Полоса неудач
Шрифт:
– Господин Шатров, вы очень нетерпеливы. Чтобы познать женщину, ее надо изучать всю жизнь...
– Я уже выгнал одну такую красавицу из своего дома и познавать ее до конца жизни мне совсем не захотелось.
– А вот и она.
К нам шла... я даже онемел и не поверил, сама мадам Соловьева, та самая, что меня экзаменовала по японскому языку. Мой агент пошла ей на встречу.
– Шурочка, - обратилась к ней Соловьева, - а где мой...
И тут она подняла голову и увидела меня. Ее прекрасный ротик открылся от изумления
– Лиза, он вот.
– Шурочка обернулась
– Так выходит вы знакомы?
– Вы?
– только и сумела сказать моя экзаменаторша.
– Шурочка, - обращаюсь я к агенту, - ваша фирма сделала прекрасный выбор. Благодарю вас.
– Я никуда не поеду, - вдруг заявила Лиза.
– Вы несносный человек, Шатров.
– А я такой считал вас. Думал тогда на экзамене, ну до чего же красивая женщина, неужели она такая же, как все...
– Что значит, как все, глупые, что ли?
– Нет. Когда вы рассердились, я понял, что есть исключения.
– Раз вы уже давно знакомы, я вас покидаю, - говорит нам Шурочка. Удачного вам отдыха.
– Нет, нет, нет. Я с ним не поеду, - заволновалась Лиза.
– Успокойся, Лиза, он неплохой парень, - отвечает ей агентша, - ему просто не хватает одного пунктика. По-видимому его женщина обидела и теперь эту обиду он переносит на нас. Ты справишься. До свидания, желаю тебе неплохо отдохнуть.
Шурочка пошла на выход.
– Я тоже считаю, что мы с вами поладим, - успокаиваю ее.
– Пожалуйста, не сердитесь на меня за ту выходку на экзамене.
Она ничего не ответила, устало облокотилась на стойку и задумалась.
Летим в самолете, сидя рядышком. Лиза долго молчала, потом все же повернулась ко мне.
– Я хочу с вами обговорить наши отношения...
– Не надо. Будьте проще и расслабьтесь. Мы летим отдыхать и не надо мне головной боли еще от каких то сложностей. Мне их хватает на работе.
– Но...
– Я повторяю, никаких, но...
Она опять отвернулась.
Нас поселили в пяти-звездочном отеле. Номер отделан шикарно, две комнаты заставлены стильной мебелью и несколько картин на стенах рассказывают о захвате Наполеоном Египта. В каждом углу живые цветы. Лиза с восторгом разглядывает убранство.
– Какие они молодцы, - говорит она, - умеют же нормально жить.
– Ты бы лучше посмотрела какая у них ванна.
Она идет в ванную комнату и я слышу ее вопли восторга.
– Да она же воздушная...
Слышен шум воды, потом все стихает и Лиза возвращается в гостиную комнату, она присела на край дивана.
– Оказывается вы еще знаете и английский язык, - замечает она.
– Я заметила, как говорили на нем с таможенниками, свободно, как по-русски.
– А вы разве не знаете его?
– Нет.
– Мне по долгу службы приходится изучать языки, иначе какой современный бизнес пойдет в гору, если тебя не понимают иностранцы.
Она кивает головой. Пока я скидываю рубашку, Лиза молчала, разглядывая меня и только после того, как одел новую, сказала.
– Я так спешила, что не успела узнать у Шурочки, какие здесь достопримечательности...
– Вы давно знакомы с ней?
– С Шурой то? Недавно,
почти три месяца назад.– И уже за это время нанимались в поездки по разным странам?
– Я преподаю и мне трудно выбраться куда либо, но все же, благодаря Шурочке, сумела урвать неделю и побывала в Токио, как переводчик сопровождала богатую семью.
– Как же вы рискнули отправиться в этот круиз, да еще с незнакомым мужчиной?
– Агентство мне давала гарантию, что все будет в порядке. Они собрали о вас все сведения и сумели убедить меня, что вы не маньяк, не убийца, не псих, вполне здоровый человек с обычными наклонностями.
– Ничего себе. Ну ладно, сейчас приведи себя в порядок, отдохни немного и мы отправимся с тобой на ужин. Постарайся одеться поскромнее.
– Это почему?
– Здесь ярких женщин могут украсть.
– Шутишь.
– Когда очутишься в гареме богатого турка, будет не до шуток.
Она ничего не сказала и пошла в ванну.
Лиза пришла ко мне из ванной в темной юбке до колен и светлой кофточке, распахнутой для обозрения голубого лифчика. Волосы, огромной охапкой, пережатые лентой, лежат на спине.
– Я готова.
– Прекрасно, пошли.
– Вы говорите это так равнодушно, будь-то я кукла...
– Нет, вы вполне привлекательная женщина и мне будет не стыдно оказаться с вами в любом, самом шикарном заведении.
Ее глаза потемнели от обиды. Лиза сжала губы.
– Разве здесь есть шикарные заведения?
– Судя по сопроводительному буклету, нас ждут в ресторане при отеле.
Похоже, что в ресторанчике сегодня не будет грустно. Слышны родные русские голоса и даже небольшой ансамбль на крохотной сцене, наяривает знакомые мелодии бездарной Арбакайте. Руководитель поездки, энергичная, сухая как вобла, мадам Губанова с большим блокнотом в руках сразу же оказалась рядом с нами.
– Фамилия?
– закаркала она.
– Шатров.
– Шатров... Шатров... Ага, вот вы, - ее палец застыл на странице блокнота.
– А ваша жена, я чего то не вижу ее в списке.
– Она со мной прибыла под другой фамилией. Ее фамилия Соловьева.
– Да, есть такая, внесли в список самой последней.
Лиза уже было открыла рот, чтобы что то возразить, но передумала.
– Ваше место за столиком семнадцать, - прокаркала мадам Губанова и презрительно поглядела на мою подругу.
За столиком уже два места заняты. Там сидит толстая женщина, со светлыми кудряшками волос, и миниатюрная девушка с чуть вытянутым лицом и кичкой на голове, обе дружески закивали головой.
– Вы к нам?
– осипшим голосом спросила женщина.
– Да.
– Очень хорошо. Меня звать Марина Степановна, а это Катя, моя дочка.
Катя опять закивала головой, уже подтверждая свое имя.
– Это Лиза, меня зовите Николай, - представляюсь я.
Мы поудобней усаживаемся и тут же усталая официантка бухнула на наш столик поднос набитый тарелками с какой то экзотической едой. Она небрежно раскидала приборы и еду и отвалила, унося с собой неприятный запах кухни.
– Черт, а где вино?
– удивился я.