Планета Перл

– Да ещё когда убирались.

– Ладно, друзья, – поднялся Родион, по-взрослому подняв стакан с лимонадом, – Поздравляю всех с удачным окончанием учебного года, без троек, а Риту – с отличием.

– Да ладно, – возразила Рита, – У вас у каждого за год всего пару четвёрок, а остальные пятёрки. Если бы вы хотели…. Но, ты сам говорил, что не стремишься быть отличником, что знания должны быть не на бумаге, а в голове.

– Рита, – растянул губы в улыбке Родион, – Я поздравляю от всей души. А уж твои знания точно соответствуют аттестату. Я прав? – обратился он к остальным.

– Точно, точно, – подтвердила Марина, – Рит, ты лучше с ним не спорь, он прав.

– Ладно, ребят, – уже спокойно произнесла Рита, поднимая свой стакан, – Всех с успешным учебным годом, не только в учёбе, но и в спорте.

– Вот это правильно, – согласилась Марина.

Все зашумели, поднимая стаканы со сладким напитком, и поздравляя друг друга. Антон тут же, на ходу, подхватив гитару, стал сочинять реп:

Мы спортсмены – народ простой

Меньше слов, а больше дела

Мы по-доброму ко всем с душой

В норме разум и конечно тело.

Все засмеялись и захлопали в ладоши.

– Рита, а ты смогла бы эти строки перевести на разные языки и спеть? – поинтересовалась Марина.

– Думаю, что да. Славик, дай мне листочек и ручку.

Антон продиктовал слова. Рита сначала записала их на русском, затем перевела на английский, французский и китайский. А когда стала петь, то получилось интересно и смешно, особенно на китайском языке. Все хохотали до слёз.

День прошёл незаметно. Много шутили, пели, играли в интересные игры на эрудицию. Расходиться стали, когда уже стемнело. Предварительно убрав со стола и помыв посуду, хотя Славик и сопротивлялся, уверяя, что сам справится.

– Так будет правильно, – объяснила Марина, моя посуду.

– И быстрее, – поддержал Антон, вытирая тарелки.

Выйдя на улицу, друзья приятно ощутили свежесть тёплого летнего вечера. Уже проснулись ночные птицы, воздух бал наполнен ароматом цветущих растений. В парке, послышались первые трели соловья. Уходить никому не хотелось, стояли возле калитки и наслаждались запахом распускающихся соцветий липы. Все молчали. Но видно было, что каждый из них обдумывал слова Евгения Семёновича на счёт завтрашнего дня. Первым заговорил Славка, – Ребят, не знаю, как начать… – возникла пауза. Славик пытался подобрать нужные слова.

– А ты и не начинай, – дружески улыбнулся Родион, – Давай завтра соберёмся, и вы с отцом всё нам скажите, что хотели. Утро вечера мудренее – как говорили наши предки. Хотя… – Родион обвёл всех взглядом, – Может у кого-то на завтра другие планы?

Друзья посмотрели друг на друга. В их глазах читался один ответ.

– Я так и знал, – удовлетворённо хмыкнул Родион, – Явимся в полном составе.

Договорившись о времени встречи, друзья вызвали Рите такси. Ей нужно было попасть на другой конец города. Когда машина прибыла, Рита, прежде чем уехать, произнесла, – Ребята, я не знаю, как это получается, но я чувствую, что это начало чего-то грандиозного и необыкновенного. Я чувствую, что у нас всё получится, только, если мы все вместе возьмёмся за это.

Её слова прозвучали как-то странно и непонятно, поэтому им особо не придали значения. Сейчас ещё никто не знал, что эти слова были практически пророческими и определяющими дальнейшую судьбу каждого из них.

СОЗДАНИЕ

«Но пока мы здесь, в этом мире, у нас есть ещё время творить, любить, совершенствоваться»

В намеченный час все друзья сидели в гостиной, разместившись на диване и креслах. Напротив них, поставив стул спинкой вперёд, в позе наездника, восседал Евгений Семёнович, сцепив пальцы рук и большими, постукивая друг о друга. Профессор, как его иногда называли (хотя он и в самом деле имел звание профессора), выглядел уставшим. Худощавое лицо, высокий открытый лоб с тремя глубокими морщинами, светло-серые глаза, обрамлённые большими очками, аккуратные усы с бородкой и приглаженные волосы с редкой сединой, схваченные в пучок на затылке.

– И так, друзья, – начал он, – Я собрал вас не случайно. Знаю, что вы люди творческие, увлеченные, ищущие знаний. Слава мне много о вас рассказывал. С его слов, вы все получались какие-то идеальные, правильные, если хотите. Я, честно говоря, сомневался. Но мне достаточно было увидеть вас, чтобы развеять сомнения. Тем более, что я хорошо знаю Марину и Родиона, а у них плохих друзей быть не может. Я, так же знаю, – он посмотрел на брата с сестрой, – Что вы со Славой уже давно промышляете на запретной технической зоне испытательного полигона.

