Парадокс Лапьера

Сэм уже поняла, что это был Эдинсон. Он стоял возле большой кровати, выставив руки перед собой, видимо решив, что офицер спросонья на исключительных боевых рефлексах могла бы и зарядить ему в лицо от неожиданности. Беккер взглянула на себя, руки потряхивало, на майке красовались несколько больших пятен пота. Да и потрогав свой лоб, она поняла, что вспотела так, словно пробежала несколько километров.

– Снова приснился кошмар?

– «Снова»? – устало прохрипела Саманта, смотря на андроида.

– В системе Дэвида были записи о том, что с некоторой периодичностью ты очень плохо спишь. Платформа предположила, что тебе снятся кошмары, – спокойно объяснил он и медленно подошел ближе.

Офицер, заметив настороженность робота, поняла, что тот, видимо, все еще сомневался в психологическом состоянии своего оператора, поэтому боялся сделать лишнее движение. Махнув ему рукой, приглашая присесть на кровать, она прикусила губу, раздумывая, рассказать ли синтетику о том, что с ней происходило уже несколько недель. Эдинсон аккуратно присел на край и не стал торопить своего оператора, терпеливо дожидаясь ее решения. И именно сейчас Сэм осознала, что ей было очень необходимо наконец-то хоть с кем-то поделиться тем, что ей снилось, ведь казалось, что сил держать все внутри больше не осталось.

– Где-то пару недель уже мне снятся сны. Разные. В одном я была в экспедиции, в другом на учебном полете, в этот раз на выпускном. Это все реальные сцены из моей жизни. Но… – она сделала глубокий вдох. – Во всех этих снах я вижу его. Бена. Он был моим близким другом, мы учились вместе в академии.

– Был? – тихо уточнил андроид.

– Он погиб много лет назад при обвале пещеры на Сирена Альфа. Несчастный случай в экспедиции. Долгие месяцы мы искали одно определенное место, где разведывательный дрон обнаружил следы протобактерий, но при этом из-за сильных магнитных бурь на планете дрон растерял половину данных, да и вернулся таким, будто в турбине крейсера побывал. Поэтому пришлось вручную восстанавливать весь его путь, чтобы понять, где были обнаружены бактерии. Когда мы прибыли на планету, то пришлось еще несколько часов добираться до точки пешком по горам. И мы все же нашли нужную нам пещеру. Бен сиял от счастья, он сказал мне тогда, что мы стоим на пороге величайшего открытия нашего столетия. И всего через полтора часа он умер. В страшных муках, Эд. Из-за нестабильности вулканической породы, из которой состояла вся пещера произошел обвал из-за тектонического толчка. То есть это произошло бы в любом случае, мы просто оказались в ненужном месте, в ненужное время. Его заваливало камнями, и я слышала его предсмертные стоны и крики, видела, как он тянул руку ко мне. Я чудом выжила, успев выбежать в последний момент. Послала сигнал о помощи кораблю на орбите. Спасательный шаттл прибыл через полчаса, но было уже поздно. Когда его тело вытащили оттуда, он был именно таким, каким является мне во снах. Весь в крови, с пробитым черепом и переломанными костями. Он что-то говорит каждый раз во снах, но я… я не помню, что именно. Но как будто это было важно, будто бы это было предупреждением, – закончив свой монолог тяжелым прерывистым выдохом, Саманта потерла виски и опустошенно взглянула перед собой.

Как вдруг она почувствовала теплое прикосновение к руке. Эдинсон, видимо, решив так поддержать своего оператора, накрыл ее руку своей. Но должного эффекта это не вызвало. Сэм лишь удивленно приподняла бровь и с вопросом посмотрела на андроида. Тот, судя по всему, поняв, что сделал что-то не то, неловко убрал руку. Но все же синтетику было невдомек, почему такой вид взаимодействия не понравился девушке, ведь в системе, да и в юнете была информация о том, что именно такими невербальными жестами люди поддерживают друг друга в подобных ситуациях.

– Ты кричала во сне. Платформа находилась в кабине пилота, когда послышались крики, сначала негромкие, а потом ты начала звать на помощь. Данные импланта показывали зашкаливавший пульс и первичный выброс адреналина. Придя сюда, платформа увидела, как ты мечешься во сне, зрелище было довольно… неоднозначное, – он посмотрел на Сэм, которая поджав губы кивнула, подтверждая, что вполне могла повторять свои действия из сна в реальном мире.

Девушка тяжело вздохнула, сглатывая ком в горле. В этот момент Эдинсон встал и вышел из капитанской каюты. Саманта, смотря ему вслед подумала, что, похоже, даже робота с его титановыми нервами смогла достать своими проблемами. Однако уже через пару минут андроид вернулся, неся в руке пластиковый стакан с водой. Он протянул его своему оператору. Этот жест, в отличии от предыдущего, возымел свой эффект. Офицер приняла из руки своего товарища стакан и с жадностью сделала пару глотков. Синтетик, видимо, решив, что Беккер не грозит ничего, кроме дальнейшего душа и переодевания в сухую одежду, решил оставить ее одну, больше не намереваясь докучать расспросами. Но сделав всего шаг, он остановился, почувствовав, как его несильно схватили за руку.

