Порочный

— Нужно уходить! Сейчас! — схватив меня за руку, Колл буквально потащил меня из зала, но даже до выхода не удалось добраться, как где-то на улице раздался взрыв.

— Плохо дело, взрыв в снежных горах автоматически равно лавина, — которую ждать, кстати, долго не пришлось.

Анна, Мэтт и Рина с Алистаром шли за нами.

Колл потянул меня дальше, сквозь толпу, которая уже начала паниковать. Воздух наполнился криками и замиранием, когда раздался еще один взрыв, на этот раз ближе, треск и глухие удары, похоже, приближающаяся лавина. Сердце колотилось в унисон с хаосом вокруг. Мы выбежали на улицу, и слепящий свет фонарей встретил нас, придавая зрелищу еще больший ужас.

— В сторону! — закричал Мэтт, вытаскивая Анну за собой в безопасное место. Каждый из нас инстинктивно искал укрытие, избегая паники, но осознание полной картины настигло меня раньше, чем успела оглядеться. Эдди. Его тишина казалась зловещей, как будто он наслаждался всем этим.

Мы укрылись за бетонной стеной, глядя на разрастающуюся волну снега, падающую с гор. Колл, всё еще держа меня за руку, сжимал её так, что я ощущала его беспокойство за себя. Закрыла глаза, но перед внутренним взором возникали картины, которые я не могла вытравить: Эдди, его холодный смех и страдание, запечатленное на холсте.

Не тех друзей ты выбираешь…

То его письмо, картина, этот взрыв. