Покровитель
Шрифт:
К сожалению, чтобы войти к человеку в доверие, нужно провести с ним ни один вечер за одним столом и вести непринужденные беседы с его супругой, расхваливая ее платье. Рядом со мной сидит довольно симпатичная итальянка — сестра хозяина клуба. Довольно милая женщина с шикарными формами, пухлыми алыми губами и жгучими черными глазами. Но это все я скорее отмечаю автоматически, как мимолетный прохожий, не заостряя внимание. Я к сожалению, не силен в итальянском, а девушка очень плохо изъясняется на английском и все больше пытается привлечь мое внимание жестами. Но мне неинтересно, я больше играю на публику. Держу расстояние, но делаю вид, что оказываю банальные знаки внимания, подливая женщине шампанское. И, вроде бы, идеальная женщина. Не знает русский — значит не будет надоедать болтовнёй. Экзотическая внешность
Не знаю, что меня подвигло начать рассматривать толпу внизу. «Леон» — нестандартный клуб. Здесь нет толп шумной гуляющей молодежи, это место больше для встреч без галстуков, скромных компаний и ценителей необычной, витражной обстановки. Наверное, я все же почувствовал, что женщина, лишившая меня привычного образа жизни, рядом. Елена была там внизу в компании коллег. Она сидела с мужчиной, который не сводил с нее глаз. Они были полностью поглощены друг другом. Мужик без умолку болтал, подливая ей вина, а Лена постоянно смеялась.
Я не собирался вмешиваться в их общение. Я просто рассматривал парочку, улавливая каждую эмоцию Елены. Ей было хорошо с этим мужчиной. За полчаса она улыбнулась в сто раз больше, чем за все время наших встреч. Они танцевали, и Лена была вполне раскована. Но это можно было вытерпеть. Невыносимо стало, когда мужик позволял себя прикасаться к Елене, как будто имеет на это полное право. Хотя, откуда мне знать, может она дала ему это право. Но внутри уже все горело от жгучей ревности. Захотелось немедленно покинуть это место, оставить все, как есть, уехать домой и принять ледяной душ, чтобы остудить пыл. Елена — не моя женщина! Я сам от нее отказался, стало быть, она вольна делать все, что хочет! Я сам этого хотел! Но думать о других, достойных ее мужиках, оказалось гораздо проще, чем видеть все воочию.
В какой-то момент я просто перестал себя контролировать. Мне было адски сложно держать себя в руках. В голове крутилась только одна мысль. Этот мужик трахает Елену, он знает, какая она в момент оргазма. А дальше я понял, что у меня, сука, богатая фантазия. Я четко представил картину их близости, и внутри меня что-то взорвалось. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Я понял, что задыхаюсь от того, что моя женщина с другим мужиком. ДА, мать ее! Она моя женщина! Уже бесполезно это отрицать и лгать самому себе, когда меня так кроет. Не представляю, как мы будем существовать в моей больной реальности, но и отдать ее другим, отпустив в нормальную жизнь, я не могу. Но для начала мне нужно выяснить, насколько далеко зашла эта парочка.
Спускаюсь вниз и целенаправленно иду за Еленой в туалет. По дороге анализирую ее жизнь и понимаю, что Елена не встречалась с этим уродом. Но сомнения все равно грызут. Злюсь, когда понимаю, что она пьяна, спотыкается в коридоре и смеется над собой. Дергаю дверь, прохожу в туалет, запираюсь, оборачиваюсь и застываю. Начинает трясти от ревности, злости и от ее близости. Меня все выводит из себя, даже то, что Елена похудела. Нет, она не стала выглядеть хуже, просто изменилась, а мне безумно нравились ее формы. Да мне все в ней нравилось! Какого хрена я решил, что нам нужно расстаться?! Нужно было всего лишь перевести отношения в другое русло. Обозначить четкие границы, расставить приоритеты, но не отпускать ее!
Лена отступает от меня и распахивает пьяные, но красивые глаза цвета виски. В редкие спокойные ночи, когда меня не преследует персональный кошмар, мне снятся эти глаза. А сейчас в ее глазах испуг и что-то ещё — такое знакомое, дикое желание. Да! Моя женщина рада меня видеть. Но сейчас я не могу здраво это оценить. Глубоко вдыхаю и чувствую, как меня отравляет запах другого мужчины. Давно я так не эмоционировал, я думал, что уже не способен на такие эмоции.
Хватаю Елену за шею. Вынуждая смотреть на меня и не прятать глаза. Задаю резонные вопросы, но эта женщина не понимает, что злить меня нельзя. Она, сука, бесит меня ещё больше, делая вид, что не понимает. Ее глаза становятся ещё пьянее, губы приоткрываются и тянутся к моим. Она
просто плавится в моих руках и это подкупает. Хочу ее как ненормальный. Вся моя ярость трансформируется в дикое возбуждение.Беру Лену за талию, рывком сажаю на тумбу рядом с раковиной и, ведомый животными инстинктами, задираю ее платье, грубо раздвигаю колени и помещаюсь между ее ног.
