Одиннадцать сердец

Я пожала плечами и отвела глаза.

— Стать бессмертной? Богатой? Сильной?

— Она будет продавать магию, — женщина вдруг засмеялась. От ее смеха мурашки бежали по коже. — Как нелепо! Она могла бы перевернуть мир, но решила пойти другим путем… путем прославления своей династии, своего имени.

— Продавать магию?

— Если судить по тем вопросам, которые она задавала, то да. Она не спрашивала, как уничтожить камни. Не интересовалась, что будет, если использовать определенную комбинацию. О, пантеон, она даже и десятой части возможностей не знает!

— Может, и хорошо, — скривила я губы.

— Теперь, когда она собрала все камни вместе, она откроет что-то вроде банка магии. Магию можно будет купить, прикоснувшись к камням. Конечно, весь мир захочет воспользоваться этим. Кто-то обязательно захочет украсть камни, но Аквилегия уж точно озаботится тем, чтобы никто не смог поднять их с места. Кажется, там есть что-то вроде проклятья. То есть ты можешь прикоснуться и получить магию, а можешь сам превратиться в камень или прах. Аквилегия придумает свою легенду, назовет себя новым божеством, в ее честь начнут возводить храмы, другие будут торговаться хотя бы за маленький кусочек. Она могла бы добиться большого, но не хочет…

— Может, боится? — вдруг предположила я.

Женщина задумчиво посмотрела на меня.

— Возможно… — ее лицо прояснилось. — Да, Айрин, вот ответ. Много берешь, и отдаешь еще больше. Потом, может лет через шестьдесят, она осмелеет и использует их на всю мощь. Но уже сам факт ее планов представляет угрозу. Магия ценный ресурс, и ее нельзя моно… как вы это говорите?

— Монополизировать? — предположила я, а затем решительно покачала головой. — Нет, камни нужно уничтожить. Вы же говорите, что именно они блокируют магию?

Она кивнула, внимательно глядя мне в глаза. В уголках губ появилась улыбка.

— Я знала, что вы все мне не зря снитесь. И ты, и великан, и лесные люди, и птицы… Те ритуалы не были напрасны, вся эта кровь, что мы проливали поколениями, собралась во мне, чтобы я выполнила долг хранителей. Сохранить или уничтожить…

Она уронила голову, и мне показалось, будто она резко уснула или лишилась сил. Я встала и осторожно подошла к ней. Мне хотелось снять с нее цепи, но я увидела, что мои руки проходят сквозь металл.

— Мне отсюда уже не выбраться. Но ты можешь. Ты и вторая половина твоего сердца. Завтра вы сбежите, а я…

Ее голос был тихим, и он угасал, как будто листья рассыпались в прах.

— Я вам помогу сбежать. Использую то, что никогда нельзя использовать ни одному магу, если он хочет жить.

Я нахмурила брови, не понимая, о чем она, а женщина продолжала говорить:

— Никогда не используй этого. Даже если покажется, что больше нечего терять. Но я использую, ради вас. Вы должны все это остановить.

— Подождите, — сказала я, чувствуя, как слабеет связь. Мир вокруг стал погружаться в свет, и я поняла, что это растет окно за спиной женщины. — Вы сможете рассказать больше о камнях? Почему один привел за Черту? Что делают остальные?

— Почему ты думаешь, что я знаю об этом? — на ее лице появилась слабая улыбка. Я пожала плечами. — Но ты права. Я знаю много, потому что Аквилегия показывала мне таблички, чтобы я их перевела. Но даже под сывороткой правды она не добилась своего, я уже почти не помню тот древний язык, только песни… Там что-то говорилось про камни… или сердца… или дары. Итак, про первый уже ты знаешь, отправляет он за Черту. Как было написано… «Пересечь грань между миром сознания и миром памяти, чтобы обличить в реальность существование померкших грез». Аквилегия думала, что этот камень сразу вернет мертвого к жизни, клала каким-то трупам камни на грудь, но ничего не получалось. А больше перевести пока не смогла, поэтому сейчас над переводом работают ученые.

— Если бы она попала за Черту, то назад бы не вернулась, — покачала я головой, вспоминая то, что пришлось пережить. Разум постарался забыть, но иногда фрагменты возвращались, вызывали тошноту.

— Для того, чтобы вернуться, нужны камень жизни и смерти, — пояснила женщина, и продолжила цитировать по памяти. — «Валун жизни и валун смерти, стоящие на расстоянии друг от друга таком, какое бывает всегда». Аквилегия расшифровала загадку. Ее люди думали, что камни нужно поставить вплотную, но она решила, что между жизнью и смертью находится сам человек, и оставила между ними расстояние среднестатистического человека.

— И это сработало! — Воскликнула я, вспоминая те камни за бездной. — Вот только без жертв из-за черты не выбраться….

— Потому что вам нужен был другой камень, — объясняла ведьма, а я жалела, что не могу записать все, что она говорит. — Но давай по порядку. Второй камень цвета содалита — камень, что предсказывает будущее. Наверное, самый простой из камней, сейчас множество артефактов, которые могут делать подобное. «Черный дым заполняет полость камня, предсказывая его владельцу будущее, полное трудностей, и не посветлеет он, пока угроза не растворится над его головой». Третий и четвертый камни парные, как и камни Жизни и Смерти. Один в форме звезды, другой — полумесяца. Кажется, он способен управлять временем суток…

— Что? — изумилась я, представляя, как Аквилегия контролирует время дня. А что, если она будет делать бесконечный день, чтобы люди без конца работали… хотя вряд ли она будет использовать его так бессмысленно. — А это не слишком ли… опасно?

— То есть камень жизни и смерти тебя не смутил? — усмехнулась грустно женщина. — Я тебе говорю то, что знаю. Возможно, тут тоже загадка. Дай вспомнить, как там было… — она прикрыла глаза, — «Звезда прояснит свет на мир, полный мрака, а полумесяц укроет во мрак даже в самый солнечный день». Можешь поломать голову, если хочешь.

— Ладно, а что остальные? — нетерпеливо спросила я, чувствуя, как кружится голова. Света становилось все больше и больше. Я могла скоро проснуться.

— «Пятый подобен второму…», — продолжала женщина. — «Но, если содалит темнеет — это к бедам. Если багровеет рубин — к смерти». Тут все понятно, я думаю?

Я кивнула, и прикусила губу. Тогда Нералида брала камень в руки… Камень уже знал, к чему все это приведет. Мурашки пробежались по коже.

— Значит, два камня, предсказывающее будущее, три, позволяющие путешествовать в мир мертвых, еще два, отвечающие за свет и темноту, — перечисляла я.

— Есть еще камень, что лечит от всех болезней, «излечит любую рану и болезнь, от всемирной хвори до смертельных повреждений. Размером с яблоко, и имеет множество граней». Затем еще два парных камня. «Камень тепла и камень холода. Источник магии света и тьмы, их корень. Но холод не значит зло, тепло тоже может обжечь». Как-то так. Из них, как я понимаю, маги и будут черпать свою энергию. И последний, эллипсис черного цвета. «Ключ, что ляжет в сердце и мертвого, и живого, и сна, и реальности». С ним, как я поняла, и можно спокойно ходить за чертой. Наверное, этим его силы не ограничиваются.