Планетаторша Марса

– Мы на месте, Тина-Кристал. Давай расклад по диспозициям.

Она быстро в уме собрала все увиденное, прикинула координаты расположения охраны, шаттлов и скинула все это ему через нейро-обруч. «И, все же, странно. В тот раз было больше охраны». Она хотела сообщить Гарри и о своих подозрениях, но отвлеклась на мессу, боясь упустить что-то важное для себя.

– Отлично. Ждем твоего сигнала и приступаем – отозвался мыслью в ее голове Гарри и тут же отключился.

Действие на сцене продолжалось своим ходом. «Жрец» вывел на подиум новенького и пафосно объяснял, кто это, и почему для них он должен стать своим. Кристал по напутственному слову Шеферда поняла, что это действительно вождь того самого крупного племени с Земли. Именно его люди количественно более всего влились в производство жилых контейнеров. Очевидно, что «Жрец» таким образом собирался отблагодарить беднягу. «Теперь вся полнота власти у него в руках. Я, Гельмут, теперь еще этот вождь самой большой общины беженцев. Что ты задумал, Шеферд?».

Кристал не спеша, не привлекая излишнее к себе внимание в полумраке галереи, двинулась к «подиуму», чтобы быть поближе к сцене. Ей все еще казалось, что, когда ворвется Патруль, она сможет взять себя в руки и выстрелить в Шеферда. Уверенность в этом ей добавлял сам факт того, что фиант на время окажется на шее у новенького, а значит и власть над ней со стороны «Жреца» ослабнет. Заняв выгодную позицию в первых рядах среди присутствующих она передала мысленный сигнал Гаррисону:

– Сейчас!

– Отлично. Мы приступаем… Когда будем близко, ты услышишь. Просто упади на пол с руками за голову, тебя не тронут. Поняла?

– Да – быстро брякнула в уме Кристал и отключилась.

Впереди ее ждал собственный план по захвату фианта.

Штурм

Тяжелый десантный космолет «Пеликан» свалился с неба прямо на площадку у въезда в подземный паркинг башни Сида-Тауэр. Фигуры в легких красных броне-костюмах словно ждали их, расположившись за столбами. Однако открыть огонь по Звездному Патрулю они не успели. До того, как десантный космолет замер на взлетке, раздался громкий хлопок. Во все стороны от него побежала странная полупрозрачная рябь, словно волна колеблющегося воздуха от резкого перепада давления и температуры. Вот только ничего подобного в пространстве вокруг «Пеликана» не происходило. Рябь же, разойдясь невидимыми кругами во все стороны, коснулась своим колебанием спрятавших за столбами боевых дронов и офицеров марсианской службы охраны. Оба человекоподобных «Ганрана» в красно-черном раскрасе тут же замерли. По их металло-полимерным телам пробежали разряды, как от сильного удара током. Один из них просто замер, второй пошатнулся и громко рухнул из-за своего укрытия. Электромагнитная рябь коснулась и живых бойцов в красно-черных латах. У одного из них отказала импульсная винтовка, у второго, напарника, вышел из строй спрэдган. Еще двое, будучи подальше, успели в замешательстве лишь отскочить на безопасную дистанцию, где ЭМИ-импульс уже не причинил вреда ни им, ни личному оружию.

В тени дальнего прохода внутрь рябь прозрачной волной коснулась чего-то крупного и невидимого. На одно мгновение из тьмы проступил силуэт крупной «пучеглазой» 4-лапой боевой машины, но тут же снова растаял, будто мираж.

Фронтальная вращающаяся полукруглая башенка со спаренными дулами плазмомётов повернулась в сторону растерянных от электромагнитного импульса целей и изрыгнула «струи» небольших ярко-белых шаров. Те с жутковатым воем, оставляя за собой белесый яркий в вечерних сумерках след разогретого до состояния свечения воздуха, устремились в сторону противника. С яркими вспышками и каскадами искр шары вмиг разрушили колонны, за которыми укрывались марсиане. Растворяя нано-бетон и металлизированные конструкции, превращая в оплавленные лужи и пар, огненные шары сметали укрытия, оставляя силы обороны без защиты. Оба марсианских бойца с вышедшим из строя оружием, не ожидая такого напора, успели только вскинуть руки, как тот час превратились в яркие каскады искр, ошметки горелой плоти и дымящихся полимеров.

Еще один марсианин в красном, отстреливаясь куда попало, попытался ретироваться и занять более безопасную позицию в тылу, но сразу же попал под удар. Плазменный шар не совсем точным попаданием как бы отраженной вспышкой от металлизированного пола снес ему обе ноги. Он громко вскрикнул и рухнул на металло-покрытие, высекая искры от касания с полом. Второй, его напарник, получил удар в грудь, как только выскочил, чтобы вытащить бедолагу из-под огня. Оружие в его руках растворилось в облаке ярких расплавленных осколков, утащив за собой и самого бойца.

