Подкидыш для Цербера

И он поведал ей все, позволяя словам литься свободным потоком. Воспоминания, так тщательно спрятанные в глубине памяти, оживали и заставляли сердце омываться кровью. Но это была малая расплата за то недолгое счастье, что подарила ему Надежда.

Глава 17

Надежда

– Их называют плазмоидами или орбами, считая шарообразными сгустками энергии, - пустился в объяснения Сандро.
– Но мне на собственном примере пришлось убедиться, что они - это нечто иное. Представители другого измерения, обладающие разумом и мышлением, во многом отличающимся от нашего. Они спокойно живут среди нас, но иногда вступают в контакты и оказывают определенное воздействие.

Я не знала, что и думать. С одной стороны, речь Сандро звучала как монолог сумасшедшего. Все эти разговоры об инопланетянах, потусторонних силах или как их там... шарах из другого измерения. Но с другой - я и сама замечала многие странности на вилле. И это не было галлюцинациями.

– Они питаются энергией, перерабатывают ее, хотя могут и поделиться ей с людьми, - продолжил Сандро.
– Их приманивают места с отрицательной энергетикой и люди, обладающие особым даром. Так было и со мной. Когда я сделал первые снимки, вспышка камеры приманила их. Они прошли через меня, помогли собраться с силами и приняли как своего. И теперь я следую за ними. Только их свет помогает мне избавиться от страха и видеть - видеть мир через их призму. Они мои проводники, мои друзья...

– Это из-за них ломается аппаратура?
– догадалась я.
– Их присутствие оказывает влияние на близких тебе людей?

Сандро шумно выдохнул, точно собирался выпить водки, и повесил голову. Обеими руками ухватился за мою ладонь, ища поддержки и понимания.

– Да, ты права. Их постоянное присутствие не меняет человека, но заставляет проявляться черты характера, доселе дремавшие в нем. Мало кто выдерживает эти изменения.

– Ты хочешь сказать, что ты специально приманиваешь их?
– вздрогнула я.
– Чтобы с их помощью видеть?

– Мне приходится, - сообщил он.
– Вспышка фотокамеры призывает их, помогает мне установить с ними контакт. В противном случае я вновь становлюсь слепым. И это пугает меня больше, чем необходимость бывать на местах трагедий.

Я вздрогнула. Вот мы и подошли к самому интересному. Осталось чуть-чуть «надавить», и он раскроет свою тайну.

– Ты прежде упоминал о каком-то договоре, - осторожно напомнила я.
– Это они, светящиеся шары, вынуждают тебя фотографировать места трагедий?

– Да, я следую за ними, чтобы не утратить связь, - кивнул Сандро.
– Вначале пытался помочь, предотвратить катастрофу. Но они наглядно показали, что мое вмешательство может сделать только хуже. К тому же, стоит мне подойти ближе, как зрение пропадает. Так орбы охраняют свою территорию.

– Ты сказал, что они питаются энергией, - принялась рассуждать я.
– Так не может ли статься, что именно они и создают опасные ситуации? Не в них ли кроется причина трагедий?

Сказала и замерла в ожидании. Больше всего на свете боялась услышать подтверждение своей догадки. Неужели Сандро променял одну банду на другую - более жестокую и беспощадную?

– В наше время точно никто не может сказать, кто они и что из себя представляют, - начал он.
– Одни полагают, будто это души умерших. Другие - что представители цивилизации, живущей на Солнце. Третьи - что это демоны, прорвавшиеся в наш мир...

– А кто они для тебя?
– настаивала я.
– Почему другие люди так плохо реагируют на их присутствие?

– Они разные, но в то же время являются единым целым. Одни больше походят на ангелов, что хотят помочь. Другие злобны и коварны. И только от самих людей зависит, кого из них они примут. Мне же выпала особая «честь» - быть наблюдателем. Думаю, мои отрицательные эмоции - для них вкусная пища. Изо дня в день я вижу трагедии и не могу вмешаться. И это - мое проклятие и расплата за прежние грехи. Постоянное чувство вины гложет меня изнутри. И такой судьбы я не пожелал бы никому, даже врагу.

Мне стало так обидно за Сандро, так жаль его. И все же рациональное мышление заставляло сомневаться в правдивости его слов. Не слишком ли он зациклился на «друзьях»? Не придумал ли сказку, в которую и сам поверил?

– А ты не пробовал излечить слепоту другими методами?
– наблюдая за реакцией Сандро, спросила я.
– Ты же богат, тебе доступны лучшие клиники и специалисты...

Он высвободил мои ладони и отвернулся. Сгорбился, уронив голову на грудь.

– Пробовал... И сразу после гибели родителей, и после... Физически со мной все в порядке, дело скорее в психике. Так что современные методы коррекции зрения не для меня.

– А к психологам обращался?..

– Чаще, чем ты думаешь. Вначале они утверждали, что все пройдет со временем и зрение восстановится само. Но этого не случилось. А мне до того надоело каждый раз рассказывать о трагедии, переживая ее вновь... Пять лет назад я отказался от врачей. Навсегда. И свел общение с внешним миром до минимума.

Я погладила его по спине. Следуя внезапному порыву, обняла за талию и приникла всем телом. Как это трудно: понимать, что любимый человек болен. Но сочувствием тут не поможешь. Здесь нужно чудо.

– Ты не поверила в мою историю, ведь так?
– поинтересовался Сандро.
– Можешь не отвечать, понимаю, звучит как бред...

– Сложно представить то, что не видела своими глазами, - примирительно сообщила я.

– Разве не видела?
– спросил он, не оборачиваясь. В голосе его появилась уверенность.
– А как же фотографии? Разве ты не замечала орбов на них?

Я нахмурилась, вспоминая увиденное. Ну да, конечно же! Те потертости на фотографиях и не всегда приметные шарообразные вспышки света... Мне тогда подумалось, что они появились из-за дождя или снега во время съемок. Или из-за того, что камера Сандро довольно древняя.... А дело вот в чем!..

– Хочешь сказать, что фотопленка может зафиксировать их присутствие?
– голос мой дрожал, выдавая волнение.
– Это просто невероятно!

– Не только запечатлеть, - добавил Сандро.
– Каждый такой снимок содержит в себе заряд их энергии. Потому в мой кабинет лучше не соваться неподготовленному. Если человек обладает отрицательной энергетикой или ведет себя агрессивно в тех местах, где наблюдается большое скопление орбов, то он может просто почувствовать себя плохо. Все то темное, что скрывается в нем, начнет пожирать его изнутри. Преодолеть такое крайне трудно. Можно лишиться как сознания, так и рассудка.

Так вот что произошло тогда со мной. И с теми «качками», что пробрались на виллу.

– Если это так опасно, то почему ты устраиваешь выставки?
– насторожилась я.
– И почему людей так тянет смотреть на эти снимки?

– Небольшая «доза» не убивает, скорее, позволяет пощекотать нервы, - пояснил Сандро.
– И я стараюсь подбирать фотографии так, чтобы ценители искусства не пострадали от воздействия моих «друзей». К тому же, без новой «подпитки» фотографии теряют отрицательный фон.