Полночная одержимость

Она встала на носочки, увидела, что было внутри. Разбитое окно принадлежало кабинету на втором этаже. Она накрыла другим матом края разбитого стекла. Она сжала подоконник и подтянулась, ее голова нырнула в окно, живот прижался к мату. Луиза протиснулась в проем, рухнула на пол на другой стороне.

Маленькая лужа льда покрывала пол перед окном. Луиза придвинулась к краю, встала на ноги на твердом полу и поправила сумочку.

Кабинет какое — то время не использовали. Грязные окна выходили на пространство склада. Она подползла к окну и выглянула. Три яхты мешали увидеть комнату.

Где был Конор?

Луиза прошла к двери, зашагала тихо по коридору. Лестница вела на первый этаж. Она подобралась к краю, ступала тихо, чтобы не выдать себя скрипом. Она добралась до площадки первого этажа, прошла на носочках по узкому коридору. У первого проема она остановилась и слушала, а потом выглянула в простор склада. Полки были полны запчастей. На столе лежали инструменты. Несколько телег, как для тяжелого снаряжения, стояли у ближайшей стены. В другом конце комнаты стоял сундук — холодильник. Он был новым, сиял в комнате, полной грязи, жира и старого оборудования.

Она прошла по бетонному полу, открыла сундук. При виде мертвого тела она охнула и чуть не уронила крышку. Хоть она не встречала его, она узнала замерзшее лицо Эшера Бэнкса.

ГЛАВА 39

Конор тряхнул головой и перекатился на спину посреди ринга. Его куртка и футболка пропали, голову словно долго били.

— Встань и борись, — Роуэн Бэнкс сжимал кусок арматуры обеими руками.

Роуэн?

Что? Мистер Хаки и Кашемир был убийцей? Роуэн не выглядел таким уж крепким, чтобы одолеть обученных боксеров.

— Давай. Я ждал этого, — Роуэн махнул арматурой, словно дразнил.

Конор следил, и от движения глаз виски заболели. Он понял, что Роуэн не был крепким, и поэтому жульничал.

— Так ты победил двух профессиональных бойцов? Оглушил их? — Конор говорил с презрением.

— В войне нет правил, — Роуэн помахал арматурой.

— И все равно ты жульничал. Слишком слабый для честного боя.

Голова Конора еще кружилась, он не доверял своему равновесию. И он устроил низкую и неожиданную атаку. Он покатился к лодыжкам Роуэна, сбивая его на пол. Арматура улетела, звеня о бетон, и пропала из виду.

Конор отполз. Роуэн отпрянул с удивлением в глазах.

— Ну как? — Конор изображал уверенность, хотя голова гудела, желудок делал сальто, а по краям все темнело перед глазами. Он не мог показывать слабость.

Роуэн поднялся на ноги и обошел Конора.

— Где твой брат? — Конор не знал, нападет ли на него из тени другой Бэнкс. — Вы в этом вместе?

— Эшер? — Роуэн фыркнул. — Нет. Всегда идеальный. Я — настоящий сын, живой кровный родственник папы. Но Эшер был его любимцем.

«Был?».

Кусочки встали на место. Кровь в подвале Эшера принадлежала не Уорду, но пятно чьим — то было. Боксеров избили, но Конор не видел ран, которые оставили бы такие лужи крови. Женщин убивали там, где бросали. Оставался…

Эшер.

— Ты убил своего брата, да? — Конор поднялся на ноги, надеясь, что не пошатнется и не упадет на лицо.

— Он не был моим братом.

— Как ты это сделал?

Глаза Роуэна безумно блестели.

— Перерезал горло и оставил, чтобы он истекал кровью как свинья. Это было просто. Эшер ничего не подозревал.

— Ты и на него напал из засады? — Конор надеялся, что со временем ему станет лучше.

Роуэн проигнорировал его слова.

— Сложнее всего было заглушить псину, чтобы никто не вызвал полицию. Собака обезумела.

— Собакам не нравится, когда убивают их хозяев. Они верные. В отличие от братьев, которые убивают родных, — издевался Конор. — Как ты сделал это, чтобы Вивиан не узнала? Я думал, она не спала всю ночь?

— О, перестань. Разве сложно подсунуть снотворное? — Роуэн закатил глаза.

— Ты дал такое больной женщине? А если бы смесь лекарств убила ее?

— Тогда это помогло бы ей. Ее смерть от болезни Паркинсона не будет приятной.

— Зачем ты забрал Уорда Хэнкока? — Конор шел по кругу, комната вертелась.

— Он должен был стать моим наставником, но он не помогает. Он полезен только как наживка.

— А детектив? — Конор моргал, но четче от этого не видел. Что ему делать? Ему нужно было обезвредить Роуэна, пока копы не ударили по заминированным дверям.

— Это был импульс. Судьба направила меня к Тернеру, а он встречался с копом. Я смотрел, как они проводят обмен. Тернер согнал копа с дороги, и я вырубил лидера банды, пока он не убил копа, — глаза Роуэна маниакально сверкали. Он словно хотел поделиться своим гениальным планом. — И я забрал их. Я думал, коп пригодится для требований. Но я не знал, что он тоже был предателем. Его ребята могут и не захотеть его забрать, — Роуэн вытащил два конверта из кармана. Он открыл один и развернул стопку наличных. — Твой друг — коп получил пять тысяч, — он поднял второй конверт. — А это я нашел на бандите. Полагаю, волосы в мешочке улик принадлежат Ориону Тернеру, — он бросил оба конверта на пол с отвращением. — Какой честный коп продает улики разыскиваемому преступнику?

Конор таких не знал. Янелли так делал. А ему почти нравился коп.

— Но это не важно. Это кончится этой ночью, — Роуэн бросился на него как бык.

Конор ожидал это и отошел в сторону. Роуэн закрутился, взмахнул правой рукой. Конор пригнулся. Он поднялся и направил апперкот в живот Роуэна, ногами усиливая силу удара.

Роуэн охнул и обвил Конора руками, сжал его, чтобы дать себе время оправиться от апперкота. Конор вдохнул за эти секунды. А потом отодвинул руку и ударил три раза с силой по почкам Роуэна. Тот обмяк, но от усилий перед глазами Конора потемнело.

Роуэн отшатнулся. Но он явно тренировался, потому что не угомонился. Конор плохо видел, едва держал равновесие, но надеялся на двадцать лет опыта. Он задел рукой челюсть Роуэна. Его голова отдернулась, но он не отпускал.

Он напал на Конора с сильным кроссом. Конор отклонился, отбил удар и попал кулаком по носу. Роуэн отшатнулся и закрыл лицо руками. Кровь лилась по его лицу.

— Зачем ты убил брата? — Конор шагнул вперед, отгоняя Роуэна телом и словами.

— Он не заслуживал половины поместья отца, — Роуэн опустил руки. Гнев сиял на его побитом лице.