Поле боя вмиг затянулось густой плотной белесой дымкой от разогретого пара, смеси металла, нано-бетона, полимера и горелой плоти. Все это превратилось в жуткий подобный разлитому в воздухе молочному коктейлю, который мог легко насмерть обжечь человека без защиты.

Отъехала дверца «Пеликана», и наружу выплыли 2 крупных дрона-шара Патруля «Сфероида». Используя магнито-отражатели они как некие водоплавающие птицы легко и непринужденно заскользили по воздуху, разрезая и протыкая плотное облако разогретого пара, оставляя после себя весьма крупные 1.5-метровые «норы». Следом из десантного отсека выпрыгнули закованные в серо-серебристые бронированные латы экзо-костюмов штурмовики. В первых рядах шли 4 болвана Патруля, следом еще двое, но живые, которые внешне были все равно неотличимы. С их плечевых трубок с характерным хлопком вылетели небольшие размером с кулак дроны-шары. Они, словно бутоны цветов, распустились с широкой парой полупрозрачных лепестков, каждый из которых стал вращаться и вибрировать, издавая причудливый стрекочущий звук. Дроны-шарики, подобно птичкам-невеличкам «Колибри», нырнули в туман и дымку остывающего пара, совсем скрывшись в нем. 6 фигур, закованных в штурмовые броне-костюмы, спешно и аккуратно с винтовками и бластерами наперевес двинулись следом. Откуда-то из рассеивающегося тумана замерцали оранжевые отблески стремительно заработавших излучателей «Сфероидов». Тяжелые неспешно плывущие на магнитных отражателях бронированные шары определенно что-то заметили там, подавляя огнем импульсных лазеров всякую мысль о сопротивлении.

Внезапно из темной глубины спуска в подземный паркинг донесся громкий лязгающий звук. Сначала он тоже был, но какой-то тихий не особо выделяющийся на фоне воя плазменных шаров. Теперь в относительной тишине он приобрел ярко выраженные гнетущие очертания. Что-то большое тяжелое приближалось оттуда прямо на встречу высадившемуся десанту Патруля. Звук от лязга его лап прекратился так же внезапно, как и начался. Пар охладился в вечерней прохладе и совсем рассеялся, оставаясь лишь стелиться по металло-покрытию въезда в подземный паркинг. Фигуры в штурмовых серых экзо-костюмах рассыпались в разные стороны, будто в некой нерешительности, не желая заходить внутрь. Зато оба полутораметровых шара «Сфероида», закончив зачистку и добив оставшихся в «живых» марсианских дронов охраны, погрузились во тьму паркинга, включив резко свои мощные фонари. Их лучи не выхватили ровным счетом ничего опасного, что совсем недавно весьма громко топало к выходу. Маленькие круглые развед-дроны, шелестя своими крылышками, совершенно не видели никаких причин для беспокойства.

Резкая и яркая вспышка двух цилиндрических глаз взорвала тишину и мрак спуска вниз. Широкое наклонное металлизированное полотно, усеянное разбитыми дронами и мертвыми офицерами департамента марсианской охраны, озарилось бликами вспышек 2-х тяжелых РРП-пушек. Словно два огнедышащих драконов с ревом и вибраций из многочисленных стволов они испустили пламя с роем раскаленных добела быстро выгорающих стержней. В этом горячем облаке оба «Сфероида» просто исчезли. Один из них озарился яркими вспышками, тысячами разноцветных искр и развалился на множество фрагментов, второй смог вывернуться, отделавшись ударами стержней по касательной. В ответ он полоснул излучателем прямо в огнедышащую «пасть». Оранжевый мерцающий луч лизнул раскалившийся от жара цилиндр и просто утонул в море вырывающегося наружу огня. Однако еще до того, как импульс лазера «Сфероида» окончательно потух, правая тяжелая РРП-пушка 4-лапого, возникшего прямо из воздуха, исполина поперхнулась, закашляла и, выплюнув еще несколько снарядов, затихла. Вторая такая же, левая, продолжала реветь и поливать окружающее пространство градом раскаленных «гвоздей», сметая все на своем пути. Если фигурам в броне удалось лечь на пол, избежав поражения, то стоявший «Пеликан» ощутил удар сполна. Огненные стрелы прошили его на сквозь в нескольких местах. Оба спаренных ствола плазмометов развалились на фрагменты, осыпая всю площадку каскадами искр и расплавленного металла. «Пеликан» объялся пламенем, но не отказался от борьбы, будучи «от природы» весьма «живучим» техническим изделием инженеров Патруля. Его РПУ отстрелила 6 «всепогодных» фотонных ракет. Они с яркими вспышками света сначала, будто в замедленной сьемке, вытолкнулись пневматикой из труб, утопленных в верхнюю проекцию фюзеляжа космолета. Спустя доли секунды с характерным свистом ракеты метнулись в противника в лице полностью проявившегося и проступившего из тьмы «Гигамункула». Задержка боеголовок на старте дала время 4-лапому «чудовищу» приготовиться и принять меры. Робот резко присел, будто передохнуть. Это позволило ему пропустить выше себя 4 ракеты, улетевшие вглубь паркинга и поразившие пассажирский шаттл за спиной. Зато оставшейся отставшие от остальных 2 из них достигли цели. Одна окончательно разбила и без того уже поврежденное РРП-орудие. Вторая, сбившись с курса, ушла вниз, вмазавшись в переднюю левую ногу, выгнутую коленом вперед во время пригибания. Именно оно, колено, приняло на себя всю разрушительную мощь фотонной ракеты. Во все стороны полетели ошметки сочленения с остатками прогоревшей брони. Крупного робота качнуло сначала вверх, затем резко вниз, на бок. Левая передняя нога, ее нижняя часть, держалась теперь лишь на рваных кусках полимерных мышц и волокон, что не добавляло устойчивости 4-лапому гиганту.

