Осада. Часть 1

— Ага. А ты не знала? Хотя неважно. Да, Лена — это имя моего астрального близнеца. Некоторые выражения у неё я почерпнула. Хотя, порой, она и сама не понимала, что значат те или иные фразы.

— Как вы, ваша светлость?

Элайна резко развернулась и уставилась в чистые невинные глаза служанки. Такие чистые и невинные, что невольно наводили на грустные мысли. Девочка зарычала.

— Теперь что, об этом весь город будет судачить?!

— Что вы, ваша светлость… Пока только цитадель. Весь город узнает только ближе к полудню. Не каждый день юная леди предлагает организовать…

— Еще слово, Мари… — прорычала Элайна.

— Молчу, ваша светлость. — Мари улыбнулась. — Просто сочла своим долгом предупредить вас.

— Я убью Ларию! Нет, я покрашу ей язык… Мари, чем можно покрасить язык в черный так, чтобы потом очень-очень долго ничем краску смыть было нельзя?

— Не знаю, ваша светлость.

— Ладно, сама к алхимикам наведаюсь. А если нет ничего подходящего — закажу разработать состав.

В данный момент Мари не готова была сказать сколько шутки было в этом, потому решила, что лучше госпожу не провоцировать дальше, хотя реагировала она довольно забавно.

— Всё готово, — Мари отошла в сторону, давая возможность госпоже оглядеть себя.

— Хорошо. И, Мари, отправь кого к маркизе Эльвире Охластиной, предупреди её, что я подойду… минут через сорок. Зайду в совет и оттуда сразу к ней.

— Хорошо, ваша светлость.

На заседании совета в своем платье, сидеть в котором было довольно неудобно, Элайна надолго не задержалась. Выслушала намеченные планы. Покивала и свалила, заявив, что дальше и без неё справятся.

К подобным заявлениям все уже стали привыкать, а потому только заверили, что будет очень-очень тяжело, но они постараются совместными усилиями справиться без её чуткого руководства.

Элайна наградила капитана подозрительным взглядом, но время поджимало, потому никак последнее заявление комментировать не стала. Кстати, напрасно на него грешила, зачинщиком «бунта» на этот раз, как ни удивительно, выступил граф Ряжский. Знай это Элайна, вот бы удивилась. Вечно в своих цифрах, он последний, на кого можно было подумать, что он станет подшучивать над своей сеньорой. А возможно, что и загордилась бы этим — мало кому удавалось расшевелить графа.

В «курятнике»… Элайна мысленно напомнила себе ни в коем случае не назвать это место так вслух, иначе обид будет… В общем, её встретила маркиза Охластина уже на пороге, короткий и вежливый кивок младшего по статусу, но старшего по возрасту. Элайна в ответ отвесила такой же, показывая почтение к старшинству возраста. Нюансы этикета, чтоб их. Приходится учитывать кучу нюансов, которые освоить можно, только занимаясь этим с раннего детства, живя этим с рождения. Потому Элайну порой забавляли попытки простолюдинов, выбившихся в люди, освоить всё это в уже зрелом возрасте, а потом показывающих всем, что они свои, не имеют никакого отношения к тем низам, из которых сами вышли.

«Что ж вы творите?» — хотелось в такие моменты поинтересоваться ей. — «Неужели вы не понимаете, что эти неуклюжие попытки подражать знати ничего, кроме насмешек у окружающих, не вызывают?»

Есть же упрощенный вариант этикета как раз для таких случаев, но нет, с упорством, достойным лучшего применения, они упорно пытаются изучить этикет высший… Почему-то таким нуворишам кажется, что упрощенный придуман в качестве насмешки над ними. Ну и по заслугам.

Маркиза важно прошествовала по коридору, коротко кивая встречавшимся дамам. Те, заметив следовавшую рядом Элайну, приседали в глубоком реверансе. Элайна важно кивала, мечтая поскорее оказаться отсюда подальше. В кабинете маркизы отчетливо выдохнула, заслужив укоризненный взгляд маркизы.

