Орехи

Внезапно я ощутила боль в груди, подумав о всех тех вещах, которые мы с Лео вытворяли, интересно, теперь все кончено.

Надо все узнать.

Точно. Я глубоко вздохнула, затем осмотрелась вокруг.

Дом был прекрасен как снаружи, так и внутри. Камин был центральной точкой всего помещения первого этажа, камера для топки была выложена рваным камнем и стенной черепицей глубокого зелёного цвета. Деревянные полы насыщенного шоколадного цвета, доски широкие, гладкие и блестящие. Гостиная была двухъярусной, меблирована тёмными встроенными книжными полками, удобными бархатными диванами и креслами, последние расставлены в местах для общения. Кухня напичкана дорогущей техникой, столешницы литые из натурального камня, широкие и открытые. Я сидела на кухонном островке, на нём с лёгкостью поместились бы шестеро. Холодильник был настолько большим, что мог бы вместить годовой запас продовольствия, и сверху донизу был в школьных заданиях. Тесты, задания на дом, рисунки мелками и фломастерами.

Фотографии Лео с дочерью были повсюду. Лео держит Полли совсем крошечную, завёрнутую в розовое одеяло, одна из них определённо плачет, другой же сияет от счастья. Лео держит Полли за кончики пальцев, должно быть, она делает свои первые шаги. Лео и Полли на ферме, её ручки по локоть испачканы, рядом стоит рассада и маленькая лопатка торчит из земли. На каждой фотографии лицо Лео аж трескалось от улыбки. Он был на сто процентов счастлив, совершенно обоснованно, ведь это же его дочь. Она настоящее сокровище.

Затем я услышала, как Лео вошёл в дом.

— Масло растаяло, но не слишком. Положить его в холодильник? — спросил он. Лео внёс пакеты и противень для выпечки. Я кивнула. — Ты не двигалась? — спросил он, стоя ко мне спиной.

— Да. Я оставалась на том самом месте, где было указано.

Лео повернулся ко мне, выражение его лица смягчилось с тех пор, как он вышел на улицу.

— Рокси, я…

— Пап. Я рассортировала стирку. Теперь мне можно идти? — послышался голос сверху.

— Спускайся, — ответил он, не спуская с меня глаз. Лео застенчиво мне улыбнулся, а я ничего не смогла поделать и улыбнулась в ответ. Эта улыбка всегда так на меня действует.

— Я хочу увидеть свинок, хочу посмотреть, как они выросли, пока меня не было. А что это такое? — Полли сбежала по ступенькам вниз, влетела в кухню и прямо сейчас рассматривала все необходимое для выпечки.

— Рокси всё это привезла. Она что-то говорила о пироге, — ответил Лео. Он посмотрел на меня, в его глазах сияли озорные искорки.

— Ага, да, пирог. Кто-то обещал мне клубнику, поэтому я подумала…

И тут Полли прорвало.

— Я люблю клубничные пироги. Можно я посмотрю, как ты его делаешь? А это трудно? Ты сама делаешь корочку сверху? Иногда в клубничный пирог добавляют ревень, а ты будешь? В городе есть закусочная, там пекут вишнёвые пироги, но я больше люблю клубнику. Папочка в этом году вырастил новый сорт клубники, она называется клубника со вкусом коричневого сахара. Я её еще не пробовала, но папа мне всё о ней рассказал. А ты будешь вот это использовать? А можно я помогу? А можно…

— Фрикаделька, остановись-ка. Тараторишь как сорока. Попридержи коней, дай Рокси прийти в себя, — перебил её Лео.

Он назвал её Фрикаделькой?

— Для чего прийти в себя? — не поняв переспросила Полли. — Ты же знаешь, моя помощь может пригодиться. Да и вообще, мне уже семь.

— Ещё чуть-чуть и права можешь получить, — пошутила я.

Полли серьёзно на меня взглянула.

— Для того, чтобы получить права, мне ещё нужно ждать девять лет.

Я растерянно заморгала.

— Конечно. — Я взглядом взмолила Лео о помощи, но он распаковывал мои пакеты. — Лео, подожди, идея с пирогом на самом деле не самая удачная.

— Почему это? — спросил он.

— Почему это? — эхом отозвалась Полли.

— Ну… э-э… — мои глаза хаотично забегали по кухне. — Из-за раковины! Она вышла из строя, без воды мы не сможем ничего испечь. И ещё…

Лео взял какой-то инструмент и исчез под раковиной на тридцать секунд, затем снова показался в поле моего зрения и включил кран.

— Работает. Понятно, но…

— Тебе ещё нужна клубника, так? — Лео взял небольшой пакетик со столешницы и высыпал самую сладкую в мире, самую сочную и идеальную клубнику в мисочку.

— Ну так что, будем печь пирог? — спросила Полли, слегка раскачиваясь и хлопая в ладоши.

Милостивый Боженька.

— Будем, — ответила я, подавляя реакцию на не совсем стандартную ситуацию.

Зазвонил телефон Лео, он приподнял брови в немом вопросе.

— Ничего-ничего. Иди, — ответила я, слезла со столешницы и ещё раз осмотрела свою ногу. Она немного побаливала.

Так как Лео ушел в другую комнату, я обратилась к Полли:

— Где твой… — О господи, не могу я назвать его отцом. — Где он хранит чаши для смешивания? — Полли с огромной радостью мне показала. Через несколько минут на рабочей поверхности красовалась целая артиллерия: мешки с мукой и сахаром, мерные стаканчики, которые я привезла из дома, разделочная доска, мой лучший нож для очистки фруктов. Я решила начать с корочки и подключить Полли к работе.

— Ты знаешь, как отмерить муку? — спросила я, пока Полли тащила стул-стремянку к нашему рабочему месту.

— Я даже дроби знаю. — Она не произнесла «представь себе», но оно подразумевалось.

— Понятно. — Я могла бы тоже добавить «представляю». К её чести, в этот раз она не закатила глаза.

— Можешь передать мне передник? Он висит рядом с папиным, — попросила она, указывая на крючок у задней двери.

И в правду, там висел один маленький и один огромный. Ещё вот только не хватало передника среднего размера для идеальной картинки. Как в домике у Трех Медведей.

Я неуклюже протопала к переднику, только через несколько шагов я поняла, что смогу идти нормально. Пищевая сода сделала своё дело. Так как Полли за мной наблюдала, я превратила свою неуверенную походку в виляние бёдрами.

— Ты всегда танцуешь, когда печёшь пироги? — поинтересовалась Полли.

— А ты нет? — невозмутимо задала вопрос я.

— Я раньше никогда не пекла пироги. — Она на какое-то время задумалась. — Мне нравится танцевать, пока печёшь пирог.

Я улыбнулась и передала её передник.

— Будем действовать по такой схеме: я говорю тебе, что добавлять в миску, а ты отмеряешь и добавляешь. Я разрежу на куски масло, потому что нож очень-очень острый, а когда нужно будет, ты добавишь и масло. Договорились?

— Договорились, — радостно согласилась она. — А где же рецепт?

Я постучала пальцем по виску.

— Всё здесь.

Мы принялись за работу, и спустя какое-то время у нас была одна миска с нарезанными ягодами клубники, политыми лимонным соком, и вторая с тщательно отмеренными мукой, солью и сахаром. А прямо сейчас Полли добавляла масло, нарезанное мной ровными кусочками, к сухим ингредиентам.

Она задавала вопросы обо всём на свете. Почему нужно добавлять соль в корочку для пирога? Почему масло должно быть настолько холодным? Еще кажется её восхитил мой способ нарезки масла ровными гладкими и одинаковыми кусочками. Одним словом, умница.