Одна из них

– Я чувствую ярость, – призналась Кассандра, – и надежду.

Если бы могла, она бы закатила глаза. Бросать пафосные слова на ветер, вслепую сидя на неустойчивой табуретке, – довольно глупое занятие. Они обещали объяснить, чем занимается отряд и какая у них цель. Так зачем устраивать этот театр, неужели нельзя просто поговорить?

– Надежда – хорошее чувство, – судя по звуку шагов, Бимбикен ходила вокруг Кассандры. – Ярость, кхм… Я не думаю, что ты умеешь её контролировать.

– Ну спасибо, – пробормотала Кассандра.

– Ты не так уж и неправа, оставаясь с нами, хоть мы и не можем сейчас всё бросить и отправиться на поиски твоей сестры, – продолжала Бимбикен. – Мы ведём вой ну против Роттера. Ты это знаешь.

– Да, но что вы делаете? Я вижу лагерь, палатки, распорядок дня – это, конечно, замечательно, но как вы работаете?!

Шаги замерли.

– Не позволяй ярости управлять тобой. Иначе мы закончим урок и ты пойдёшь туда, откуда пришла, – железным тоном сказала Бимбикен.

И лишь когда Кассандра успокоилась, командир наконец соизволила пояснить: отряды ливьер рассеяны по всей Федерации и проводят локальные операции против властей – небольшие вылазки или диверсии. Все они, а также их родители или приёмные семьи, родом из Флориендейла. И все готовы отдать жизнь, защищая королевство и королевскую семью. Королева жива, объяснила Бимбикен Кассандре, а вместе с ней и наследная принцесса, которая родилась на рубеже Передела. Этим летом группа «Центр» намеревалась штурмовать заброшенный дворец во Флоре, чтобы вынести оттуда двойные короны Флоры и Ориендейла. Они понадобились Альфе Камиле для осуществления плана, который Кассандре, похоже, не суждено было узнать в ближайшие годы при таком уровне доверия со стороны Бимбикен.

– И здесь всё становится на одну ступеньку сложнее… – вкрадчиво промолвила Бимбикен. – Я спрашиваю тебя, Кассандра, хотя и так ясно… но ладно, всё же спрошу для галочки. Ты веришь в магию?

Кассандра была готова почти к любому вопросу, но не к этому.

– Э-э… что? – выдавила она наконец.

– Поскольку ты ничего не знаешь о Флориендейле, то, вероятно, не в курсе, какие силы правят этим миром. И это основная проблема… Даже не представляю, на что рассчитывает Альфа.

Это вконец разозлило сбитую с толку Кассандру.

– Ну так объясните! Хватит делать из меня идиотку, госпожа Бимбикен, и нагнетать обстановку. Почему вы не можете просто всё рассказать и предоставить мне решать, что делать с вашей правдой, миром, силой, магией и так далее?!

– Ляля, я не думаю, что… – но Эльсона не успела договорить. Табуретка, на которой сидела Кассандра, полетела на пол.

Это было больно. Очень больно – и обидно. В груди Кассандры клокотала ярость. Она не хотела иметь ничего общего с этими людьми!

Одну за другой она выпрямила ноги – терпимо; встала на колени и поднялась с пола. Так, с завязанными глазами и руками, она интуитивно направилась к двери и, промахнувшись всего на пару сантиметров и задев плечом косяк, вырвалась из домика. На крыльце, по очереди нащупывая мыском ботинка ступеньки, она успела услышать, как Эльсона прошептала:

– Я не думаю, что ты растормошишь её через сопротивление. Должен быть другой подход.

– Почему? – отозвалась Бимбикен так невозмутимо, как будто не произошло ничего особенного и то, что она сбросила Кассандру с табуретки и Кассандра проехалась лицом по жёсткому полу, в порядке вещей. – Она такая же, как я. Говорю тебе, это сработает.

Злость Кассандры улетучилась, не успела она ступить на мокрую, скользкую после дождя траву. Кассандра не любила, когда с ней играли в игры. Что за бессовестное лицемерие? От командира ливьер она такого не ожидала. Она не говорила об этом с Мари, но в феврале, после того как Лидия обнаружила женщину в поле, Кассандра часто думала о ливьерах, размышляла, мысленно примеряла на себя эту роль, – однако в конце концов потеряла интерес. Именно потому, что, как ей ясно дала понять Бимбикен, одного задора и авантюризма юности для этого недостаточно. Нужно понимать, что ими движет, какие ценности они защищают и почему верят… Во что, собственно? Что их королеву можно вернуть на трон? Пришло время разобраться.

