Пламя и лёд

Летаврус в изумлении выставил свою правую руку вперед, одновременно используя элементы полученного в Хранилище Аватаров доспеха как щит, и попутно разглядывая свое новое оружие. Нечто, напоминавшее меч с двумя лезвиями, расположенными параллельно друг другу с одной стороны рукояти, просто выскальзывало подобно жалу насекомого как раз из странного утолщения на локтевом сегменте доспеха. Хитрое оружие ярко сияло в темном мраке подземелья. Ближайший противник Крейна, засмотревшись на неизвестное оружие, пропустил от паучьего стража удар топора, который вывел из строя плечо варвара и заметно порезал шею.

Альви, стоявшая до этого позади обороняющихся мужчин, все это время не спускала глаз с шевелящихся на полу фигур Карлангера и Ютлинера. Последний оказался на редкость живучим и быстро сумел прийти в себя, но удар изящного женского каблука снова отправил самовлюбленного мальчишку в мир сновидений. Следующим потенциальным врагом был гном, который уже перевернулся на живот и вот-вот готов был встать за спиной Никса и Крейна.

– Они мои, – азартно сказал паучий страж, когда из дюжины солдат гнома против него остались только двое: молодой мускулистый пацан с большой гривой темных нечесаных волос, вооруженный шипастой дубиной, и крепко сбитый седовласый боец с жилистыми руками и худощавым телом.

Никс видел, как его двойное лезвие ловко подрезало молодому мальцу левую половину груди, заставив мускулистую грудь кровоточить, и поэтому наемник решил дать паучьему стражу немного поиграть с отборными солдатами Мудрахана.

Крейн покончил с черноволосым мальцом быстрыми и точными ударами сначала в пах, а затем в подбородок, отправив молодого искателя приключений в нокаут.

Но оставшийся седовласый солдат оказался самым опасным противником. Прикрепленный к левому локтю солдата маленький железный щит создавал дополнительную угрозу при атаке и позволял его обладателю парировать удары Крейна. Паучий страж, получив небольшую свободу действий, все еще продолжал раскручивать перед собой свой топор наподобие мельницы, периодически при этом нанося удары кромкой лезвия по рукам и ногам противника. Седовласый легко уходил от атак, вовремя ныряя под удар и сразу же производя контрвыпад. Либо, наоборот, применял тактику временного отступления, не забывая при этом делать опасные выпады своим коротким мечом. Крейн бы с легкостью победил такого противника в реальном бою не на жизнь, а на смерть, но паучий страж не забывал во время сражения поглядывать в сторону Никса. Наемник калечил и ранил наступавших на него солдат, но при этом он их не убивал и не наносил смертельных ран. Рубашка Крейна взмокла от напряженной работы. Его топор пока что не рубил чужие головы, но вот послышался крик Аль-эм-Ашвул. Наемник тут же подоспел к ней на помощь. И как раз в этот момент седовласый боец сумел достать своим ножом до пальцев Крейна, сжимавших оружие. Короткий меч лишь чудом не отрезал Крейну палец, но паучьего воина это не на шутку разозлило. Слегка отклонившись назад и сделав ложный замах, Крейн дал оппоненту обойти себя и выждал, когда седой солдат сделает разящий удар тыльной стороной обоюдоострого лезвия с размаху. Только теперь паучий страж мог запросто нейтрализовать соперника. Солдат мудраханаской армии ожидал, что противник эффектно отобьет нацеленный в него меч, но вместо этого Крейн пошел вперед, едва уклоняясь от смертельного острия, оцарапавшего его рубашку, и поднял топор одной рукой вверх. Седой солдат слишком поздно разгадал трюк Крейна. Паучий страж уже вгонял рукоять своего топора в низ груди седовласого, а другой рукой он ударил в седой висок. Последний солдат из отряда Карлангера впал в отключку, в одно мгновение очутившись на полу, но радоваться было еще рано.

Из-за тайного прохода, открывшегося в стене, на Никса и Альви напали три крепкие существа со звериными телами, сплошь покрытыми шерстью, с человеческой осанкой, но остроконечными мордами. Оборотни – так наверху называли этих созданий.

Когда ногой изумрудноволосой воительнице удалось нейтрализовать Карлангера, то до ее чуткого слуха достиг звук когтей, скребущих по камню.

Альви быстро повернулась на звук, и в этот момент сильная мохнатая лапа, поросшая бурой шерстью, нанесла ей удар по лицу, сбив ее с ног.

