Полоса неудач

– Здравствуй, Николай.

– Привет, Нед.

– Зачем меня звал?

– Я тебя не звал.

– Мне администратор сказал, что ты ищешь детектива.

– Ты, детектив?

Мне показалось, что у меня крыша поехала, такая красотка и вдруг...

– Не удивляйся. Я детектив. Вот мой жетон.

Она из маленькой сумочки, подвешенной через плечо, выдергивает удостоверение, очень похожее на полицейское.

– Но ты же вчера...

– Вчера у меня был выходной день. Так что у тебя произошло?

Я протягиваю ей письмо с угрозой. Нед внимательно изучает надпись на конверте, осторожно вскрывает письмо и читает. Потом подтаскивает ко мне свободное кресло и садится в него.

– А теперь расскажи мне, чем ты занимаешься, что за сделка и когда она произойдет.

Я не стал ничего утаивать, рассказал ей чем занимаюсь, с кем у меня сделки и где встречаюсь с японцами.

Нед не перебивала, внимательно выслушала и когда я кончил сказала.

– Николай, оставь мне всю почту, что ты получил сегодня.

– Приглашение японцев тоже?

– Да. Я думаю, что здесь затевается что то серьезное. Мне надо сходить в полицейское управление и кое что уточнить.

– У тебя есть подозрение?

– Да, и очень плохие.

– На.

Я протягиваю ей второе письмо. Она вскрывает его и морщится.

– Здесь славянские буквы.

– Написано по-русски.

В это время в холл с шумом вошел мальчишка - посыльный, с огромнейшим букетом цветов. Он подтащил их ко мне и положил их на столик.

– Господин, вот.

– На доллар.

Я протягиваю ему деньги и мальчик кланяясь, уходит за свою штору рядом с администратором.

– Это куда столько?
– изумляется Нед.

– Моей жене.

– Счастливая твоя жена. Была бы я на ее месте, так не отпускала тебя бы с кровати все время...

– Как я доволен, что ты не моя жена. Скажи, Нед, а как ты совмещаешь обязанности детектива и вот с тем, что... было вчера.

– Никак. Свободное время - мое личное время и никому не должно быть никакого дела, как я его провожу. Только ты не подумай, что я как шлюха бросаюсь на мужиков. У меня есть с кем спать, но красивые, нормальные мужчины всегда привлекали и я с удовольствием стараюсь завести с ними знакомства.

– Ты меня извини, Нед, но скоро проснется моя девушка и я хочу во время вручить подарок.

– Конечно. Ты сегодня иди спокойно на встречу с японцами, а я займусь этими угрозами и постараюсь тебя подстраховать.

Гамильтон встает и уходит куда то в конец холла, где мелькают многочисленные двери. Я забираю цветы и иду в свой номер.

Лиза еще спит. Осторожно заваливаю ее тело цветами, а несколько самых крупных роз необычно сиреневого цвета, кладу на столик перед ее головой и на цыпочках убираюсь в гостиную.

Она стояла еще полусонная, в тонкой ночной рубашечке, в дверях и осторожно, двумя пальчиками, держала в руке розу.

– Это мне?

– Тебе..., - я подошел к ней, - за изумительную ночь, за терпение, за радость прекрасной любви.

Осторожно прикоснулся губами к ее щеке. Она уронила розу и обняла меня за шею.

– Спасибо, Коля.

И тут наши губы сошлись. Это был самый удивительный поцелуй.

Наша грымза спустила вожжи, где то забилась толи в номере, толи на пляже и теперь туристы постепенно набирают обороты активного отдыха. У многих на столах видны бутылки вина, пива, тарелок с экзотической пищей и фруктов. Не скажу, что вина здесь приятные, так ерунда, сущий суррогат, хуже наших, но водка отменная, вся привезена из России. Катя и ее мама сосут коктейли, я начинаю день со стопочки "Столичной", одна Лиза отказалась принимать спиртное.

– А куда вы сегодня пойдете?
– спрашивает нас Катя.

– На пляж.

– А потом?

– Куда-нибудь прошвырнемся.

– Возьмите меня с собой.

– Катя, - пытается остановить ее мать, - молодым людям надо побыть вдвоем...

– Коля, - обращается ко мне Лиза, - может мы возьмем девочку с собой?

– Нет, сегодня не можем.

– Почему?

– Я тебе потом скажу.

Катя надулась, некрасиво сморщив лицо. Чтобы сгладить эту неприятную паузу, Марина Степановна толкнула дочь в плечо.

– Посмотри какие турки пришли... настоящие.

Настоящие турки столпились у бара, в своих ярких фесках. Трое мужиков стояли к нам спинами, а один лениво разглядывал публику в зале. Его взгляд шарил от столика к столику и наконец добрался до нас. Он задержался и я разглядел его физиономию, пробитое шрамами оспинок, крупное лицо с густыми черными усами. Турок развернулся к бармену, словно потеряв к нам интерес. Через пару минут четверка ушла. Мы тоже стали собираться, пора насладится южным солнцем.

На пляже, полно туристов, лениво развалившихся на белом песке. Катя и Марина Степановна устроились рядом с нами. Сквозь дрему слышу разговор женщин.

– Какая вы красивая, тетя Лиза, - говорит Катя.

– Да брось ты, Катенька, у тебя прекрасная фигура, тебе ли завидовать.

– С моим лицом парни не очень то хотят встречаться...

– Нормальное лицо.

– И я ей говорю, что у тебя все в порядке, - вклинивается в разговор Катина мама.

– Да... в порядке... Дядя Коля, например, даже смотреть не хочет.

– Не обращай на это внимание, дядя Коля суровый мужчина, у него очень жесткие взгляды на жизнь, поэтому он не очень то балует женщин и девушек своим вниманием.

– На вас то он обратил.

– Это просто одна из удивительных историй, в которой случайно оказалась я.

– О... смотрите, - опять голос Марии Степановны, - появились те же турки...

– Какие?

– Что в ресторан приходили.

Сон мгновенно улетучился. Я насторожился и поднял голову. По пляжу проходил все в той же красной феске, покрытый шрамами от оспинок, усатый турок. Как и в тот раз, он разглядел нашу компанию и пошел дальше. Я опять рухнул на песок. Чтобы это значило? Может совпадение.

До 18 часов много времени. Мы с Лизой бродим по приморскому городку. Я сумел заманить ее в ювелирную лавку. Грузный, седой турок, видимо хозяин лавки, сразу оживился при нашем появлении. Он сначала залопотал по своему, потом, поняв, что мы ничего не понимаем, вдруг заговорил на корявом русском.

– Руськи?

– Русские.

– Надо... руськи..., - тут он развел руками по витринам.

Я склонился над стеклом и стал рассматривать украшения. Лиза тоже разглядывала витрину, только другую. Мое внимание привлек, большой, густого, темно красного цвета, камень, вправленный в коготки поддержки, на миниатюрной золотой цепочке. Я ткнул продавцу в него.