Огненные острова

Я снова перебрался в цистерну, прополоскал фляжку два раза, а на третий раз наполнил. Всё ещё ощущался лёгкий привкус, но я уже не был так придирчив. Я подвесил фляжку рядом с кошельками, спрятав под камзол и перескочил обратно в подвал. Однако на этот раз я был небрежен и чуть не упал в пропасть, но отделался лёгким испугом и, целым и невредимым, смог по кушаку вскарабкаться в подвал.

Здесь, среди длинных мечей, я выбрал тот, что сохранился лучше всего, и засунул его в ножны Искоренителя Душ.

Они подошли, поскольку форма и модель соответствовали как раз этим старым мечам империи. Я также нашёл старый кинжал и использовал его, чтобы выломать драгоценные камни из рукоятки того, что сломался. Вооружившись таким образом, я выдвинулся в путь, радуясь весу, висящему на боку. Теперь я не был беззащитным.

Но я также не был свободным. Если бы дельфины отнесли меня к другим берегам, я, возможно, устроился бы там как фермер или, как уже давно мечтал, купил бы таверну.

Сир Родерик фон Тургау погиб в пучине морской. Легенда о человеке, который владел мечом бога, Сольтара, наконец-то закончилась. Без этого клинка я не был особо полезен ни Лиандре, ни другим, тем более, что они доберутся до Аскира задолго до меня. Это были мои оправдания, которые я подготовил в ту ночь, когда находился в море, привязанный к мачте.

Когда у меня не было веры в то, что я смогу избежать морской могилы.

Но сейчас… Я остановился у ворот башни, глядя вниз на пиратскую бухту. Сейчас мне не оставалось ничего другого, кроме как бежать с этого острова. Так что можно сразу предпринять попытку догнать других в Аскире.

На моём пути стояли лишь неприступная крепость, несколько сотен пиратов и почти три десятка кораблей, полных злодеев и головорезов. Во всяком случае, я предположил, что будет недостаточно просто забронировать проезд до имперского города.

От старой башни до пиратской бухты было недалеко, смелый прыжок в пропасть избавил бы меня от нескольких часов пути и в то же время от жизни. Но так я был вынужден следовать по останкам старой дороги, ведущей к башне. Задача не из лёгких, поскольку, во-первых, землю бороздили глубокие трещины, во-вторых, дорога во многих местах была размыта и заросла колючками, так что было непросто. Тучи хоть и приблизились, но солнце всё ещё пекло. Когда я наконец добрался до небольшого ручья, прошло по меньше мере три отрезка свечи. Без воды из старой цистерны путь был бы мучением.

Я снова наполнил фляжку и пошёл вдоль русла ручья.

Тем временем этот день тоже подходил к концу, до заката оставалось, наверное, где-то два отрезка свечи, когда я увидел первых людей.

Я нырнул под корявое дерево и колючий кустарник, наблюдая за ситуацией. Здесь был небольшой деревянный мост, перекинутый через ручей, дорога вела через этот мост и примерно через сотню шагов заканчивалась воротами в стене, которая защищала морской порт со стороны суши. До сих пор я не нашёл берега, к которому мог бы пристать корабль, но видимо для архитекторов старой империи это было недостаточной защитой.

Я слышал, что имперский город всё ещё владел флотом, и мог бы дать руку на отсечение, что адмиралы каждый раз скрежетали зубами, когда им снова приходилось уступать корабль пиратам. Теперь я полностью понимал проблему. Я тоже никак не мог придумать, как завоевать эту крепость.

И как оказалось, здесь жили не только пираты. Один из парней в украшенной парчой рубашке, свисающей с боку абордажной саблей и с обвязанной красным платком головой был явно пиратом. Другой — исхудавший старик — скорее нет. Он лежал на земле, а пират пинал его ногами и неистово ругал.

Рядом с ними на земле отчаянно махали крыльями две тощие курицы; их ноги были связаны друг с другом.

Если я правильно понял, старик навлёк на себя негодование пирата, потому что осмелился жаловаться, что разбойник отобрал у него две курицы, которые он хотел продать в городе.

Это меня не касалось. Старик не имел ко мне никакого отношения, и если пират запинает его до смерти, это не будет моей виной. С моей стороны было бы глупо сразу же привлекать внимание, даже безрассудно, связываться здесь с пиратом. С каждым пинком, каждым ослабевающим стоном старика, который, без сомнения, в молодости сам был беспощадным грабителем морей, а теперь его лишь настигла судьба, я приводил себе всё больше аргументов, чтобы не вмешиваться, пока, в конечном итоге, всё-таки не вышел из своего укрытия и дерзко шагнув вперёд, поправил красный кушак, который торопливо обернул вокруг головы.

— Дай старику пинка ещё и от меня, — посоветовал я пирату. — Он обещал отдать мне этих кур, и вот что получил, пытаясь продать их в городе!

Пират и старик оба тупо посмотрели на меня.

— Это твои квочки? — удивлённо пролепетал пират.

О боги, — раздражённо подумал я, и для этого вы дали нам язык?

— Само собой. Но не укокошь хрыча, иначе я так и не получу от него квочек, — ответил я на тот же макар. — Бери себе одну, я возьму другую, на том и порешим… но хрыч мне ещё нужен.

Ростом я был выше пирата, по комплекции шире, у меня был более длинный меч, и я выглядел опасным. К тому же, на мне был красный платок, как и на нём. Пират неуверенно перевёл взгляд с меня на старика и обратно.

— Бери уже квочек, а хрыча оставь! — посоветовал я, может при этом я немного перегнул палку. От ворот к нам направлялось ещё два типа, у обоих на голове были красные платки. Они с любопытством смотрели в нашу сторону.

Один из них, тот что младше, был на удивление хорошо одет и чисто выбрит, другой — гора, а не человек — с лицом и шрамами бьющегося за деньги бойца.

Старик посмотрел на меня широко распахнутыми глазами.

— Я ещё никогда не видел этого парня! — выкрикнул он. — Он лжёт! — добавил он, указывая на меня дрожащей рукой. — Клянусь!

— Заткнись! — отозвался пират, пнув его в голову, раздался громкий хруст, и голова старика безвольно запала на бок.

Старик укоризненно посмотрел на меня, и его взгляд застыл. На штанах между его ног распространилось мокрое пятно, мы с пиратом оба перевели взгляд туда.

Вот тебе благоразумие и благие намерения.

— Оставь квочек себе, — предложил я, в то время как двое других подходили всё ближе. — Теперь уже всё равно нет разницы, — я попытался пройти мимо него к воротам, но теперь вызвал его подозрение.

— Погоди! — крикнул он. — Я тебя не знаю!

— Я тебя тоже, — отозвался я. — А ты знаешь всех в округе?

Он на мгновение задумался.

— Ага, — сказал он. — К команде какой посудины ты принадлежишь?

— А которая вошла сегодня в порт? — спросил я в ответ.

— «Синяя Корова» Кровавого Маркоса, — сообщил он.