Одержимый: Книга третья

Караван наш меж тем дополз до самого особняка и остановился. Закончилось наше путешествие. Наконец-то. Леди спрыгнула со своего коня и бросила поводья подскочившему мальчишке-слуге. А вслед за Кейтлин с облегчением покинул седло и я.

— Родители дома?.. — тотчас же обратилась моя невеста с вопросом к какому-то напыщенно-важному, разодетому в бархат и золото, седоусому старику с бакенбардами.

— Нет, леди, они отбыли не далее как вчера к герцогине Аутгейт, на празднество посвящённое тридцатилетию её замужества.

— Понятно… — как мне показалось, облегчённо вздохнула Кейтлин. Заулыбалась сразу и принялась распоряжаться: — Значит так, Скиттер, гони сюда всех, пусть разбирают трофеи. Чтоб через полчаса кроме головы ничего здесь не было. Посмотришь там с нашими спецами, решишь — что пристроить в хранилище, что выставить на продажу. Лошадей и повозки — однозначно распродать, конюшня у нас не безразмерная. Прибывших людей покормить, после расчёта — распустить… — Тут она наткнулась взглядом на меня, запнулась, но сразу же продолжила: — Тьера Стайни в гостевых апартаментах разместить. Его людям тоже место подыскать.

— Будет исполнено, — с достоинством поклонился внимавший леди старик, являющийся видимо здешним дворецким.

— Да, Стайни, — спохватилась собравшаяся было взбежать по ступенькам на крыльцо и скрыться в доме Кейтлин. — Что ты собираешься со своей добычей делать? Если ещё не определился, то можно её пока в нашей сокровищнице разместить.

— Вообще-то я б такой, чтоб распродать все свои трофеи побыстрей, обернуть в звонкую монету, да и забыть о них, а не возиться с ними и дальше, — поведал я ей о своих размышлениях по этому поводу. — Только пока не знаю как всё это в темпе провернуть… Не стоять же мне со своим добром на торгу.

— Скиттер, пошли людей за крупными скупщиками ювелирки, пригласи надёжного оценщика, счетовода, и помоги тьеру Стайни распродать всё, — моментально отреагировала моя невеста. И улизнула.

А я покачал головой. Как всё просто у аристократов… Мне бы такое решение и в голову не пришло — приглашать занятых людей к себе. Сам бы, скорей всего, по лавкам ювелиров отправился, предлагая свой товар… Это ж мне трофеи сдыхать нужно, а не им их необходимо приобрести. А Кейтлин всё вывернула наоборот.

Но, разумеется, такой поворот событий устроил меня более чем. Не надо мотаться по столице сбивая ноги день-деньской, достаточно посидеть на возу всего-то с часок, да начать распродавать свои трофеи примчавшимся ювелирам. Причём по максимально возможной цене! Лежащие на возу побрякушки сначала опытный оценщик осматривал, примерную цену называл и скупщикам передавал, а те уже начинали за неё торговаться начиная с суммы на десятую часть меньше заявленной и понемногу надбавляя. Никакой там, как Римхолле, половины или трети цены от реальной стоимости предмета! Разве что комплект превосходных женских украшений из речного жемчуга всего лишь за четыре пятых ушёл. Да и то лишь потому, что не пользуются сейчас спросом в столице такие побрякушки.

Часа полтора торгов — и воз почти пуст. Остались лишь драгоценные слитки, которые я и не доставал, да переместились в один опустевший сундучок защитные амулеты и медальоны, те что я снял с отряда мародёров и остались валяться жезлы магов. Этот товар я решил пока попридержать на случай если вдруг придётся свою дружину снаряжать. А в руках у меня очутилась внушительная пачка векселей и расписок на шестнадцать с половиной тысяч золотом. На значительно большую сумму, чем я рассчитывал выручить. Что приятно весьма.

Разделался я, значит, с основной морокой, а тут и приглашение к столу подоспело. Леди отобедать меня позвала. Не лично разумеется — заслала слугу. Который и сопроводил меня в малую обеденную залу, расположившуюся на первом этаже в левой части особняка.

