Порочный

— Мы не это обсуждаем, — его голос был твёрд, словно он ставил точку в споре, но в глубине глаз мелькнуло нечто, что заставило меня насторожиться. На мгновение мы оказались в центре бушующего океана, где кроме нас двоих больше никого не существовало. Его гнев, который ещё недавно был направлен на меня, теперь перерастал в нечто более глубокое и пугающее.

Внутри всё сжалось. Его слова, сказанные с такой решимостью и властностью, застали меня врасплох. Мысли метались, как птицы в клетке: «Как он мог это сказать? Это же совершенно неприемлемо!» Но в его глазах было что-то, что не оставляло никаких сомнений: он не собирался отступать.

— Кэтрин, — его голос стал ниже, словно он пытался подавить внутренний огонь. — Останешься в моём номере.

Я открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Его голос звучал властно, с нотками непреклонности, которые проникали глубоко внутрь, заставляя подчиниться. Это было нечто большее, чем просто слова — это была сила, перед которой сложно устоять.

— Неужели ты думаешь, что это легкомысленно? — резко перебил он, в его голосе чувствовалась скрытая угроза. — Ситуация требует немедленного решения, и это единственный вариант.

Хотела возразить, но мое сердце предательски ускорило ритм. Волнение охватило, проникая в каждую клеточку тела. Мы окажемся запертыми в одном номере, и я не знала, как это изменит все.

— Там две кровати? — мой голос прозвучал тихо, словно пыталась сохранить остатки самообладания.

— Нет, — её ответ был коротким, — но в номере есть удобный диван или мы можем принести раскладушку.

— Диван подойдёт, — произнесла это, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Наши вещи забрали и отнесли в номер. Меня же повели в сторону местного ресторана, и это было правильное решение. Когда я голодна, я становлюсь злой и плохо соображаю. Сейчас мне нужно было отвлечься, чтобы сохранить хоть каплю контроля над ситуацией.

* * *

— Сегодня у нас свободный день, завтра будь готова к шести вечера, платье тебе привезут сегодня, померь, если не подойдет, скажи, — в приказном тоне сообщил босс, прячась в ванной комнате.

— Хорошо, — едва произношу, осознавая, что сегодня, вероятно, буду находиться на грани между страхом и ожиданием.

Пока он готовится, удобно устроилась на диванчике и внимательно осматриваю номер. Здесь нет ничего лишнего, каждая деталь продумана до мелочей. Мебель дорогая и стильная, без вычурных элементов. Огромные деревянные окна выходят на просторную террасу, и я уже представляю, как приятно будет проводить там время в теплую погоду. Особенно впечатляет кровать: она настолько большая, что на ней без труда поместятся четверо, а мягкий ковер добавляет комфорта.

Пытаюсь взять себя в руки. Мысли о том, чтобы провести с этим человеком несколько дней под одной крышей, очень пугают и одновременно завораживают. Словно сама судьба подталкивает меня в его сторону. Жаль, что она не знает, какой он хам.

В дверь постучали, и я вскочила — вероятно, платье. Открыв, увидела курьера с коробкой. Сердце забилось быстрее, когда приложила руку к упаковке, пытаясь предугадать, какое оно. Все мысли о делах и обязанностях отходят на второй план, побеждая любопытство.

— Иди мерь, — ох уж этот приказной тон, так бы и задушила, но кто я такая, а кто он.

Первые дни работы я искренне не понимала, почему его называют самим дьяволом, он не придирался и не делал замечания. Общался со мной теплее, чем с другими сотрудниками или даже с Сарой, но после того злополучного вечера начал держать дистанцию.

Мне бы радоваться, но нет, такое его поведение меня тоже не устраивает.

Спрятавшись в ванне, быстро распаковала коробку, и на свет вышло платье.

Его глубокий насыщенный зеленый цвет напоминал драгоценный изумруд, мерцающий и переливающийся в свете. Мягкий облегающий лиф с глубоким вырезом спереди элегантно подчеркивал линию плеч, создавая утонченный силуэт. Кружевной корсет с тонкой отделкой добавлял образу изысканности и утонченности. Плотный пояс подчеркивал талию, а юбка свободно спадала в пол, демонстрируя роскошь ткани. С левой стороны юбки располагался провокационный разрез до бедра, придавая образу дерзкую нотку сексуальности.

Соблазнительно грациозно поправив волосы, уже представляла, как буду двигаться в этом наряде.

Но затем мысли снова ускользнули в сторону: что, если он на самом деле окажется тем хамом, которым я его считала? Сердце пропустило удар при одной мысли о завтрашнем вечере.

Аккуратными движениями положила платье обратно в коробку, оно было идеальным воплощением всех девичьих мечтаний. Но показываться в нём сейчас мужчине не буду, сохраним интригу.

— Платье село идеально, — на ходу бросила фразу, убирая его в шкаф.

Глава 15. Колл

Остановиться в одном номере было самой большой ошибкой, которую я мог совершить.

Кэтрин весь вечер старательно избегала моих взглядов, как будто пыталась спрятаться. А я, словно загипнотизированный, раз за разом обращался к ней с пустяковыми просьбами: то просил подушку, мешающую мне сосредоточиться, то просил убавить звук телевизора в зале, когда работал за ноутбуком. Это было похоже на навязчивую идею, которую я никак не мог остановить.

Кажется, я совершил большую ошибку, согласившись на предложение друзей задержаться здесь. Надо было снять номер в соседнем отеле. Тогда я не испытывал бы этого мучительного напряжения, не чувствовал бы, как моё сердце замирает каждый раз, когда она проходит мимо.

Пять дней рядом с этим ходячим искушением.

— Мистер Миллер, ну что ещё вам нужно? — её серые глаза сверкали, как молнии, готовые вот-вот выпустить шквал эмоций. Она была на грани, и это делало её невероятно притягательной.

— Просто Колл, давай перейдём на «ты», — мои слова прозвучали тише, чем я ожидал, но её реакция была мгновенной. Её пухлые губы приоткрылись в немом «О», и это заставило меня почувствовать себя ещё более неловко.

«Нахрена я вообще связался с ней?» — эта мысль билась в голове, как назойливая муха. Нужно было отправить её в другой филиал, подальше от меня. Её пронзительный взгляд вызывал странное чувство внизу живота, словно я снова оказался в пубертате, хотя мне уже почти сорок.

Я пытался отвлечься, но злость на себя только усиливалась. Взгляд то и дело возвращался к глубокому вырезу её майки, который притягивал, как магнит. Желание обладать её хрупким телом и разумом становилось невыносимым, и я чувствовал, как теряю контроль.

Спасительный звонок телефона раздался как раз вовремя. Она быстро что-то пробормотала и скрылась за дверями ванной комнаты. Это было к лучшему. Ещё пару секунд, и я бы сорвался.

Сегодня нужно было закончить ещё одно дело, айтишники отследили номер телефона, с которого звонили Кэтрин, но легче от этого не стало. В голове была только она.