Перпендикулярность

— Боишься, что вместо тебя в обычное пространство-время выйду я? И займу твое место? — повисла напряженная пауза, — Не бойся. Я знаю, что — ненастоящий. Исчезну, как только ты выключишь это, — он указал на каплю тумана, частично висящую над трубой, а частично поглотившую ее.

— А ты сам не боишься? Исчезнуть?

— Я — это ты. Ты останешься. Значит, и я останусь. В тебе.

— Ладно. И как мне победить эту штуку?

— Не знаю пока. Может, иглу сломать?

— Что? — Леша понял, что его двойник шутит, но в чем суть…

— Помнишь сказку о Кощее? Его смерть на конце иглы, та игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, тот заяц сидит в каменном сундуке, а сундук стоит на высоком дубу…

— Ты мне сейчас устройство аномалии описываешь? Я уже заметил, что она похожа на матрешку.

— На много матрешек, слепленных друг с другом. И их количество постоянно растет. А источник здесь, в этой капле тумана, — двойник вновь махнул рукой в ее сторону.

— Хм. Может, прогуляться вдоль скелета из плоскостей? Вдруг там есть момент до начала испытаний? Найти его, войти внутрь экрана и предотвратить?

— Понимаю, искушение велико. Но это плохая идея.

— Почему? Я сделаю так, что аномалия никогда не возникала. Предупрежу об Илье. Мама и ее сотрудники остановят его. Разве не красота?

— Ты создашь парадокс в перпендикулярном потоке времени. Аномалия не могла возникнуть раньше, если сейчас у тебя получится предотвратить ее возникновение. Но возникновение чего ты предотвратишь? Если она не возникала? Этот парадокс, скорее всего, из второго потока времени создаст замкнутый цикл. А в основном потоке времени останется аномалия, существующая несколько минут, до формирования ею второго временного потока. То есть, возникнет дубликат перпендикулярного потока, не зацикленный на самом себе. Гравитационное давление на нормальное пространство-время удвоится. С последствиями.

— Ты это так описываешь, словно аномалии две: в нашем потоке времени и в перпендикулярном.

— Нет, аномалия одна, но существует в двух потоках времени. Понимаю, сложно понять разницу.

— А ты-то ее как понимаешь, если я не могу? — Алексей усмехнулся.

Двойник помолчал, сделал неопределенное движение плечами, и предложил:

— Попробуй зайти в это, и открыть панель коллайдера.

Алексей сжал зубы. Ладно, уговорил. Он двинулся к капле густого тумана, пронаблюдав по мере приближения, как она несколько раз увеличилась до размеров небольшого дома и уменьшилась в два раза от первоначально размера.

— Что это за…?

— Твое зрение и восприятие перспективы, размеров и расстояний во многом зависит от гравитации. Когда ты движешься навстречу феномену, то проходишь через его слоистое гравитационное поле. И твое зрение начинает сходить с ума.

— Много же ты знаешь, дружок, — прошептал Леша, оказавшись совсем рядом с каплей, вернувшейся к прежним размерам.

Опомнившись, он быстро осмотрел себя — на нем модификатор, паутинчатая световая сетка работает. Ну и где тут намек на возможность что-то отключить? Труба и труба. Полый бублик, только большой. Может, пообрывать ведущие к нему провода? Но их защитные оболочки выглядят очень крепкими. А у него нет инструментов.

— Вон там! — двойник мгновенно оказался рядом, и ткнул пальцем в ту часть агрегата, которая тонула в густой мутной поверхности каплевидной сердцевины аномалии.

Приглядевшись, Леша понял, что видит. Ниже трубы действительно находится короб, покрытый изоляционным материалом, усиленный каркасом из металло-полимера. Часть короба вполне доступна, а часть уходит дальше и скрывается в серой мути.

— Два электронных замка, нужен код, ты его знаешь. И один замок внутри сердца аномалии.

— Знаю код? — удивился Леша.

В голове вдруг всплыла строка из двенадцати чисел. Откуда? Он протянул руку к замку, прикрытому крышкой, поднял ее, увидел тактильную панель для ввода.

— Нужно набрать на обоих замках.

