Пирос

Сделав вид, что понял рассуждения брата, Эдвард забрался на кровать и умостился рядом с ним. А в шаре уже сформировалось изображение со слабыми, почти серыми цветами. Съёмка давалась сверху, открывая вид почти на всех собравшихся. Звук был плохим, но в тишине всеми забытой спальни разобрать слова не составляло труда.

— Это событие — нонсенс! — говорил Элиад Керрелл.

Он стоял спиной к камере, и мальчики видели только плечи и макушку отца, но зато им было видно остальных присутствующих. Их было больше, чем Филипп успел заметить на балу. «Наверно, их вызвали позже», — подумал он.

— В последнее столетие на территории Восточного Альянса не происходило даже локальных войн, но сегодня Райдос перешёл все границы. В обоих смыслах. Также у нас есть сведения, что за большинством беспорядков на юге Пироса стоят волшебники Райдоса. Несколько случаев нам удалось доказать, но этого, видимо, было недостаточно. — В его голосе слышался укор. — Теперь же вы видите, на что они способны.

Элиад Керрелл махнул рукой, указывая на светящуюся в центре стола полусферу с картой. На ней переливались какие-то изображения, но рассмотреть их не удавалось из-за мельтешащих искр.

— Может, какие-то кадры с юга? — предположил Эдвард.

Филипп согласно кивнул.

— Они могут угрожать спокойствию людей по всему Мэтрику, не говоря уже о странах, соседствующих с Пиросом. Ради сохранения мира на континенте я прошу Альянс не оставаться в стороне, а выступить с нами против Райдоса.

— Беспорядки на юге длятся уже три года, — заметил крупно сложенный мужчина с тёмными вьющимися волосами и густой бородой. Его глаза на изображении казались чёрными, как и крупный камень на серебряной резной короне. Он сидел напротив Элиада Керрелла, вальяжно откинувшись в кресле, постукивал пальцами одной руки по столу и едва заметно усмехался. — Не кажется ли вам, что это о чём-то да говорит? Например, о том, что, если бы не Райдос, то вы всё равно бы не избежали войны. Только гражданской. Настоящей гражданской войны, а не того цирка, что происходил на юге все эти годы.

Он смотрел на короля Пироса прямо, серьёзно, сдвинув брови и слегка прищурившись. Филиппу выражение его лица казалось издевательским.

— Гардиан Арт, — шепотом прокомментировал Филипп, — король Санаркса.

Эдвард безмолвно кивнул. А в это время Элиад Керрелл ответил:

— Мы не собирались воевать с нашими гражданами. Политикой Пироса было решать проблемы мирным путём, насколько это было возможно. Во имя поддержания мира было проведено несколько важных реформ, которые должны были удовлетворить требования народа. И, если бы не подстрекание Райдоса, волнения сошли бы на нет.

— Вы думаете, что, не сумев договориться с Райдосом или хотя бы предотвратить их вторжение сегодня, вы сможете противостоять им в открытой войне? — осторожно поинтересовался маленький лысый человек в чёрном костюме.

— Должно быть, представитель севера, — пожал плечами Филипп. Лица человека не было видно, но говорил он с сильным северным акцентом — там до сих пор чтили традиции и больше пользовались родным языком, чем Единым. Особенно в маленьких странах.

— Потому Пирос и просит помощи в этой вынужденной, — Элиад Керрелл выделил это слово, — войне.

— А целесообразно ли это? — поинтересовался человек, попавший в кадр только руками, но по зелёным манжетам его камзола можно было точно сказать: он с Джеллиера, а Джеллиер всегда поддерживал Санаркс. — Война только объявлена, мы все видели, что активных действий не ведётся. У вас ещё есть возможность урегулировать всё мирным путём. Сядьте за стол переговоров, Альянс поспособствует этому. Верно, мадам Монтель?

— Верно, — послышался скрипучий женский голос откуда-то вне поля обозрения камеры.

— Райдос отклонил все наши прошения о переговорах, — хмуро заметил Элиад Керрелл.

— Отдайте им то, что просят, и не разрушайте и так находящуюся на грани страну, — проговорил Гардиан Арт. — Признайте, что вы не справитесь с Райдосом, не мучайте ни себя, ни народ.

— Ни для кого из нас действительно не выгодно вступать в противостояние с Райдосом, пока угроза не нависла непосредственно над материком.

Зал наполнился гулом. Эдвард встревоженно взглянул на Филиппа, который наблюдал за происходящим с таким выражением лица, словно готов был разорвать на куски каждого, кто скажет что-то против слов отца.

— Предлагаю голосовать, — прерывая шум, сказала женщина и подошла к столу. Все мужчины расступились, давая ей место. Старуха мадам де Монтель, дама с седыми волосами, убранными в высокую причёску размером с ещё одну голову, в чёрном платье и с огромным количеством блестящих украшений, была похожа на высохшую сороку. Её бесцветные глаза под тяжёлыми старческими веками, однако, смотрели строго и внимательно. Она всегда держалась прямо, как подобает даме самого высокого положения. И у неё были все права считать себя лучше каждого из собравшихся мужчин — именно она была главой Восточного Альянса и имела прямую связь с самим Советом Магии.

— Кто на данный момент отказывается предоставлять Пиросу военную поддержку? — спросила она, оглядывая собравшихся.

Четыре руки взмыли в воздух моментально. Поколебавшись, за отказ проголосовало ещё несколько человек. Тонкие губы женщины растянулись в сочувствующей улыбке.

— Сочувствую, сэр Керрелл. Голосованием было принято решение отказать Пиросу в военной поддержке со стороны Восточного Альянса. Если кто-то примет решение лично со своей стороны поддержать вас, мы, разумеется, этого не запрещаем.

Филипп с ненавистью следил за поднимающимся из-за стола Гардианом Артом, который и не скрывал иронично-победной улыбки. Филиппу в тот момент король Санаркса был противен весь — от острых зубьев короны до последней серебряной пуговицы на тёмно-синем камзоле. Он был уверен: если бы не Арт, больше людей проголосовало бы за помощь Пиросу. Они ведь понимали, что Райдос намного сильнее! Они понимали, что, если враг пойдёт в наступление, выстоять будет крайне сложно. И уж тем более они не могли не слышать о том, что Райдос сотрудничает с людьми за океаном. Что можно было заказать с Форкселли — одному Небу было известно, но если это — техника для войны, то проблемы у Пироса становились намного страшнее, чем они могли представить сейчас.

Филипп выключил прибор и, скрестив руки на груди, упал на подушки, тут же закашлявшись от поднявшейся в воздух пыли.

Эдвард посмотрел на брата и тяжело вздохнул.

5

За лето на южном фронте не произошло ни одного важного сражения. Попытки вытолкнуть войска Райдоса за границу проваливались одна за другой, но и их легионам вглубь пройти не удавалось. Соседствующие с югом области нервничали из-за крупных беспорядков, которые учиняли мародёры и словно сошедшие с ума люди, но столица жила спокойно. Несмотря на новости об участившихся поджогах, разгромах и убийствах, совершённых руками самих южан, жителей Пироса, люди верили, что врагу до них не добраться.