— Мне можно, я еще маленькая, — отбилась Элайна, плюхаясь на подходящий стул, явно приготовленный для неё. Маркиза спорить не стала, но взгляд стал более укоризненным. Элайна, закаленная боями с сестрой и своим тренером этикета (учителем, конечно, но Элайна мысленно называла её тренером), взгляд легко проигнорировала.

— Ваша светлость, вы редко бываете в обществе верных вам дам.

— Верных… мне… дам… — протянула Элайна. — Маркиза, передайте этим верным мне дамам, что я очень сожалею, но сами понимаете, у меня есть более важные обязанности, как исполняющей обязанности отца. — Элайна глянула на лицо маркизы, надеясь уловить реакцию на эти слова, но та осталась невозмутимой. М-да, а что она ожидала от закаленной в интригах леди? — Приходится присутствовать на совете, постоянно требуется моя подпись, еще приходится общаться с магистратом…

— Понимаю, ваша светлость, — важный кивок.

Элайна мысленно плюнула на эти игры, понимая, что состязаться тут с маркизой бесперспективно.

— Вы слышали, что сегодня задуман праздник?

Маркиза помолчала. Потом внимательно посмотрела на девочку.

— Вы уверены, что сейчас подходящее время?

Элайна помрачнела.

— Маркиза, хотите честно? Без этих словесных игр? Я считаю, что как раз сейчас самое время. Этот праздник не для нас, я имею в виду всех женщин. Это для тех, кто вскоре займет своё место на стенах и будет нас защищать. Понимаете? Просто выразить им свою признательность. И я пришла к вам за помощью, чтобы именно вы донесли эту простую мысль до всех леди. Полагаю, вы, с вашим опытом, с этим справитесь лучше всего.

Лицо маркизы впервые за весь разговор дрогнуло, и на нём появилась тень эмоции.

— Выразить признательность?

— Да. Полагаю, это минимум того, что они заслужили. Я понимаю, что у многих там, на стенах, будут мужья, братья, другие родственники. Что они будут защищать именно их в первую очередь. Но ведь и остальных. Просто сказать спасибо — что может быть проще? Или я прошу нечто запредельно сложное для наших королев света?

— Поменьше яда в голосе, ваша светлость, — нахмурилась маркиза. — Но я понимаю, о чём вы.

— Да. Можете так и передать, что я очень сильно огорчусь, если какая леди устроит даже самый пустяковый скандал. И если они меня не боятся, то я ведь на память не жалуюсь — запомню всех и всех перечислю сестре.

Угроза для девушек высшего света и правда была страшной. Ларию не просто так называли Розой герцогства. И её влияние распространялось даже в королевском дворце. Попасть к ней в немилость означало гарантированно оказаться отрезанной от высшего света. Даже самый захудалый дворянин не рискнет пригласить такую девушку к себе на какой-нибудь праздник.

— Я тщательно донесу ваше пожелание до девушек, ваша светлость.

Элайне показалось или в голосе маркизы действительно прозвучали нотки уважения? Да нет, бред, точно показалось.

— Да, будет праздник для взрослых и отдельно для детей. Возраст кому куда я ограничивать не буду. Сами пусть решают, кто куда. Как раз суть задуманного праздника — минимум ограничений и правил. Но в пределах морали.

Тут маркиза выдала слабую улыбку, покосившись на девочку, отчего та пришла к выводу, что уже и тут известна история в совете. Все-таки язык у кого-то без костей.

— Полагаю, тут последнее слово останется за матерями.

— Как я уже сказала, мне всё равно, кто и как будет определять. Скажу только, что сама я не собираюсь задерживаться на взрослой половине дольше необходимого. Может и хотелось бы там задержаться. Почувствовать себя взрослой и важной. Но я понимаю, что моё присутствие там будет только сковывать всех и мешать. А я хочу как раз, чтобы все было свободно…

Тут в дверь раздался настойчивый стук.

— Ваша светлость, — донесся из-за двери мужской незнакомый голос. — Ваша светлость, мне сказали, что вы здесь! Граф Дайрс просил вас срочно разыскать. Прибыла почта из Лоргса. Скорее всего, уже последняя — замечены разъезды гарлов. Там прибыли приказы от герцога и письма лично вам… Граф попросил письмо доставить.