Узел на руках был слишком хорош: такой не развяжешь без посторонней помощи. Кое-как сдвинув локтем платок, чтобы видеть дорогу, Кассандра отправилась на поиски Нириаль.

* * *

Нириаль расположилась под тентом у лазарета – тем самым строением, где Кассандра провела свои первые дни в лагере ливьер. Судя по инструментам и баночкам на столе, травница готовила лекарства. Кассандре стало неловко отрывать её от работы, но Нириаль сама тут же бросилась к ней.

Она развязала девушке глаза и руки и, сокрушённо качая головой, принялась накладывать скользкие повязки на её запястья и разодранный лоб. Кассандра задумчиво глядела, как вдалеке девушки под предводительством Гиории пытаются спилить дерево. Давалось им это непросто – насквозь вспотевшие, в какой-то момент они бросили пилу и ушли. Дерево даже не покосилось. Хоть это и было совершенно по-детски, Кассандра мысленно возликовала: она болела за дерево.

– Почему среди ливьер нет мужчин, Нириаль? – спросила она. – Ты знаешь, кто такие амазонки?

Нириаль кивнула.

– Я знаю. Но это никак не связано. И среди ливьер есть мужчины. Просто не в нашем лагере.

– Почему? – поразилась Кассандра, мигом позабыв про дерево и Гиорию.

– Я полагаю, Ляля Бимбикен против, – Нириаль пожала плечами. Она закончила бинтовать руку Кассандры и вернулась к своим баночкам.

– То есть Бимбикен не допускает мужчин в лагерь? Так, а что ещё тут у вас запрещено из того, что нормальные люди делают?

Нириаль укоризненно покосилась на Кассандру.

– Не говори так. Ляля – непростой человек, со своими странностями, но кто из нас идеален? Она особенная. Невероятно честная, храбрая. И она спасла нас всех. Ты не найдёшь здесь себе ни одного друга, если будешь высмеивать Бимбикен.

– Расскажи мне ещё, – попросила Кассандра. Ей хотелось как-то помочь Нириаль, но она не знала, за что взяться. Заметив это, Нириаль протянула ей нож и овальные клубни, похожие на картошку, только фиолетовые.

– Сложно выразить словами, – тихо сказала она, глядя на Кассандру. – Ляля Бимбикен подарила нам веру… в то, что магия ещё жива. Она смогла из своей энергии извлечь крупицы чего-то, что раньше было волшебством Флориендейла, и использовать это во благо, для нашей защиты. А потом научила всех нас, подготовила первый отряд ливьер и разослала их по стране, чтобы следить за Роттером, – Нириаль вдруг разволновалась, и её волнение передалось Кассандре. – Это больно представить… но тогда, когда королевство погибло, когда стихии перестали откликаться, никто уже не верил, что во Флориендейле осталась магия. А Ляля её нашла.

– Я не поняла, – покачала головой Кассандра, – о каких стихиях ты говоришь?

Нириаль беспомощно улыбнулась. Так улыбаются, когда сообщают дурные вести, а в душе сами не верят, что всё потеряно. Она рассказывала неспешно, делая длинные паузы, словно ожидала, что Кассандра будет перебивать или задавать вопросы. Но та слушала молча. Кассандра напрягала всё своё воображение, пытаясь представить себе мир, в котором четыре избранных человека властвовали над стихиями – природными силами невероятной мощи! Пожары, смерчи, наводнения – если подумать, стихии должны были внушать ужас, ведь они одним махом могли уничтожить человечество. Разве не стихия разрушила родительский дом в Поверхностном мире? Однако Нириаль настойчиво объясняла, что все четыре элемента – воздух, огонь, земля и вода – даны людям, чтобы жить, а не чтобы бояться и страдать. И Кассандра постепенно начинала видеть: как ростки прорастают из земли, подбадриваемые ласковой рукой; как волна выталкивает на поверхность едва не захлебнувшегося ребёнка; как пламя свечи освещает строчки письма от родных. Жители Флориендейла вовсе не были волшебниками – они были обычными людьми, но волшебство окружало их повсюду, пропитывало их землю, пронизывало воздух.

– После Передела мы думали, что магия исчезла навсегда. Но на самом деле она всего лишь рассеялась, раздробилась на много маленьких частей и осталась жить в тех, кто по-прежнему в неё верил. Правда, тогда никто об этом не знал. Ты же понимаешь: люди не умели обращаться с магией, они не понимали эту силу, не изучали её… Только магистры могли управляться с ней по-настоящему. Сегодня нам доступны лишь крупицы. Но это даёт надежду! – завершила Нириаль.

Кассандра подвинула к ней доску с мелко нашинкованными клубнями.