При этих словах, у Риты и Антона округлились глаза.

Евгений Семёнович продолжал, – Узнал я это лишь недавно, убираясь в саду и обнаружив лабораторию сына, и в ней – тайный ход. Я, конечно, не одобряю ваши действия, но, признаться сам грешил разного рода запретами. А вот то, что вы трое, столько лет могли держать всё втайне, это многого стоит. Знаю, что поклялись ничего никому не рассказывать и до сих пор держали слово. Даже ваши новые друзья ничего не знают, – Евгений Семёнович замолчал, собираясь с мыслями.

Этой паузой воспользовался Родион, обращаясь к Рите и Антону, – Я думаю, каждый из нас хотел бы поведать вам нашу тайну, но, сами понимаете, мы дали клятву.

– Вообще то, я догадывался – откуда у тебя, Родя, появилась такая техника, – признался Антон.

– У меня тоже были подобные мысли, но я знала, что вы всё сами расскажите, – созналась Рита.

– Вот и прекрасно, – воскликнул Евгений Семёнович, – Это означает, что Рита и Антон догадывались обо всём, но, тем не менее, смогли никому ничего не говорить. Отсюда, можно сделать вывод, что вам всем можно доверять и это – главное, – профессор снова взял паузу. Все терпеливо ждали продолжения, и он, глубоко вздохнув, продолжил, – Я хочу поделиться с вами открытиями, которые могли бы перевернуть всё современное представление о законах времени, расстоянии, пространстве, энергии. Эти знания могли бы пойти как на пользу человечества, так и во вред – разрушить, уничтожить само его существование. Смотря, кто и как воспользуется этими открытиями, – он опять замолчал, словно давая возможность слушателям переварить информацию, – Тот взрыв в лаборатории, к которому я был причастен, изучая новый источник энергии, многому меня научил. Когда меня выгнали с работы, я поначалу сильно расстроился, ведь я уже тогда догадывался, почему он произошёл, и что это может служить созданием сверхмощного источника энергии. Я пытался об этом сказать, но меня не слушали. Я впал в апатию, мне всё было безразлично, я потерял интерес к науке…. Но благодаря сыну, вдруг понял, что это есть промысел Божий, – Евгений Семёнович перекрестился и продолжил, – Глядя на Славу, как он старается, я захотел помочь ему. Сначала убрался дома, затем решил расчистить сад, и наткнулся на его мастерскую-лабораторию. Первые минуты я был и поражён, и расстроен тем, что сын пошёл по моим стопам, и что его, возможно, ждёт моя участь. Но потом, мы с ним поговорили, и мне стали известны все ваши тайны. Я вернулся в свою домашнюю лабораторию, и вот там меня осенило: – «Хорошо, что не стали меня слушать и выгнали с работы, ведь в противном случае, негативно воспользовавшись открытиями, мир мог стать на порог катастрофы. А так всё обошлось и в этом, видимо, промысел Создателя. Я снова погрузился в работу, и вот! – профессор обвёл всех взглядом, глаза его блестели, лицо покрылось испариной, – Создан новый источник энергии! Вы даже не представляете, что это значит! – он вскочил со стула, прошёлся по комнате к окну и замер. Со стороны могло показаться, что он что-то рассматривает на улице, но это было не так. В его голове бурлили мысли великого учёного.

Паузу прервал Родион, – Евгений Семёнович, почему именно нас вы решили посвятить в свои разработки, и вправе ли мы знать то, что возможно нам знать не положено?

– Именно поэтому я вас и пригласил, – повернулся профессор, – Передо мной дилемма: дать опасные знания взрослым, убелённых сединами мужам – закостенелым, бюрократичным, консервативным. Или дать те же знания молодым, крепким, умеющим держать слово, чистым, светлым людям. Я выбрал – второе. Вернее, меня подтолкнули к этому выбору Он, – Евгений Семёнович поднял указательный палец и посмотрел вверх, – А теперь, я хочу спросить вас: «Готовы ли вы получить эти знания, готовы ли вы взвалить на свои плечи груз ответственности за человечество?» Выбор за вами. Если кто-то из вас, или вы все, не пожелаете – я пойму.

Наступило затяжное молчание, нарушаемое только мерным тиканьем часов на стене, да назойливым жужжанием мухи, запутавшейся в паутине. Ребята переглядывались друг с другом, и по лицам читалось, что никто не намерен отступать. Тишину снова прервал Родион, – Думаю, буду прав, если скажу за всех. Мы хорошо знаем друг друга. Каждый из нас обладает определённым уровнем знаний, но мы желали бы знать больше. И если нам представляется такая возможность, мы ею воспользуемся.

Все утвердительно закивали.