Падшая

– Иледа, ты действительно сожалеешь, что отдалась мне тогда? Ответь, прошу тебя! – настойчиво просил Нэшел.

– Я … сожалею… - еле выдавила из себя эти слова, стараясь, как можно спокойнее произнести, но у меня не получилось. Предательский всхлип раздался из моей груди. – Я думала… вы под действием напитка… И у вас есть невеста…которую вы любите…

– Ты! Думала … - хотел повторить Нэшел мои слова, но он застонал от боли. Резко обернувшись, я кинулась к кровати и упала на колени. Моя рука схватила его слабую ладонь, сжимая пальцы.

– Бреннан, прошу тебя, оставим этот разговор на потом, тебе нужно отдыхать, а не выяснять отношения с падшей женщиной, которая сама пришла к тебе в спальню, чтобы хоть раз в своей жизни самой отдаться мужчине, а не по принуждению! – горячо произнесла я, целуя его руку.

– Иледа… я люблю тебя… и я хочу, чтобы ты стала моей женой, - еле слышно прошептал Нэшел, - настоящей женой, а не фиктивной.

Слезы полились ручьем, когда я услышала самые желанные слова в свой адрес.

– Утром … ты так была холодна ко мне, … я подумал, что ты действительно … была под воздействием напитка, - продолжал шептать Бреннан, но столько нежности звучало в его голосе.

– Нет. Это я думала, что ты желал обладать мною, потому что напиток пробудил твое желание … - я запнулась, вытирая рукавом слезы. – И что на самом деле ты любишь свою невесту.

– Люблю… - повторил он, - ты - моя невеста, Иледа. Ты выйдешь за меня замуж?... Ты носишь наше дитя под сердцем…. Даже если ты не любишь меня, моей любви хватит…

– Бреннан, ты несносен, - улыбнувшись, прошептала я, перебив его. – Неужели ты еще не понял, что я люблю тебя всем своим сердцем!

– Я хотел услышать это тебя… - улыбнулся он. – Так ты выйдешь за меня, эрлина Иледа Соунг?

– Да! – я прикоснулась нежно губами к его бледным устам.

Глава 12

Никогда еще я не чувствовала себя такой счастливой, два дня не отходила от постели Бреннана. Быть рядом, ухаживать за любимым, слышать его еще слабый голос, видеть его необыкновенные глаза - это счастье, которое казалось мне сном.

Почти все время я проводила в каюте своего теперь уже настоящего жениха, завтракала, обедала и ужинала прямо там, кок приносил мне еду, Бреннану полагалась особая диета. Я бы ночевала рядом, но Бреннан выгонял меня, требуя, чтобы я полноценно отдыхала ночью и думала о своем здоровье. Тошнота никак не хотела проходить, иногда Бреннан уговорами заставлял меня есть, потому что порой аппетит совсем пропадал. И я, как послушная невеста, старалась угодить любимому, лишь бы он поправился поскорее.

Все наши разговоры сводились к предстоящей свадьбе. Я пыталась увильнуть от разговора, чтобы Бреннан не напрягался, но эта тема его очень волновала. Он хотел организовать пышное торжество в Клейтоне и пригласить всё высшее общество. Я же протестовала, потому что на подготовку к такому грандиозному приему нужно время и деньги, а я не хотела быть невестой, у которой проявлялись явные признаки беременности (округлившийся животик и увеличенная в размере грудь). И для моего отца сложно будет достать большую сумму денег. Бреннан, конечно же, хотел взять всю финансовую нагрузку на себя. Но, зная своего отца, я была уверена в том, что батюшка почувствует себя униженным, если половину расходов он не покроет своими силами. И приглашать весь свет Клейтона мне совсем не хотелось, зная какая у меня репутация. Но Бреннан был непреклонен, говоря, что нужно утереть нос этим снобам и закоснелым жителям Империи, пусть все видят, что клеймо, которое они поставили на меня, нисколько не отпугнуло благородного и знатного дэрла от падшей женщины. Конечно, мне было приятно, что Бреннан защищал меня, а самое главное – любил, несмотря ни на что.

Утром третьего дня, я как всегда спешила к любимому, чтобы поскорее увидеть его, прикоснуться легким поцелуем к его губам. В каюту я вошла без стука, дверь была всегда открыта. Бреннан еще спал, его грудь тяжело поднималась, на щеках появился нездоровый румянец. Я тихонько подошла к нему, по обычаю слегка прикоснулась губами ко лбу больного, проверяя температуру. И почувствовала жар, исходящий от Бреннана, у него началась лихорадка. Не дожидаясь прихода штаб-лекаря, я тут же поспешила к нему в каюту. Дэрл Нолл еще спал, когда я разбудила его настойчивым стуком.

– Эрлина Иледа? Что случилось? – с тревогой спросил меня мужчина, завязывая халат.

– Дэрл Нолл, у Бреннана поднялась температура, он весь горит! – отчаянно произнесла я, еле сдерживая слезы.

– Я приду сейчас, идите к нему! – лекарь поспешно закрыл дверь.

А я кинулась обратно в каюту любимого. Бреннан не проснулся, по-прежнему его глаза были закрыты. Присев рядом, я взяла его холодную ладонь, целуя, и слезы покатились из глаз. Страх потерять любимого вновь сковал мое сердце.

Через десять минут пришел Нолл и тут же начал осматривать больного, тот даже не проснулся.

– Дэрл Нолл, что с ним? – с тревогой спросила я, прижимая руки к груди.

– Плохо дело, эрлина Иледа, - вздохнул лекарь. – Инфекция попала в организм. Те лекарства, которые я давал вашему жениху, не уберегли его от заражения. К сожалению, медицина еще не придумала препарат, который излечивал бы от инфекции эффективно.

– И что же делать? – первые слезы покатились по моим щекам.

– Молиться богам, эрлина, и надеяться, что организм Нэшела достаточно сильный, чтобы справиться с инфекцией, - опустил глаза лекарь. – Я сейчас сделаю укол, который поможет снизить жар. А вам придется следить за состоянием дэрла, если опять почувствуете, что поднялась температура, зовите меня.

В ответ я только кивнула головой. Лекарь сделал укол в вену Бреннана.

– Крепитесь, эрлина Соунг, - он сочувственно пожал мои ладони и вышел из каюты.

Через каждые пять минут я проверяла лоб Бреннана, облегченно вздыхая, видя, что тот покрывается испариной, и жар постепенно отступает. Через час мой жених открыл глаза.

– Доброе утро, любимый, - прошептала я, смахивая слезу от радости, что он, наконец-то, очнулся.

– Ты почему плачешь? – тихо спросил он.

– Как ты себя чувствуешь? – проигнорировала я вопрос.

– Хорошо, - чуть поморщившись, ответил он. – Иледа, что случилось?

– Бреннан, не ври мне, - прижала я руку к губам, чтобы удержаться от слез. – У тебя был жар, наверное, всю ночь. Лекарь сделал тебе укол, понижающий температуру.

– Такое бывает при ранениях, - мой мужчина продолжал храбриться. – Пройдет.