Полет Птитса

Карл остановился. Он перевёл взгляд с Пикселя на экран, затем на лампу на потолке и, наконец, на банки «Хайдеггера».

— Нифига себе… — только и мог сказать корсар, — а ты крупно влип.

Карл снова посмотрел на Пикселя и увидел на его лице сильное недоумение. Похоже, капитан корсаров уже сменил гнев на милость, и тон его слегка потеплел.

— Да, — задумчиво ответил Птитс.

— Вот поэтому мне и не нужно от жизни ничего, кроме хорошего вознаграждения и красивых девушек, — произнёс Пиксель, — я стал таким простоватым пиратом не потому, что об этом мечтал.

— Ты — это ты, а я так не смогу, — с горечью сказал Птитс, — прошу тебя, выслушай меня до конца.

Корсар сдержанно кивнул.

— Главный разрушитель — Верховный Владыка Философ, — снова заговорил Карл, — он очень скрытный, и о нём известно очень мало. Говорят, он прожил почти тысячу лет, и я даже не уверен, что он человек. Ему помогает Леди Серпентира — гуманоидная змея-мутант, которая помешана на боли и хаосе. О её происхождении известно примерно столько же. Кроме них, Замком управляет Совет Тринадцати. Это обычные люди, которые сменяют друг друга — как и министры в Империи. Высшие Лорды и Леди очень жадны до власти, и если бы обстоятельства сложились иначе, они могли бы стать имперскими генералами или охранителями. Этим людям нет дела до идеалов, которые они сами же несут, и всё, что их волнует — личная выгода. Кинжал с Нода может пробить силовое поле, которое защищает дворец Императора на Земле. Если Тёмный Замок завладеет оружием Пастырей, то нас ждёт такой бесчеловечный режим, что Империя после него покажется раем. Вспомни Гюнтера или Алмазова — вот что происходит, когда разрушители приходят к власти… Нет хуже угнетателя, чем бывший раб. Я это понял и теперь не хочу быть ни разрушителем, ни имперцем. Наверное, я нечто третье. На самом деле большинство людей ни те, ни другие. Они просто живут в своей некоторой данности, и так уж совпало, что эта данность — имперская. К тому же риторика имперцев ближе и понятнее простому народу, а Разрушение привлекает потерянных белых ворон вроде меня. А мне не нужен и противен такой «нейтралитет» большинства. Я нейтрал иного рода, я хочу пойти своей дорогой. Я устал от притворства, от вранья, которого полно вокруг меня. В последнее время я только и делал, что притворялся, играя в капитана Карла Птитса и даже в Лорда Ависа. Поэтому сейчас я решил действовать. Я увёл кинжал из-под носа разрушителей и намерен отдать его охранителям. Сначала я устроил дяде Сэму встречу на пиратской платформе и заснял её на скрытую камеру. Потом он отправил нас на Нод, чего и следовало ожидать. Пока мы разбирались с пушками и роботами-охранниками, Барбара отправилась на Криг схайми связалась с Айзенштайном. Я нашёл его прежде в базах данных Тёмного Замка. Он, в отличие от многих охранителей, не фанатик и не коррупционер, а просто честный человек. Я думаю, у него не возникнет желания использовать кинжал в своих целях. Он просто уничтожит артефакт или будет хранить его у себя.

Пиксель сидел неподвижно, глядя на Карла. Должно быть, ему только предстояло переварить всю свалившуюся в одночасье информацию. Сам же капитан Птитс опустил голову и смотрел на свои сапоги.

— Значит, вся эта экспедиция… была подстроена? — в голосе корсара послышалось волнение, — значит, мои люди погибли напрасно?

— Нет, — Карл сомкнул пальцы рук, — если бы мы туда не полетели, кинжал был бы уже у разрушителей. У них мало кораблей, но я уверен, что они нашли бы способ проникнуть на Землю. Вот на Кригсхайм они спокойно летали на судах, замаскированных под гражданские. Сейчас у нас мало времени, Пиксель. Я знаю Серпентиру и могу сказать, что она прибудет сюда и не оставит нас в покое.

Пиксель снова кивнул.

— А зачем ты всё это затеял? — спросил он, — вряд ли ты настолько любишь людей, чтобы провернуть эту хрень ради их блага.

— Ты прав, — вздохнул Карл, — но Зекарис изменил меня. Может, я не полюбил Империю, но нашёл в ней тех, кто мне близок — тебя и Барбару. Я бы вообще послал в тартарары всю эту безумную Вселенную, если бы вам не пришлось жить в ней.

Пиксель горько улыбнулся Птитсу.

— А как же ты сам? — с участием спросил он.

— Вы с Барбарой хотите жить нормальной жизнью — ответил Карл, — но мне она как раз не нужна, мне было бы от неё плохо. Я конченый человек, Пиксель.

— Карл… — корсар хотел было что-то сказать.

— Капитан, начинаем стыковку, — раздался голос Михаила из динамика.

