Пламя и лёд

– Не это ли ищешь?

Летаврус узнал голос высокого авантюриста, устроившего ему ловушку.

Руки Никса сами схватили резную рукоятку длинного меча крестоносцев; наемник снова вспомнил про уроки Кантра и, все еще находясь в облике вампира, отдавал предпочтение бою на мечах.

Вампир-наемник резко крутнулся вокруг себя, описывая мечом полукруг, и встал в защитную стойку, слегка приподняв меч и направив его острием в бок.

Широкое лезвие громко чиркнуло о длинный меч, высекая искру.

– Ловко, нечего сказать, – на фоне темного пятна блеснула одинокая белая полоска – противник ухмыльнулся, – такой фокус может проделать каждый алкаш в городских тавернах.

Никс хотел добавить, что вообще-то эти алкаши являются одними из самых лучших наемников юга Лаударума, но серьезность ситуации заставила его деликатно промолчать. Только рука молниеносным движением успела подхватить почти упавший на пол нож.

– Превосходно, – человек-тень слегка заколыхался, а потом за его спиной чиркнул металл.

Удар последовал неожиданно. Даже такой боец, как Никс Летаврус, оценил мастерство нападавшего.

Обоюдоострая секира, с лезвиями на обоих концах древка, потрясала своими габаритами.

Летаврусу удалось только в самый последний момент скрестить двуручный меч и охотничий нож и тем самым остановить продвижение смертоносной секиры в свою сторону.

Лезвие топора было почти круглым и имело не меньше пятисот миллиметров в радиусе. Острое, как бритва, лезвие топора мерцало в кружившем сумраке зловещим светом. Грозное оружие человека-тени, призванное убивать и внушать страх, своими странными бликами помогало наемнику вовремя блокировать удары врага и избегать прямых попаданий.

За каждым ударом секиры чувствовалась нечеловеческая сила. Летаврусу приходилось напрягать все свое тело, чтобы уверенно противостоять обрушившемуся на него граду ударов. Крепкие мышцы стали твердыми как камень, а тяжелый двуручный меч от своих сорока килограммов не оставил ни следа усталости в руках вампира. Никс поймал себя на мысли, что это уже четвертый раз за одну ночь, когда его второе «я» спасает его от лап смерти.

Лезвия секиры исчезали также внезапно, как и появлялись. Окружавший старый зал мрак ловко прятал движения своего фаворита. Мрак – покрывало ночи, незримо окутывающее города, людей и все королевство Лаударума. Человек-тень и покрывало ночи – они хорошо дополняли друг друга. Это было их празднество. Целого мира ночи и тьмы.

Но это был также и мир Никсалорда Летавруса – наемника Гильдии Воинов из школы Стражей Леса, человека в свете дня, ночного охотника в свете мрака. Изнуряющие тренировки под руководством старого воина не прошли для Никса даром. Руки наемника, сжимавшие оружие, словно жили своей жизнью, подчиняясь воле порхающих в ночном воздухе стальных клинков и трещащего от натуги металла. Никс не мог видеть своего оппонента, но знал, что тот точно выше ростом и шире в плечах – это давало преимущества в силовом бою где-нибудь на открытом месте, но только не в ограниченном пространстве, пусть и достаточно большом. Наемнику удавалось предсказывать удары человека-тени и вовремя подставлять нож или меч, отводя или отбивая удар. Но и человек-тень действовал достаточно однообразно, хотя и быстро – его удары были в основном рубящими, хотя человек-тень и наносил их с неимоверной силой и под невообразимыми углами. Летаврус вращал двуручным мечом и ножом, ослабляя смертоносные удары или отбивая их. Поединок принимал затяжной характер, и Никс почувствовал, что по его лицу струятся капельки влаги – он начинает уставать от бешеной скорости обмена ударами. Каждый блок отдавался во всей руке и плече томительной волной чужой силы. Руки болели от физической нагрузки, но продолжали твердо держать оружие. Лезвие меча и ножа умоляюще трещало, а высекаемые от ударов искры наполняли воздух запахом горелого металла.