«Гигамункул» попытался привстать и отойти, но не смог. Его неумолимо кренило на разбитое левое колено передней лапы. Тотчас справа и слева по бокам на торсе открылись лючки, и во все стороны начали выпрыгивать достаточно мелкие, не более, чем полметра ростом, боевые дроны «Гомункулы». Эти достаточно примитивные, по сути, одноразовые машины, похожие на цыплят с легкой РПУ или минометом вместо головы, в таких количествах представляли угрозу посерьезнее самой 4-лапой «мамаши». Штурмующие очень быстро ощутили это на себе. Первые две легкие ракеты, выпущенные в сторону сил Патруля угодили в болвана в экзо-костюме с бластином наперевес. Очередью ярких вспышек тот успел отправить в нокаут первых двух спрыгнувших «Гомункулов», но подключившиеся еще 2 с другой стороны успели осуществить задуманное. Обе ракеты угодили в цель, сорвав реактивный ранец и оторвав ногу выше колена. Болвана отшвырнуло в сторону. Ему на выручку пришел другой болван, работавший с ним в паре. Он отстрелил ЭМИ-мины из своих плечевых универсальных пневмо-минометов в ответ, пока перезаряжал импульсную винтовку, и так же попал по целям. Только это помогло лишь на секунду-другую задержать противника, но никак не остановить. На месте 4-х павших «Гомункулов» возникло 8 «свежих». Бой разгорался с новой силой, но теперь уже штурмовой отряд вынужден был отступать назад к разбитому «Пеликану».

К бою подключился поврежденный и слегка искрящий, но все еще функционирующий «Сфероид», тот самый второй номер из пары, который чудом избежал уничтожения РРП-пушкой противника. Его мерцающий долгий импульсный излучатель повышенной мощности сейчас оказался весьма кстати. Пока оставшиеся силы Патруля перегруппировывались, «Сфероид», оказавшись во фланге достаточно крупной группе «Гомункулов», атаковал из-за столба, где укрывался от огненного вала 4-лапого «чудовища» и перезаряжался. Его ярко-оранжевый луч блеснул, озарив пространство паркинга, и, словно хлыстом, полоснул по большой группе прикрывающих отход «мамаши» дронов-«цыплят». Импульс сразил первого в группе «Гомункула», затем перекинулся на 2-го, 3-го, 4-го, при этом быстро мерцая и испаряя с дронов килограммы ценного металла и полимеров, разрушая внутреннюю структуру, прожигая насквозь их нутро. Тонкая броня мелких дронов лопалась, как скорлупа орехов от удара молотка. Еще не закончив с мелочью до конца луч моргнул последний раз и затух на 6-м мелком «цыпленке», срезав ему лапку. «Сфероид», искря и шипя, как рассерженный кот, подался обратно в укрытие для безопасной перезарядки. Однако теперь он всецело переключил внимание оставшихся в строю «злобных малышей» на себя. Их количество же, казалось, нисколько не сократилось. На место павших «Гомункулов» на металлизированный пол прямо в дымящиеся лужи и останки павших «товарищей» из люков 4-лапой «мамки» выпрыгивали новые и новые «особи».

Волнения среди присутствующих адептов Культа в храме передалось и Кристал. «Жрец» позвал ее выйти на сцену через нейро-линк. Кристал медленно выступила вперед. Пока она двигалась туда, он уже вскинул руки и толкнул небольшую речь:

– Кто мы тут с вами!? Мы служители!? Медальон, который на мне, не принадлежит мне, но всем нам! Каждый из вас всех, присутствующих тут, испытал уже его силу и власть на себе! Все мы приняли знак наших высших братьев-люменов, приход которых мы чаем уже скоро! Но! …