— Пойдём, Карл, — Пиксель встал и протянул Птитсу руку, и тот, взявшись за неё, поднялся, — мы вместе убедим этого охранителя.

— Мы всё ещё друзья? — немного растерянно спросил Карл.

— Конечно, — тепло ответил капитан корсаров.

* * *

Карл чуть заметно улыбнулся.

На самом деле он и не был дорог Барбаре. Впрочем, это уже не имело значения, особенно если с Эдом ей лучше. Карл стоял перед разрушителями, Серпентира вызывающе смотрела на него, а на асфальте лежали брошенные фуражка и пистолет.

— КАРЛ!!! — Птитс услышал крик.

По улице за площадью, мимо ферм бежал Пиксель. Корсар остановился у ближайших к таверне участков и замер, увидев друга в кругу незваных гостей.

— Пиксель, беги! — заорал Карл.

Грюнвальд вытащил пистолет и навёл его на Пикселя.

— Привет, мой старый приятель, — усмехнулся Лорд Ариан, — узнаёшь меня?

Пиксель недоумевающе посмотрел на мужчину в белом плаще, который нацелил на него оружие.

— Пиксель! — снова крикнул Карл.

Он достал из правого кармана небольшую армейскую осколочную бомбу размером с теннисный мяч.

— Что?! — панически вскричала кудрявая разрушительница.

— Ты этого не сделаешь, — попытался убедить Птитса Грюнвальд, — твой друг у меня на прицеле.

Карл нажал на кнопку активации бомбы и бросил её вниз, разжав пальцы. Последующее шло для него в замедленном темпе. Бомба, пища, падала на площадь перед таверной.

Чума.

На.

Оба.

Ваши.

Дома.

То, что для Карла тянулось целую вечность, на самом деле произошло за считанные секунды. Бомба проделала свой путь в воздухе, коснулась асфальта и взорвалась.

БАБАХ!

Почти вся площадь была повреждена взрывом. В асфальте образовалась воронка, а в ней лежали покорёженные тела разрушителей. Ноги Констриктора превратились в месиво, а на зелёном шарфе-змее проступили пятна крови. Его приспешникам повезло чуть больше. Они лежали на обломках асфальта с неестественно согнутыми конечностями, и в их лица и тела впились металлические осколки. Но за пределами площади взрыв лишь выбил стёкла из окон таверны и магазина и повредил заборы и несколько деревьев на ближайших фермерских участках. Здания оказались практически не тронутыми.

Фридрих был жив. Его прикрыла своим телом Леди Серпентира, чья чешуя приняла на себя почти всю энергию взрыва, и он испытал лишь лёгкую контузию. В ушах Грюнвальда стоял жуткий звон, а в голове появилась сильная, пульсирующая боль. Побитый, но живой, Лорд Ариан поднялся на ноги. Всё вокруг слилось для него в большое пятно, в котором начали проступать отдельные детали. Грюнвальд посмотрел сначала на Серпентиру, а затем — на погибших разрушителей. Он никогда не уважал ни псевдоаристократов из Тёмного Замка, ни их охочих до славы прихлебателей, но сейчас предательство Лорда Ависа застало его врасплох. Грюнвальд вспомнил о Пикселе и бросил взгляд туда, где стоял корсар. Но там уже никого не было. Видимо, старому приятелю Фридриха удалось уйти.

— Нам нечего здесь делать, Ариан, — Грюнвальд услышал рядом с собой шипение Серпентиры, — кинжал не здесь — я это чую. Только сначала мы уничтожим за собой всё.

— Вы правы, миледи, — процедил Лорд Ариан, — отомстим имперцам.

— А. С. П. И. Д., верни меня на корабль, — сказала змея.

Она взяла Грюнвальда за руку, и они исчезли в зелёном луче телепортатора.

Глава 23

Контратака

Взрывная волна отбросила Пикселя на асфальт. Корсар ушиб спину, но быстро поднялся и побежал по улице прочь от места взрыва. Несмотря на боль, он не мог выбросить из головы мысли о друге. Что вообще такое Карл Птитс? Почему он подорвал себя, стоя перед разрушителями? В последнее время Карла терзали какие-то странные переживания, а сейчас его просто не стало. Тот Птитс, которого знал Пиксель, был мёртв. И вообще Птитс был мёртв.

Где-то протрещала автоматная очередь. Пиксель увидел вдалеке, на другом конце улицы, множество разрушителей. Похоже, они высадились в джунглях и теперь штурмовали дворец губернатора. Зато там, где пожертвовал собой Карл, больше никого не было. Леди Серпентира и Грюнвальд исчезли, и, значит, можно было добраться до корабля — на нём Пиксель принесёт больше пользы Империи, чем на земле. Вынув пистолет из кобуры, корсар устремился к верфи.

Сэмюела Фокса переправили на «Кригсхаммер» и посадили в карцер. Это было маленькое, мрачное помещение в корабельном трюме. Одну из стен заменяла стальная решётка, за которой виднелся тёмный коридор.