— Спрашиваю ещё раз! Он тебя трахает?! — рычу, сжимая ее бедра. И, мне кажется, я убью всех если она скажет «да».
— Нет, — ее голос дрожит, но не от страха. Елена сказала «нет» остальное пока не важно. Ничего не имеет значение, ни время, ни место, ни прошлое — я вижу и чувствую только Елену. Я дико ее хочу! И как выяснилось, хочу я только ее! Тело почти сводит судорогой от желания, и я набрасываюсь на сладкие губы. Нет, на поцелуи я сейчас вообще не способен. Я могу только жадно кусать, до боли, чтобы чувствовать ее до конца и ловить ее рваные вздохи. Мощный выброс адреналина накрывает волнами. Последние крупицы контроля летят к черту. И я срываю с нее трусики, оставляя болтаться на ногах обрывки. Меня топит в этой женщине.
Наматываю ее шелковые волосы на кулак, дергаю, открывая себе доступ к шее и клеймлю, укусами и засосами свою женщину, дурея от ее стонов и ноготков, которые расцарапывают мою шею. А мне хочется, чтобы она кричала ещё громче, и причинила мне больше этой сладкой боли.
— Почему ты, мать твою, без бюстгальтера?! — рычу ей в рот, сжимая грудь через платье, чувствуя, как острые соски впиваются мне в ладони. А она молчит, тяжело дышит и судорожно пытается стащить с меня пиджак. Все, не могу больше терпеть, одной рукой расстёгиваю ширинку, а другой щипаю ее за сосок. И Елену выгибает со стоном мне навстречу. Не один я здесь голодный!
Прохожусь пальцами по мокрым складочкам, хватаю Елену за бедра и под ее болезненный вскрик вхожу в нее, резко до самого конца. И мне похрену, что нас, возможно, слышит полклуба. Я так давно не чувствовал свою женщину. Замираю внутри нее, утыкаюсь в шею, всасывая нежную кожу, пытаясь отсрочить свое удовольствие, потому что хочу почувствовать ее оргазм. Но это, бл*дь, невыносимо! Когда мышцы ее лона вибрируют, сжимая мой член. Все, сейчас я не способен на нежность. Вновь наматывают ее волосы на кулак, притягиваю к себе, чтобы дышать ей в губы и поглощать ее стоны. Другой рукой жёстко фиксирую бедро и начинаю двигаться. Мои движения резкие, сильные, глубокие, но мне все равно мало этой женщины. Вижу, как ее накрывает, как закатываются красивые глаза, слышу стоны и всхлипы мне в губы и меня самого накрывает лавиной нашего безумия. Толчок, ещё один, и ещё, по спине под рубашкой катится пот, по венам бежит чистый экстаз, сердце колотится как сумасшедшее. Ловлю ее губы, кусаю, зализывая укусы.
— То есть к тебе никто не прикасался за эти полгода, — рычу ей в рот, безжалостно вторгаясь в горячее лоно.
— Нет, — мотает головой, пытаясь меня поцеловать. Но я сжимаю ее волосы, не позволяя этого, держа нас на грани поцелуя.
— А что это за урод крутится вокруг тебя? — ещё несколько сокрушительных толчков и мы вместе содрогаемся, выдыхая друг другу в губы. Елена уже не может отвечать, только мотает головой и вскрикивает от каждого моего последующего толчка. Впиваюсь в ее губы, проталкивая язык, пытаясь утолить жажду по этой женщине и набираю скорость, безжалостно вколачиваясь в нежное тело. Нас срывает практически одновременно. Лена расцарапывает мою шею, и прикусывает губу, до боли стискивая мышцами лона член, и мы срываемся в бездну. Теряю равновесие от острого мощного оргазма, кончая глубоко внутри своей женщины. Сам прикрываю глаза и хрипло выдыхаю от накрывшей меня лавины. Дышу, дышу, дышу ее запахом, и понимаю, что мне мало Елены, я хочу ещё, но теперь уже медленно мучить ее, чтобы молила, а потом так сладко взрывалась у меня в руках.
— Поехали ко мне, — говорю я, медленно выходя из Елены, чувствуя, как она содрогается. Срываю с нее обрывки трусиков, выкидывая их в урну, поправляю платье и помогаю ей слезть с раковины. Лена отворачивается к зеркалу, поправляет прическу и макияж, пытаясь отдышаться. Сам привожу себя в порядок, прижимаюсь к ее спине, глубоко вдыхаю ягодный запах, который уже смешался с моим, вытесняя чужой парфюм.
— Леночка, — выдыхаю ей в волосы. Сам себя не узнаю, но скрывать то, что она мне нужна, больше нет смысла.