Племя

Наконец они подошли прямо к школе. Это было современное здание, оборудованное самыми новыми технологиями, которые так и не сумели испытать до конца. Сочетание белого и оранжевого цвета на стенах здания смотрелось приятно. Большая часть окон на первом этаже были заколочены, остальные — просто выбиты.

Подобравшись ко входу, Роза осторожно заглянула в щель между досками в окне, Шон тем временем судорожно дергал за ручку двери, но та не поддавалась. Он продолжал стучать по металлу, бить то плечом, то ногой.

— Даже не пытайся, — успокоила его Роза. — Смотри, — девушка указала пальцем в окно, откуда открывался вид на забаррикадированный шкафами, столами и прочей мебелью вход, — так что… Только через окно.

Только одно из окон первого этажа, к счастью, оказалось просто разбитым. Приложив немного усилий, Шон и Роза вскарабкались по стене и оказались в длинном узком коридоре. Прямо перед ними распахнуты несколько дверей в начальные классы. Куча мебели, превратившаяся в деревянные обломки, куски штукатурки на полу, всякий мусор и порванные тетради и учебники — типичная картина каждого класса. В одном из кабинетов и вовсе образовалась огромная дыра в стене, о происхождении которой можно строить разные догадки. Через эту самую дыру открывался путь в столовую — просторное помещение, настолько сильно усыпанное мусором, что напоминало свалку. Напротив дверей в столовую находилась широкая лестница на второй этаж. Самый первый кабинет, встречавшийся там, — физика, а пройдя немного левее, удалось обнаружить тот кабинет, который так нужен, — география.

Шон подошел к двери и потянулся рукой к ручке, осторожно коснулся ее, закрыл глаза и глубоко вздохнул. Хоть он и говорил Розе, что ему уже совершенно безразлично, что он здесь найдет, но на самом деле сильно боялся не найти здесь ничего.

Дверь распахнулась. Кабинет оказался довольно большим. Слева располагались стеклянные шкафчики с книгами, в центре в хаотичном порядке стояли парты, а в самом конце — большой учительский стол. Он был не совсем обычным и отличался от других — длиной порядка шести метров он находился на платформе, немного выступавшей над полом. Весь этот громадный стол был усыпан тетрадями, книгами, но, что самое главное — картами. Роза, окончательно осознав, что ее идея точно неплоха, бросилась к картам, внимательно осматривая их и отшвыривая бесполезные экземпляры в сторону.

— Смотри! — вдруг радостно и громко воскликнула она, — вот же! Смотри! — она перевернула карту и ткнула ею в Шона, указав на Скандинавию. Вдоль всей Норвегии протянулась надпись, которая, скорее всего, должна стать последней подсказкой: «Я жду тебя по утрам в больнице. Зубы лечить».

Шон хоть и был рад тому, что финальная подсказка наконец нашлась и не пришлось идти за ней к Уралу, но даже не улыбнулся: его силы совсем иссякли, он устал от всего этого сумасшествия.

— Осталось только найти больницу.

— Уже нашли. Я увидела больницу в центре города, там, где мы были изначально, — самодовольно прибавила девушка.

Роза отошла от учительского стола к Шону и посмотрела в его усталые глаза, похожие на два гнилых яблока. Она обхватила руками его спину и прижалась к нему головой. Приятный холодок пробежал по телу Родригеса, слегка ударив его током изнутри. Он вспоминал, как обидел Розу в том доме у реки, как его грызла совесть, как он пытался найти способ заслужить прощение. Но сейчас, слушая и ощущая на себе ее теплое дыхание, он понял: «Она и не обижалась, а лишь хотела, чтобы я шел дальше».

— Значит, мы несколько часов были рядом с тем местом, которое нам так нужно, — шепнул ей на ухо во время объятий Шон.

— Значит, да, так, — слегка посмеялась девушка. — А теперь представь, сколько дней он уже приходил в кабинет стоматолога и сидел там все утро, ожидая, что именно сегодня ты придешь.

Они громко засмеялись и наконец высвободились из рук друг друга.

Спустившись на первый этаж, в хорошем духе компания направлялась к выходу. Резко улыбка пропала с лица Родригеса, он остановился и внимательно прислушался: лай собак, рычание, совсем недалеко. Руки Шона затряслись, терялось равновесие, вспоминая о прошлой встрече с псами. Он взял за руку Розу и присел с ней под окном, прислушиваясь к каждому звуку. Животные бродили совсем рядом. Родригес слегка приподнялся, заглядывая в щель окна. Прямо перед входом бродило три собаки. Жуткие, противные, тощие морды, стукались носами о каждый объект, что-то вынюхивая. Шон сразу понял, что это не мутанты, а обычные животные, но это не делало их безопаснее. Стая медленно приближалась, Родригес понимал: нужно уходить, искать другой выход. Он наклонился к Розе и шепнул ей на ухо так тихо, как никогда еще не говорил, опасаясь острого собачьего слуха. Девушка кивнула и стала ждать решений Шона.