Летаврус услышал звук падения, и его изумрудные глаза встретились с желтыми глазами большого оборотня, который бежал к Никсу на двух ногах, наступая только на переднюю часть стопы. Подобно человеку, чудовище занесло лапу для удара, в темноте хищно сверкнули черные когти. Никс провел двумя остриями своего оружия по шее монстра, перерезая его горло, и на всякий случай пнул хищника ногой в живот. Зверь отлетел, но его место тут же занял новый. Вставший на смену своему товарищу оборотень перед самым ударом резко встал на четвереньки и согнул голову к полу. Плотное высокое туловище зверя ударило Никса точно в солнечное сплетение и сбило с ног.

Альви краем глаза увидела, как наемник ликвидировал первого напавшего на него монстра. Теперь врагов осталось всего двое. И один уже сбил наемника с ног, а другой нанес удар своей крепкой ногой женщине в самую середину живота. Нормальный человек давно бы умер от такого удара, но организм паучьего стража был намного крепче, поэтому Аль-эм-Ашвул не умерла, но ей все еще трудно было подняться. Оборотень, напавший на нее, продолжил свою атаку, выбив шпагу из рук женщины. Волчья морда нависала прямо над ее ухоженным лицом. Зверь хищно клацал челюстями, стараясь укусить попавшую к нему в лапы жертву. Но странный цвет волос несколько сбивал зверя с толку. Альви посмотрела в эти голодные желтые глаза, и прочла в них холодный расчет чужого разума, приказывающего зверям. Это и спасло женщину. Монстр стоял над почти побежденной жертвой с уже занесенной для рокового удара когтистой лапой, но руководящий разум задумался, и этого мига воительнице вполне хватило для того, чтобы прямо под голодными глазами зверя начать свою трансформацию в воина-паука.

Оборотень почуял неладное и нанес удар. Альви уже ощущала острые концы когтей на своем горле, когда ее рука перехватила звериную лапу, остановив ее в сантиметре от своей шеи, и со всей силой паучьего стража сдавила ее. Брызнула кровь, прозвучала песня раздробленных костей. Монстр страшно зарычал и попытался укусить свою жертву, но резко выросший паучий страж со всей высоты своего трехметрового роста отшвырнул хищного зверя на пол. Оборотень падать явно не умел, и при приземлении ударился своей сломанной лапой, отчего еще сильнее завыл, и в этот момент передняя пара сегментичных ног нанесла удар оборотню по голове, пробив в двух местах крепкий череп.

Напавший на Никса зверь очень хорошо знал своего врага и, не теряя времени, сразу же попытался вцепиться наемнику в лицо. Летаврус, придавленный к полу всем весом зверя, показал волчьей морде свою улыбку вампира, щелкнув клыками прямо перед волчьим носом – зверь немного ослабил натиск, и тогда Никс нанес ему в брюхо сильный удар снизу двумя ногами, подбросив оборотня вверх. Затем Страж Леса резко выпрямился и хотел добить монстра, однако оборотень, нарушив все законы анатомии, сумел сделать в воздухе кульбит через голову и обойти удар Никса. К счастью, в этот момент подоспел Крейн, и его двуручный топор врезался в мощную шерстистую грудь, разрубив чудовищного волка пополам.

– Эти зверюги крупнее тех, с которыми мне пришлось разобраться в Доме Магов.

Крейн присел возле первого поверженного зверя, у которого наемник перерезал горло.

– Любопытное существо.

Альви, снова приняв человеческий облик, как ни в чем не бывало поправляла свою прическу.

– Перестань чмокать, Крейн, – Аль-эм-Ашвул нашла свою шпагу и стерла с нее капли волчьей крови, а затем повернулась к Летаврусу. – У нас водится нечто похожее, только у них нет меха на теле и они передвигаются не на четырех, а на двух ногах, и мордочка слегка приплюснута.

– Ты имеешь в виду двороков?

– Да.

– Ничего похожего.

– Как ваши успехи? – Никс не знал, что еще он мог спросить у своих новых друзей; ему было даже немного стыдно оттого, что первые люди, встретившие их, были не приветливые городские жители, а отряд вооруженных варваров, ищущих легкой наживы, а первые звери, осмелившиеся протянуть свои лапы в момент знакомства, были отнюдь не красивые лохматые собачки, а самые настоящие оборотни.

Альви увидела неловкое выражение на лице Летавруса и изобразила одну из своих очаровательных улыбок.

– У тебя так всегда бывает?

Никс честно ответил:

– Почти каждую ночь.

– Весело, – Альви подошла к варвару из отряда гнома, стонущему над своим разбитым носом.

– Никогда так раньше не разминался! – эта реплика, принадлежавшая Крейну, чуть не повергла Никса в шок. Его новые друзья как будто обрадовались тому, что с первых минут прибывания в новом мире их уже пытались не один раз лишить жизни. Но затем паучий страж подошел к наемнику и по-дружески похлопал его по плечу.