– Неплохо, – похвалил наемника человек-тень, когда Никсу удалось в очередной раз отбить двуручным мечом нацеленное в него лезвие секиры.

Летаврус за пару минут узнал почти все приемы и удары, которыми осыпал его оппонент. И вот тут в душе наемника появилась надежда на преодоление непробиваемых наступательных ударов, сыпавшихся со всех сторон.

Но надежды оказались напрасными – что-то мелькнуло в сумраке, и воздух рассек легкий свист; очередной удар под прямым углом слева под ребра явно запаздывал, хотя Никс уже готов был к контрвыпаду.

«Мельница!» – неожиданная догадка осенила наемника как раз в тот момент, когда смертоносное вращающееся острие секиры уже опускалось вниз, на голову наемника. Никс в последний момент успел отвести руки с зажатым в них оружием и кубарем прокатиться под дробящим камни лезвием.

Острое лезвие пробило камень как раз в том месте, где только что стоял вампир. Странное оружие прорезало в камне дыру, словно нож в масле.

Никс услышал хриплое дыхание противника – тот, очевидно, пребывал не в лучшей своей форме и тоже не был в восторге от защиты Никсалорда.

«Спасибо тебе, Кантр!» – Летаврус мысленно воздал похвалу своему учителю по бою на мечах, когда кувырками прокатывался через сплошную завесу мрака.

«Получай!» – Двуручный меч, сжимаемый твердой рукой, с силой полоснул по тому месту, где, по мнению Никса, у его противника должны были быть ноги.

Толстое лезвие отскочило от ноги человека-тени, словно это был камень. Отдача от неожиданного блока волнами пробежала по всему телу Летавруса, заставляя его мышцы деревенеть от усилий.

– Ловкий ход, вампир, – слова похвалы скрываемого мраком соперника мало интересовали Никса. Уйти от метнувшейся в его сторону расплывчатой тени – вот что наемнику следовало срочно предпринять.

Но удача не могла улыбаться Никсу постоянно – что-то жесткое и холодное с такой силой ударило Летавруса под ребра, что на миг ему показалось, будто все вокруг него заполняется вечным мраком.

Боль в боку и хриплое дыхание заставили Летавруса в отчаянии прижаться как можно ближе к полу, и наемник, стараясь не попасть под темные столбы, обрушивающиеся на него со всех сторон, начал кувыркаться, подобно жуку-щелкунчику, периодически наугад нанося удары по странным теням.

Атаки Никса порождали лишь звонкие удары металла о металл, а падающие тени стали двигаться все быстрее и быстрее. Быстрее двигался и Никс, упорно уворачиваясь от стремительных атак.

Радовало наемника только одно – нигде не было видно лезвий секиры.

Когда сквозь пелену темноты Никс увидел голубоватый потолок с золотыми красками, его ноги тут же оттолкнулись от пола, в стремительном прыжке посылая тело наемника высоко вверх.

Летаврус мог запросто расправить сложенные за спиной крылья и покинуть поле битвы, но ему бросили вызов на языке меча и стали, и он – боец на мечах – не собирался отступать от боя.

Резко крутнувшись вокруг себя, Никс изо всех сил рубанул ножом и двуручным мечом по странной тени.

Теплая и липкая жидкость брызнула наемнику в лицо, а темная фигура сдавленно вскрикнула.

Летаврус сразу понял, что его удар достиг цели, но вот куда попало острие оружия и каковы последствия – этого Летаврус не знал. Тень ловко скрывала раны своего подзащитного. Теперь Никсалорд уже не сомневался в том, что его противника скрывает магическое заклинание, откуда наемник сразу же сделал вывод, что здесь необходимо применять собственные запасы магических трюков, тем более что от этого зависела его жизнь.