Плеяда
Шрифт:
– Они, походу, оттянулись перед обстрелом, - предположил Ганс. – Как и мы.
– Эх, были бы у нас свои миномёты, - мечтательно произнёс Якут. – Сейчас бы врезали по ним.
Ганс достал радиостанцию, вызвал Каштана, а когда тот ответил, коротко обрисовал обстановку:
– Видели троих, потом нас обстреляли из миномётов.
– Они пытаются наступать? – спросил Каштан.
– Нет, сейчас я их не наблюдаю. А мы можем их накрыть минами?
– Кого - их?
– Край «Зеи».
– Я доведу Корсару, - сообщил Каштан. – Не выключайся, жди.
Ганс многозначительно посмотрел на Якута,
– И вот скажи, Ганс, - Якут смотрел вдаль. – Как воевать с такими командирами, которые не могут организовать удар по противнику?
– Мне нечего тебе ответить, - улыбнулся Ганс. – И ты это знаешь.
– Да, - сказал Якут. – Это был риторический вопрос.
Обсудив варианты действий в случае повторного нападения, Ганс вернулся к блиндажу, где отсиживались Аватар и Крот.
– Аватар, ты где?
Из блиндажа высунулся Крот.
– А он ушёл.
– Куда ушёл? – удивился Ганс.
– Как бой начался, он за вами выскочил, - сообщил Крот.
В свои сорок два года Крот, не обладая никакими качествами, которые сделали бы из него мужчину, отрастил красивую бороду, вводившую людей в глубокое заблуждение относительно свойств характера её носителя. Повинуясь принятому в обществе мнению, что борода является олицетворением мужественности, собеседники выдавали ему кредит доверия, который он очень быстро разрушал своим поведением, заставляя людей, вынужденных с ним общаться, испытывать неловкое ощущение обмана. Поверхностность и необязательность были его жизненным кредо, и всё бы ничего, но в какой-то момент это вошло в противоречие с мнением сильных людей, которых он кинул, и те, наказания для, привели его за руку в военкомат, убедив согласиться с добровольностью решения подписать контракт. Крот счёл возможным из двух зол выбрать меньшее, и вскоре оказался на СВО.
– А ты чего не помог? – спросил Ганс.
– Чем? – искренне удивился Крот.
– Ты идиот? – уточнил Ганс.
– Вроде нет, - Крот помотал головой.
– Ты жить хочешь? – это прозвучало как угроза и Крот напрягся.
– Конечно хочу, - ответил Крот.
– Тогда ты должен принимать участие в бою, - нравоучительно произнёс Ганс. – А не прятаться по щелям. Всё понял?
– Понял, - кивнул Крот.
– Ну, если понял, тогда иди и помоги Гоче копать окоп.
– Хорошо, - кивнул Крот. – А автомат брать?
– Брать, - ответил Ганс, сдерживая себя от острого желания стукнуть собеседника чем-нибудь тяжёлым.
– А идти уже сейчас?
Ганс развернулся и пошёл по остаткам хода сообщения.
– Уже сейчас? – вослед снова поинтересовался Крот.
– Да-а! – крикнул Ганс, не поворачивая головы.
Он решил пройти до левого фланга опорного пункта, чтобы найти Кузю и Аватара, которые куда-то запропастились. Высоко поднимая ноги, переступая через поваленные ветки, Ганс дошёл до края оборудованной позиции.
Аватар сидел в небольшом окопе, прикрывшись ветками.
– Пулемётчик, я тебя звал, - сказал Ганс. – А ты не пришёл.
Аватар смотрел на него стеклянными глазами, полными страха и безысходности.
– Где твой пулемёт?
– Т-там, - бывший майор полиции нашёл в себе силы
ответить.– А почему ты не там? – спросил Ганс, и его интонация не предвещала Аватару ничего хорошего.
– Т-там… Т-там… - несколько раз повторил Аватар.
– Вылезай и пошли за мной, - сказал Ганс, и когда тот выбрался из своего укрытия, спросил: - Кузю не видел?
– Н-нет, - ответил тот.
Ганс не поленился довести Аватара до стрелковой ячейки, где стоял его пулемёт.
– Сиди тут, «пулемётчик».
Ровно в полдень Ганс включил радиостанцию и вызвал Каштана.
– Происшествий не случилось, - доложил он.
– Замечательно, - радостно сказал Каштан. – Слушай сюда. Ровно в пятнадцать часов вы занимаете лесополку, что перед вами. В четырнадцать пятьдесят по ней отработают миномёты. Короче, вам там работы – на десять минут – зайти, осмотреться, закрепиться, и сидеть спокойно, курить бамбук.
– Там позиция стрёмная, Каштан, - сказал Ганс. – Мы здесь-то, как на ладони, а туда, в низину спускаться, что бы нас с соседнего склона долбили, нет, не пойду.
– Не тебе решать, Ганс, - сказал Каштан. – Ты получаешь приказ и идёшь его выполнять.
– С кем, Каштан? Двое потерялись, двое от страха трясутся, остальные так себе солдаты…
– Вот с этими воинами и идёшь выполнять задачу. Что не ясно? Если не пойдёшь, я тогда дам указание арте отработать по тебе. Поверь, им без разницы, куда стрелять. Ты меня услышал?
– А тебе не западло по своим бить?
– Не западло, если «свои» приказы не будут выполнять, - ответил Каштан. – И ещё, смотри, менять мы вас будем с «Зеи». Если вы останетесь на «Десне», будете сидеть там хоть до второго пришествия. Ты меня хорошо понял? Никакого снабжения вам не будет. Если сами назад попрётесь – прикажу расстрелять вас, а прокурору скажу, что вас с немцами перепутали.
– Какой же ты чёрт, лейтенант, - сказал Ганс. – Я думал, что ты человек.
– Я всё сказал, - крикнул в рацию Каштан. – Выполнять! И смотри, мне сверху всё видно. Если в пятнадцать часов группа не встанет и не пойдёт вперёд, пеняйте на себя!
Каштан поспешил отключиться. Ганс непроизвольно посмотрел на часы, хотя точно знал, сколько сейчас времени. Весь его опыт кричал, что поставленная задача бессмысленна, безумна и конечно, невыполнима теми силами, какими он располагал. Зайти на вражескую позицию, наверное, было возможно, но удержать её не представлялось возможным, так как её расположение позволяло противнику напрямую наблюдать, что там происходит и корректировать огонь миномётов даже без использования разведывательных БпЛА.
Своими опасениями Ганс поделился с Гочей, который тоже оказался не в восторге от полученного приказа.
– Да они там с катушек слетели? – вскрикнул он. – Какой ещё штурм? У нас тут людей – раз два и кончились, а они требуют «Зею» взять!? Да мы там ляжем все, кто нашу позицию оборонять будет?
Он замолчал, выдохшись.
– Каштан сказал, что, если мы не пойдём на штурм, он ударит по нашей позиции миномётами, - сообщал Ганс «дополнительные подробности».
– Да и пусть бьют, - махнул рукой Гоча. – Какая разница, кто по нам бить будет – немцы, или свои дебилы. Я уже попрощался с жизнью, мне не страшно. Отсюда мы всё равно уже живыми не выйдем.