Побочный эффект

– Нет. Этот дурак, видите ли "не любит такого". Тем не менее, когда он уже собрался лечь спать, где-то около половины одиннадцатого, он увидел, что тот самый мужчина вышел из нашего подъезда с двумя чемоданами в руках. Минуты через две появилась Клэр в сопровождении женщины, все трое сели в машину и уехали.

– А он запомнил номер?

– Ты шутишь? Он даже понятия не имеет, какой марки была машина. Он сказал дословно вот что: "маленькая, зеленая, с окошком в крыше".

Этуелл согнал усевшуюся ему на живот муху.

– Похоже на "форд-фиесту"...

– Я тоже так подумал.

– У кого-нибудь из ваших знакомых есть "фиеста"?

Фицпатрик помотал головой.

– А эта пара? Они тебе кого-нибудь напоминают?

– Нет, - опять помотал головой Фицпатрик.

– Что еще?

– Вот, пожалуй, и все...

– Немного, а?
– мрачно подытожил Этуелл.
– Заявлять в полицию, разумеется, нет смысла. Эти идиоты и слышать ни о чем не захотят - ведь у нас ежегодно исчезает около двадцати тысяч человек... Конечно, - добавил он, - есть еще Армия спасения...

– Нет, это не для Клэр, - покачал головой Фицпатрик.
– Реджи, а не мог бы ты навести справки в социальном страховании или в ее банке?

– Могу попытаться, - не сразу и без энтузиазма откликнулся Этуелл.
– Но не думаю, что от этого будет толк. В социальном страховании вообще не спешат, а банк вряд ли уже получил от нее просьбу о переводе счета по новому адресу. К чему торопиться, если у нее есть кредитные карточки? Ведь есть?

– Да, ее банка и "Америкен экспресс".

– Вот видишь, - уныло отозвался Этуелл.

– И проверять списки пассажиров тоже не имеет смысла?

Этуелл с шумом втянул в себя воздух, словно обжегся.

– Знаешь ли ты, сколько самолетов, судов и вертолетов ежедневно покидают Англию?
– с пафосом воскликнул он.
– И потом, почему ты решил, что она уехала за границу? По-моему, лучше уж попросить в вашем почтовом отделении перечень разговоров, которые велись по твоему телефону, - подумав, предложил он.
– Скажи, что тебе кажется, будто прислали чересчур большой счет... Если ты увидишь, что один и тот же номер повторяется много раз и ты этот номер не знаешь...
– И, внезапно прервав самого себя, Этуелл рявкнул на мальчишек, которые пытались столкнуть друг друга в воду.
– Вот сорванцы! пожаловался он Фицпатрику.
– О чем мы говорили?
– И вдруг его глаза расширились.
– Послушай, мне пришла в голову отличная мысль! Помнишь, в прошлом году я летал в Штаты? Так вот, когда я был в Лос-Анджелесе, я видел, как работает в полиции отдел Свенгали*...

______________

* Персонаж романа Джоржа Дюморье "Трильби", человек, обладавший сверхъестественной силой воздействия на окружающих.

– Какой отдел?
– не понял Фицпатрик.

Этуелл чуть смутился.

– Отдел, который пользуется в своей практике гипнозом.
– Он помахал рукой.
– Я знаю, это звучит несерьезно, но обожди. Они обнаружили, например, что фотороботы, созданные по описанию свидетелей, которые были предварительно загипнотизированы, гораздо больше соответствуют реальности, чем можно было ожидать. Кроме того, и это главное, свидетели, которые сначала утверждали, что ничего не помнят, под гипнозом вспоминали номера машин преступников и бог знает что еще!

Фицпатрик одобрительно поднял брови.

– И ты считаешь...

– Именно!
– воскликнул Этуелл.
– Мы загипнотизируем твоего приятеля...
– Он нетерпеливо защелкал пальцами, стараясь припомнить фамилию соседа Майкла.

– Ди Сузу, - подсказал Фицпатрик.
– Уилфреда ди Сузу. Однако своим приятелем я бы его не назвал...

– Ну, пускай свидетеля. Мы загипнотизируем твоего свидетеля и посмотрим, не сумеет ли он вспомнить номер машины, в которой уехала Клэр. Как ты думаешь, пойдет он нам навстречу?

– А почему бы и нет?
– ответил Фицпатрик, хотя и не был в этом так уж уверен.
– Но кто его загипнотизирует?

– Да, это проблема...
– Этуелл помрачнел.

– У вас в Скотланд-Ярде нет специалистов?

– Нет. По крайней мере пока. Заместитель главного прокурора боится, что если мы начнем применять гипноз, нас обвинят в том, что мы внушаем свидетелям информацию, а не получаем ее от них...

Из-за шезлонгов вдруг выскочил, распугав голубей, которые, самодовольно воркуя, разгуливали по высохшей траве, большой ирландский сеттер.

– А ну, пошел отсюда!
– рассердился Этуелл.
– Чертовы собаки! Поубивал бы их всех! Знаешь, сколько дерьма они оставляют на лондонских улицах ежедневно?
– И громогласно возвестил: - Шестьдесят шесть тонн! Ежедневно!

– Да ну?
– Фицпатрик сделал вид, будто его потрясло это сообщение.
– А знаешь, зубной врач, к которому ходила Клэр, - гипнотизер. Я его, правда, ни разу не видел, но...
– Он помолчал.
– Минуту! Я придумал кое-что получше. Я знаю одного психиатра, его зовут Джерард Пол, он лечит и гипнозом. Я несколько раз обращался к нему за советом, когда в своей работе сталкивался с проблемами психиатрии, и он всегда мне помогал... Если я уговорю его и ди Сузу встретиться, ты готов присутствовать на сеансе?

– Конечно!
– не задумываясь, ответил Этуелл.
– Кстати, - добавил он, видимо что-то припомнив, - а что представляет собой этот ди Суза?

Фицпатрик пожал плечами.

– Вполне приличный человек...

– Приличный?
– Этуелл искоса посмотрел на него.
– Ты что-то недоговариваешь, а?

– С чего ты взял?

– У меня есть нюх на эти дела. Давай выкладывай.

– Видишь ли, ди Суза немного...

– Немного не того, да? Только этого нам не хватало!
– простонал Этуелл.

– Он еще и владелец салона красоты для собак в Найтсбридже.

– Да?
– спросил голос из динамика.

– Мистер ди Суза?
– едва не касаясь губами микрофона, спросил Фицпатрик.

– Да...
– осторожно подтвердил голос.

– Мистер ди Суза, это я, Майкл Фицпатрик. Майкл Фицпатрик из соседнего подъезда...

– А, да!
– обрадовался голос.
– Входите, пожалуйста.

Когда Фицпатрик на третьем этаже вышел из лифта, ди Суза ждал его у дверей своей квартиры. Он был высокий, с отличной фигурой, седыми, с голубоватым отливом, волнистыми волосами и лицом стареющего героя-любовника. На нем был полосатый передник, а в руках он держал крохотного белого пуделя в сверкающем камнями ошейнике.

– Варю джем. Персики с миндалем. Уже кипит.
– Он говорил короткими, рублеными фразами.
– Пробовали такой?

Фицпатрик признался, что не пробовал.

– Тогда позвольте презентовать вам баночку, - сказал ди Суза и, отодвинув в сторону занавес из бус, впустил Фицпатрика в комнату, обставленную мебелью начала века.
– Хотя я вроде сам себя хвалю, но джем и вправду очень вкусный.

На тахте, обтянутой шелком абрикосового цвета, лежал гораздо более молодой мужчина, кудрявый блондин с телосложением культуриста.