Родригес стал медленно подниматься с колен, вновь заглядывая на улицу через щель. Одна из собак уже находилась всего в метрах десяти и смотрела прямо в окно. Увидев Шона, та оскалила острые клыки и громко залаяла. Страшные хищные зрачки жадно глядели на свою жертву, чувство голода взяло контроль над зверем и он бросился бежать вперед. Родригес успел лишь взять за руку Розу, чтобы помочь ей быстрее подняться, и пустился вместе с ней бежать. Коридор впереди был достаточно длинный, темный, со временем почти ничего уже не было видно. Сзади слышался свирепый, голодный лай. Свою добычу преследовал уже не один хищник, а сразу три. В полной темноте Шон и Роза уже не видели друг друга, но каждый из них знал — сзади догоняет смерть. Роза напрягла зрение и разглядела впереди завалы из всякой мебели, преграждающие путь. Девушка прижалась к левой стене и протиснулась через щель в преграде. Уже совсем близко показался тусклый свет вечернего неба. Окно! Выход! Совсем немного. Роза из последних сил ускорилась и выпрыгнула из здания, мягко приземлившись на мокрую траву.

Она обернулась назад, огляделась по сторонам — никого. Приложив руку к груди, она чувствовала бешеное сердцебиение; пыталась отдышаться, но воздуха по-прежнему не хватало, легкие неприятно покалывало, глаза сами по себе закрывались на несколько секунд, затем снова открывались, только смотрели как-то блекло. По ушам ударил глухой выстрел, раздавшийся из здания. «Шон!» — воскликнула в голове Роза. Его нигде не было. Он остался в школе.

Девушка поднялась и подошла к окну, из которого только что вылетела. Ей показалось, что она слышит, как скулит собака. Или это все звон в ушах? Неважно. Роза поднялась и залезла в окно. Она крутила головой, осматривая каждый угол в надежде не встретить собак. Снова перебравшись через щель в завалах, Роза обнаружила открытую дверь в какое-то помещение.

Внутри странной комнаты не было ни дверей в другие комнаты, ни окон — ничего. На полу лежало окровавленное, бездыханное собачье тело, голову которой поразила пуля крупного калибра. Тонкий красноватый след, в темноте больше напоминавший черный, вел к стене, где, прижимая ладонь к ране чуть выше колена, сидел Шон. Девушка бросилась к нему, сразу стараясь осмотреть рану.

— Ты в порядке? — взволнованно, но стараясь сильно не шуметь, говорила она. — Как так произошло?

— Я в темноте не увидел эти чертовы завалы, пришлось убегать в первую попавшуюся комнату, — Шон щурил глаза и протяжно вздыхал, — а тут ни окон, ни дверей. Ну и укусил меня этот. Я только успел дотянуться до кобуры. «Ну, — думаю, — была ни была. Отпугну остальных — значит, хорошо, а нет…» Ну и… Отпугнул.

— Давай я тебе помогу, — Роза взяла Шона за плечо и осторожно облокотила его на себя.

— Я в порядке, немного только прихрамываю.

Родригесу идти было тяжело. Боль от укуса, словно волна, то становилась сильнее, то постепенно ослабевала.

Выбравшись из здания, Роза усадила Шона на уцелевшую лавочку в школьном парке и задрала левую штанину до раны. Укус выглядел совсем нехорошо. Многочисленные следы от собачьих зубов кровоточили.

— Господи, — нервничала девушка, — ты же врач, скажи, что делать!

— Все нормально… Нужно только обработать рану. Хоть чем-нибудь, — язык Шона заплетался от боли и усталости, — найди что-нибудь… На крайний случай — вода и мыло.

Роза смотрела на Родригеса, которому становилось хуже, как бы он ни оправдывался. Конечно, на это влияла и жуткая усталость, но такая боль точно делает свое дело. К тому же его начинало трясти от холода. Роза сняла с себя пальто и накрыла им Шона.

— Я схожу поищу что-нибудь. Будь начеку, не спи.

Родригес лишь осторожно кивнул, посмотрев больным взглядом на грустные и испуганные, но по-прежнему столь прекрасные глаза.