Пока я занят был, Кейтлин успела не только ванну принять и мужской костюм на платье сменить, но и новую причёску соорудить. Потому на явившегося всё в том же, немного запылённом наряде меня, леди посмотрела весьма неодобрительно. Но ничего не сказала — лишь указала на место справа от неё, сидящей во главе длинного стола. За которым не было больше никого кроме леди. Что странно, ведь обычно к трапезе в таких домах приглашаются очень многие. На что, собственно и намекают размеры стола, за которым без труда разместится с полсотни гостей. А они в особняке есть… Я ж, пока добро своё распродавал, нет-нет да посматривал на пришедший поглядеть драконью башку люд. А там не только охранники или слуги крутились, встречались и явно благородные лица, судя по их манерам и одежде.

Пожав плечами, я не стал акцентировать на этом внимание. Вдвоём будем обедать, так вдвоём. Так даже лучше. Проще как-то… Уселся, в общем, да принялся за еду. А то уж проголодался не на шутку…

Отдав же должное кухне в доме ди Мэнс, я к леди с насущным подступился. Задав провокационный вопрос: — Так когда мы будем определяться с датой нашей свадьбы, моя дорогая?

Кейтлин отчётливо перекосило после моих слов, но она удержала себя в руках, обойдясь без сквернословия и прочего непотребства. Замерла, не донеся до рта нанизанный на вилку кусочек пирожного, и с некоторым удивлением покосилась на меня. Да вымолвила: —О чём ты говоришь, Стайни? Какие сейчас могут быть обсуждения, когда до дня награждения отличившихся осталось всего полтора дня, а тебе даже явиться не в чем на церемонию? — И недовольно сдвинула бровки: — Надеюсь, ты не хочешь сказать, что собираешься отправиться на торжество, где будет сам император вот так?

— Не, понятно, что заявиться в такой одежде на церемонию будет неправильно, — признал я очевидную справедливость замечания леди, бросившей выразительный взгляд на мою самую обычную, ничем не примечательную куртку. — Но…

— Вот и хорошо, что ты это понимаешь, — удовлетворённо произнесла леди, перебив меня и не дав сказать, что подбор наряда конечно важен, но не так сильно, как принятие совместного решения о дата свадьбы. Столичные лавки вполне себе могут и подождать. Там делов-то всего на пару часов — одежду себе подходящую подобрать… О чём я и попытался немедля донести до Кейтлин. Но она опять не дала мне и слова сказать, заявив: — Значит я немедля прикажу швеям заняться твоим нарядом.

— Так зачем его шить? — попытался возразить я. — Готовый костюм купить, да и всё.

— Стайни, ты что, собрался приобрести одежду в лавке готового платья?! — с таким неприкрытым осуждением уставилась на меня Кейтлин, что я счёл за лучше прикусить язык и сдаться на милость швей. Хоть и, чувствую, затянется, это не на час и не на два, ну да ничего — потерплю.

— Хорошо, будь по-вашему, — махнул я рукой. Но не удержался от шпильки в адрес Кейтлин: — Хотя, мне кажется, всё это не проявление искренней заботы о своём будущем супруге, а обычные женские штучки…. С помощь которых кто-то просто пытается заморочить мне голову и оттянуть таким образом неизбежное…

— Ничего подобного! — возразила сердито взглянувшая на меня девушка. И, справившись с собой, мило улыбнулась: — Женские штучки, к твоему сведению, это в первую очередь — обольщение, вымогательство и шантаж. — Я закашлялся подавившись неосторожно пригубленным в этот момент фруктовым соком, а Кейтлин изобразила на лице зубастую волчью ухмылку, какая могла бы возникнуть на морде лесного хищника при виде глупого барашка, забредшего в самую чащу леса, и с нескрываемым интересом осведомилась: — Хочешь чтоб я всё это применила по отношению тебе, Стайни?..