— Да понятно, — раздраженно бросил Леша, — И что сложного-то?

Дважды набрав комбинацию цифр на одинаковых панелях, он вздохнул. Начал протискиваться в густой туман, чтобы увидеть и открыть третий замок, который по идее должен располагаться не дальше полуметра от этих. И провалился в густую взвесь серых и белых точек, искры синего и белого света, нарастающую тупую боль во всем теле, и неровный сердечный перестук. Горячее ощущение, проникшее от модификатора к сердцу, вернуло ритм к норме, но остальное окружило его со всех сторон.

Леша попытался осмотреться — только густой туман и искры. Нужно наощупь, подумал он и протянул руки вперед, туда, где только что видел панель. Руки не ощутили ничего, кроме сопротивления густого тумана и глухой боли.

— Эй, друган, ты тут вообще?! — попытался крикнуть он, но звук был таким глухим, что он засомневался, услышал ли только что собственный голос.

Молчание. Леша вздохнул, и старательно не обращая внимания на тупую боль во всем теле, попробовал плыть в направлении трубы и панели с ручным управлением. Ничего, кроме тумана. Начал думать: когда он набрал код на панели, то поверхность капли была слева от него. Но он повернулся к ней лицом и вошел в ее поверхность практически в анфас, а значит, по правую руку, должна быть часть короба с панелью замка. И он правильно начал двигаться в этом направлении. Но когда он проник через границу капли, все вокруг занял туман. И он летит уже значительно дольше, чем визуальный диаметр чертовой «младшей матрешки». Он должен был уже достичь ее границы и выйти наружу, в изолированную часть лаборатории. Что тут с расстояниями?!

Паника подкатила к горлу: а если он застрянет здесь? Если внутри капля размером с Луну, Землю или Юпитер? Он будет барахтаться здесь, пока не умрет от голода? Кстати, а чем он дышит? И достаточно ли здесь воздуха, хватит, чтобы дотянуть до голодной смерти? А его двойник? Он знал об этом? И направил его в ловушку? Зачем?!

Леша затормозил, не понятно, каким образом. Впрочем, как ему удавалось перемещаться, он так и не понял. И почему он решил, что вообще перемещается? Может, стоит на месте. Или это капля перемещается относительно него. А что, если здесь нельзя умереть? Леша почувствовал, как ужас перед перспективой голодной смерти вытесняется страхом сойти с ума, оставшись навсегда в бесконечном тумане.

Рука сама потянулась к горлу, словно помочь сделать вздох, потому что воздух застыл в легких. Леша закрыл глаза, и сосредоточился на дыхании. Ему сложно дышать или это иллюзия? Воздух потек из легких, и обратно. С этим порядок.

Открыв глаза, он поморщился, убедившись, что туман и искры никуда не делись. Он не проснулся от кошмара в своей палате. И над ним не стоят врачи. Если не придумает, как выбираться, это может плохо кончиться. И если бы только для него.

Потерев ладони, и прикусив губу, Алексей попытался восстановить в памяти все свои движения. Чтобы вернуться как можно ближе к тому месту, где он пересек границу капли. Если тут можно употреблять слово «место». Потом воспроизвел по памяти в обратном порядке. Ничего не изменилось. Никаких границ. Только густой туман, мельтешение искр, и сдавливающая тело боль, которая напоминала, что он пока жив.

Что предшествовало его разговору с двойником? Он уснул в больнице! Все это не может быть ни чем иным, только сном! Но как же проснуться? Что-то говорило ему: если просто ждать пробуждения, ничего не произойдет. Но там, на обратной стороне сна, в реальности, ему не дадут умереть во сне! Врачи увидят, что он не просыпается сам, и разбудят. А если что-то будет не так с телом, определят по показателям.

А может… Леша почувствовал, как холодная струйка пота потекла между лопаток. Может, его уже пытаются откачать? Может, прямо сейчас аппаратура заходится в писке, означающем остановку сердца? Может, он умирает прямо сейчас?! И никто не сможет спасти маму и ее команду. Никто не остановит стремительно растущую супер-аномалию, и она уничтожит нашу планету гравитацией, вдавив в дно черной дыры и разорвав в клочья?