Открытое море

Мысли девочки разбегались. Ноги механически крутили педали, и она ехала, не разбирая дороги. Платье все еще было влажным, хотя тетя Марта сушила его над плитой. Пришлось сверху накинуть взятую у сестры кофту.

– Нелли!

Нелли чуть не свалилась с велосипеда, резко затормозив, чтобы не наехать на стоящую посреди дороги Соню. Соня ухватилась за руль.

– Да что с тобой? Ты меня не видела?

– Нет, - пробормотала Нелли.

– Ты куда?

– Домой, - ответила Нелли, и от этих слов ей стало горько.

Дом тети Альмы скоро перестанет быть ее домом. А может, он никогда им и не был. Она только думала так.

– Можно с тобой?

Голос Сони звучал просительно. Ей очень хотелось забыть про ссору и опять дружить с Нелли. Та это заметила, но лишь сдержанно сказала:

– Можно.

На этот раз Соня решила не обращать внимание на неприветливость подруги. Она положила ладонь на руку Нелли и принялась рассказывать, как скучно ей было с Анни и Уллой-Бритт.

– У них никакой фантазии. Не могут придумать ничего веселого. Анни только и твердит: «Нет, так нельзя!»

– Надеюсь, ты не показывала им заброшенную хижину?

– Конечно, нет. Ведь это наша тайна!

Заброшенная хижина была их маленьким секретом. Теперь у Нелли есть тайна побольше.

«Никому не говори, - сказала Штеффи, когда Нелли отправилась домой.
– Обсудим это дня через два. Потом расскажем тете Альме».

Штеффи просила пока ничего не говорить тете Альме. Но ведь Соне можно? Они - лучшие подруги. Соня умеет хранить тайны.

– Вот я уеду, - начала Нелли, - тогда, если хочешь, можешь показать хижину Улле-Бритт.

– Ты имеешь в виду Гётеборг?

Соня знала про детский дом, но старалась не произносить это слово.

– Я имею в виду Америку.

– Америку?

Соня резко остановилась.

– Ты сказала «Америку»? Твой папа там?

– Нет, - объяснила Нелли.
– Там мои тетя с дядей. Они хотят, чтобы мы со Штеффи стали их детьми. Вместо нашего кузена Петера, он умер. Штеффи получила от них письмо.

Соня хотела что-то сказать, но из горла вырывались лишь невнятные звуки. Наконец Нелли удалось расслышать обрывки фраз:

– ...так далеко... никогда больше не встретимся...

– Это еще не точно, - утешала подругу Нелли.

Но Соня была безутешна. Она плакала навзрыд. Нелли тоже заплакала. Обнявшись, они сидели возле дороги.

– Ты моя лучшая подруга, - заикаясь от слез, говорила Соня.
– Что я буду без тебя делать?

– Меня все равно здесь не оставят.

– Да, но Гётеборг не так далеко. Если бы ты жила в городе, мы бы могли видеться. Может, я сама через пару лет перееду в Гётеборг. А ведь Америка на другой стороне земного шара!

– На другой стороне моря, - поправила ее Нелли.
– Просто на другой стороне моря.

В этот вечер Нелли махнула рукой на вежливость и не старалась угодить тете Альме. Она не стала мыть посуду и отказалась выносить помои:

– Пусть Йон сходит. А то от него никакой пользы.

Тетя Альма удивленно посмотрела на нее, но помои вынес Йон.

На следующий день к вечеру тетя Альма вдруг отчего-то очень разнервничалась. Она пролила на скатерть соус, говорила громким, неестественным голосом. Когда дети поели, она отправила их спать на час раньше, чем обычно, и заперлась в комнате с дядей Сигурдом.

Снизу доносились их голоса. Тетя Альма сердилась. Но Нелли не могла разобрать слов, а подслушивать за дверью не решилась. Кто знает, что она может там услышать?

Постепенно голоса стихли. Эльза уже спала. Нелли закрыла глаза и тоже начинала дремать, когда дверь в комнату девочек отворилась.

– Нелли, ты спишь? Это была тетя Альма.

– Нет.

– Будь добра, спустись на минутку, - сказала тетя Альма.
– Мы с дядей Сигурдом хотим с тобой поговорить.

Ну вот, пора. Лето, конечно, не закончилось. Но они все решили. Они отправят ее в детский дом.

Посмотрим, как они запоют, когда она расскажет им об Америке!

Босиком, в ночной сорочке Нелли нехотя спустилась по ступенькам за тетей Альмой.

– Тебе не холодно?
– спросила та, когда Нелли присела на краешек стула.

Напротив за столом сидел дядя Сигурд. Это он во всем виноват.

– Нет.

Тетя Альма все же достала шаль и накинула ее на плечи Нелли. Затем бросила взгляд на дядю Сигурда. Тот кивнул.

– Нелли, - сказала тетя Альма.
– Почему ты нам ничего не рассказала?

– О чем?

– О письме из Америки.

Откуда она узнала? Ведь Штеффи не могла проболтаться?

– Но откуда...?

– Днем ко мне зашла мама Сони, - продолжила тетя Альма.
– Соня вернулась домой очень расстроенная. Проплакала несколько часов, прежде чем маме удалось узнать, в чем дело. Сначала я не поверила, что это правда, но затем позвонила домой Марте и поговорила со Штеффи. Почему ты мне ничего не сказала?

– Штеффи попросила молчать, пока все не прояснится.

– А обо мне вы не подумали?

Нелли не знала, что ответить.

– Ты мне как родная, - продолжала тетя Альма.
– И всегда так было. Только я не говорила тебе этого раньше. Но теперь мы с Сигурдом все обсудили. Я не могу помешать тебе уехать к родственникам в Америку, если ты хочешь. Но если захочешь остаться, твой дом - тут. В этом случае я тебя не отпущу. И если окажется, что твой папа... не вернется, мы тебя удочерим.

У Нелли перехватило дыхание. Она быстро перевела глаза на дядю Сигурда. Тот кивнул.

– Тетя Альма, - прошептала Нелли, - тетя Альма, я должна вам кое-что рассказать.

– Что?

Нелли снова покосилась на дядю Сигурда. Тетя Альма поняла.

– Сигурд, - сказала она, - думаю, Нелли хочет поговорить со мной наедине.

Дядя Сигурд вышел в кухню и закрыл за собой дверь.

– Ну, в чем дело?

Слова хлынули потоком, словно прорвало плотину.

– Это я виновата в том, что Йон чуть не утонул, я заманила его в лодку и сказала, что он должен ловить рыбу, он мог погибнуть, я в этом виновата! И теперь вы меня у себя уже не оставите!

– Девочка моя, - перебила ее тетя Альма, - Йон давно мне обо всем рассказал. Дети совершают глупости, и иногда это плохо заканчивается. Но ты же спасла его, это был мужественный поступок.