– Спасибо тебе, Эд, – сказала девушка, смотря ему в глаза.

Всего на мгновение индикатор на лбу Эдинсона мигнул красным. Но Сэм, скорее всего, этого даже не заметила, отпуская руку товарища и решив привести постель, да и себя саму, в порядок после безумного сна.

Робот вернулся в соседний отсек, дабы заполнить полетный отчет для М.А.М.ы и отправить еще одно сообщение по защищенному приватному каналу. Он взглянул на время: с того момента, как они покинули Землю, прошло девятнадцать часов. Заполнив соответствующие поля на планшете, он начал шаблонно указывать, что «полет идет в соответствии с планом», «никаких отклонений в курсе нет», «ядро работает в штатном режиме», «состояние команды корабля стабильное». На последней фразе синтетик все же немного остановился. Нет, психологическое состояние капитана было стабильным, однако участившиеся кошмары вызывали некоторое опасение. Это могло бы сказать на концентрации Саманты в критических ситуациях, однако Эдинсон знал офицера Беккер как никто другой, и прекрасно понимал, что профессионализму его оператора нет равных, поэтому решил, что докладывать М.А.М.е об этом пока что все же не стоит.

Всего через час в левый отсек зашел и сам капитан Фалькона. Судя по влажным волосам Сэм только вышла из душа. Она, одетая в повседневную корабельную форму, прошла к небольшой тумбе в столовой зоне, на которой стояла кофемашина. Поставив в нее кружку и нажав пару кнопок, девушка вдумчиво посмотрела в большой иллюминатор перед собой, за которым мелькали звезды. Этот вид так ее завораживал, что она не сразу услышала, как характерный негромкий писк аппарата, свидетельствующий о том, что приготовление напитка завершено, так и не заметила, как пристально за ней наблюдает андроид, спокойно восседающий в паре метров от нее, ровно держа спину.

– Только не думай, что я медленно схожу с ума, – вдруг сказала она, не поворачивая голову.

Все-таки заметила. Трудно было что-то скрыть от внимательного офицера.

– Платформа лишь анализирует показатели импланта, – попытался оправдаться робот, отводя взгляд.

– Вранье – не твоя фишка, – подметила девушка, беря чашку с кофе и проходя ближе к роботу, присаживаясь напротив него за металлический стол.

– Платформа не умеет врать, Саманта, – тут же парировал он с хитринкой в глазах.

– Зато платформа умеет быть нудной и дотошной, – скрывая улыбку за чашкой, спародировала Сэм своего товарища.

– Это архитектурные особенности программы, – в тон ей ответил Эдинсон, смотря куда-то в планшет и отправляя отчет для материнской системы.

Прыснув от смеха, офицер продолжила монотонно пить свой напиток, читая новости на планшете, который по обыкновению лежал на столе в столовой зоне.

Время на корабле, рассекающем необъятные просторы бескрайнего космоса, ощущалось несколько необычно для коренных обитателей Земли. Казалось, что по субъективным ощущениям оно тянулось будто бы дольше из-за отсутствия определенных внешних циклических ориентиров, таких как день и ночь, но по факту за какие-то пару часов фрегат преодолевал огромные расстояния в десятки тысяч километров, которые еще полторы сотни лет назад были чем-то фантастическим. По воспоминаниям бабушки Сэм, миссис Джейн Браун, в среднем один трансатлантический перелет из Лос-Анджелеса в Лондон занимал около одиннадцати часов. Теперь же за такое время можно было добраться до системы Альфа, а время перелета с одного континента на другой сократилось втрое. Все это стало возможным благодаря созданию самого эффективного, с точки зрения мощи и коэффициента производительности, сверхсветового двигателя, который теперь устанавливался во все космические корабли.

Через несколько часов в левом отсеке раздался голос бортового компьютера по интеркому:

– Входящий вызов по голосовой связи: капитан Нил Беккер.

– Твою же, – тихо чертыхнулась девушка себе под нос, отвлекаясь от написания статьи, – отклонить.

– Входящий вызов отклонен, – тут же ответил женский голос компьютера.

Эдинсон выглянул из-за металлической перегородки между столовой и медблоком, глядя на своего оператора.

– Хочешь спросить почему я игнорирую отца? – тут же спросила Сэм, предвидя вопрос андроида.

– В системе Дэвида были записи об отклоненных звонках и голосовых сообщениях от капитана Беккера.

– Эдинсон, если ты будешь и дальше лезть в систему Дэвида, я ограничу тебе доступ, – раздраженно ответила Саманта, сохраняя свои записи на виртуальном компьютере, – я знаю, что мы напарники и твой долг сохранять мне жизнь, но есть личные границы.

Робот поджал губы и выглядел словно нашкодивший ребенок.

– Платформа лишь хочет лучше знать твои принципы и мотивацию, – после нескольких минут молчания сказал он.