалоб или возражений с вашей стороны на прошлой неделе.

Кейт вспомнила, как она расслабилась на вечеринке в объятиях Майка, и вновь ощутила нарастающий гнев. Кто дал ему право обращать против нее минутную женскую слабость?

— Значит, вы плохо слушали, — огрызнулась она. — И не беритесь судить о том, чего не понимаете…

— В самом деле? — ехидно прищурился Майк. — Возможно, я неверно понял ваши сигналы, но могу поклясться, что вам хотелось гораздо большего, чем просто поприжиматься во время танца.

Реакция Кейт была мгновенной — взметнувшаяся вверх ладонь оставила красный отпечаток на щеке детектива.

Майк не проронил ни слова, но, посмотрев в зеркало заднего вида, направил «порше» к обочине. Ничего не сказал он, и когда Кейт велела ему убираться к черту.

Обойдя машину, она решительно открыла дверь со стороны водителя, и только тут Майк наконец заговорил, напомнив о вещественных доказательствах, которые лежали в багажнике.

— Я не могу доверить их вам, — пояснил он, вылезая из «порше».