Печать мастера Том 2

— Лучше, — огрызнулся Шрам. — А то я думал, что ты его пригрел… решил тронулся плетениями на старости зим, в память о бывшем ученике взял такого… а оказалось всё просто… — Он смачно сплюнул в окно, забрал запечатанный свиток и — удалился.

Сейши подождал пару мгновений, а потом достал из ларя на столе точно такой же свиток, с точно такой же печатью, для того же самого адресата, но с совершенно другим содержанием.

Упаковал свиток в другой, использовав бумагу худшего качества, и поставил хозяйственную печать архива, указав адрес номер два. А потом оба свитка ещё раз упаковал в третий и перевязал простой бечевой, указав для кого, и… выплел плетениями «вызов».

— Как обычно, — скомандовал Сейши — слуге, и тот приложил личную печать служащего к пергаменту. — И успеть на этот корабль.

— Да, господин Наставник.

Корабль отплывал с островного причала, держа курс на побережье. Очень удачно совпало, что он вышел прогуляться именно на эту часть острова. Сейши напрягал глаза, но без плетений так и не смог заметить Шрама на палубе.

Бесполезного Шрама.

Воспоминания которого непременно считает Кайр. Первое письмо окажется у Вэя раньше, чем наступит рассвет. Поэтому он составил текст так, чтобы нечего было предъявить, но было за что отругать.

Наставник пишет бывшему ученику, что в том зазорного?

Шрама на палубе он не рассмотрел, зато отчетливо видел с десяток слуг, которые едут заниматься хозяйственными вопросами. И его свиток с «нуждами для архива» лежит среди ещё пятидесяти таких же пергаментов. Все, как обычно.

Если он всё рассчитал верно, то письмо будет у Фу раньше, чем официальный запрос направит Вэй… если очень повезет. Такую схему отправки «через четвертые руки» он использовал крайне редко, но сейчас не было выбора. Если то, что он смог узнать — правда, мальчика Хоакина нужно предупредить.

Глава 54. Возвращение домой. Ч2. (нв!)

Утро

Земли клана Фу

Кабинет Главы Фу

Воспоминаниями о том, что произошло на совете артефакторов у Да–арханов, Глава поделился сразу, потому что госпожа «хотела увидеть то, чем с ней ещё не поделились — немедленно». И Косте, как полноправному члену семьи, позволили разделить память тоже.

— Это важно, Син. Смотри внимательно, — скомандовал Нейер.

Наставница явно пребывала в изумлении — глаза заблестели ярче, а Коста просто уважительно склонил голову перед мастерством сира, восхищенный тем, что Глава так много трудился.

— Ты понимаешь, как я это сделал? Определил то, что находится в кусках породы? — уточнил Нейер у него. Коста качнул головой — нет, но — восхищен:

— Думаю, замеры, господин. Вы тратили дни и ночи в мастерской, работая над этими камнями.

Менталист фыркнул в усы.

— Хочешь научиться так же? — мягко продолжил Нейер.

Коста пожал плечами.

Было бы неплохо. Это наверняка хорошо оплачивается, и, если знаешь, что внутри — можно забрать себе лучшее. Полезный навык. Но наверняка есть какое–то «но». К этому у Фу он уже привык. «Но» — было всегда. Если Наставница говорила — «важно научиться» — его тошнило в девяти случаях из десяти. От наличия яда в пище, запаха, или… трупа рядом. «Любой навык должен быть оплачен» — говорила лели Эло. «Потом, кровью, временем, силой. Чем–то, что ты отдаешь, чтобы получить что–то ещё, понимаешь?».

Коста теперь не просто это понимал — усвоил на своей шкуре, и потому чем должен быть оплачен такой ценный навык Мастера Нея, он пока не постиг.

— Не хочешь? — в голосе госпожи прозвучали ноты опасного удивления.

И Коста понял — «не хотеть»– нельзя. И захотел сразу, пока глаза Наставницы не превратились в узкие хищные щелочки.

— Хочу! Но… вряд ли смогу…

— Почему? — Нейер удивился.

— Потому что… — Коста подбирал слова, и не нашел ничего лучше, чем сравнить направления мастерства. — Потому что это — уровень Мастера, верно, сир?

Мозгоед и Глава переглянулись.

— И в артефакторике, как и в любом деле, как в каллиграфии, чтобы взять мастерскую печать нужно долго много трудится, но иногда это не помогает, если нет склонности или… силы, — закончил он тихо. — У меня нет ни того, ни другого.

— Почему ты так решил?

— Я не решил, я знаю. Мастер… мой Мастер владел даром видеть суть, когда вспыхивала искра. Но мне никогда не достичь уровня, которым владел Наставник Хо…

— Видеть суть? — Госпожа перебила его резко, наклонилась вперед и переспросила. — Как это — видел суть?

— Как и все мастера, — ответил Коста, ошеломленный невежеством Наставницы. Нет, он знал, что каллиграфия в клане Фу не в чести, но не настолько же. — Чтобы рисовать, нужно видеть…я не умею…

— Мама, это совсем не то…

— Подожди, Ней… — Госпожа стянула с пальца кольцо, одно из двух, в которых хранился порошок с ядом, положила на стол, и быстро перевернула сверху пиалу. — То есть ты хочешь сказать, ученик, что твой Мастер смог бы увидеть, что тут яд? — Эло постучала коготком по фарфору.

Коста открыл рот, посмотрел на леди, перевел взгляд на Главу в поисках поддержки, потом на мозгоеда, но…. они все трое серьезно ждали ответа на этот вопрос.

— Конечно, нет! — Ответил Коста возмущенно. Такой глупости он не слышал давно.

— Но ты же сказал, он видел суть! Искра… — Эло щелкнула пальцами. — Значит, он должен увидеть, что там — яд!

Коста подвис, пытаясь постичь непостижимую логику госпожи… и очень медленно, подбирая слова так, как будто бы объяснял Миу, продолжил:

— Мастер увидел бы чашку, госпожа. Потому что это — чашка.

— Там — кольцо с ядом! Значит там яд!

— Это чашка, госпожа.

— Она скрывает яд! Значит тот, кто видит суть, должен нарисовать кольцо с ядом!

Такой беспомощности он не ощущал давно, но Глава явно не собирался приходить ему на помощь:

— Нет, госпожа. Это — чашка. Пиала. Она белая. С голубыми узорами. Круглая.

— Ну и что, что круглая! Раз там сейчас кольцо, значит это — суть…

Коста перевел взгляд на Главу, но тот не собирался ему помогать. А как объяснить подобное, чтобы не оскорбить ум госпожи, он не знал.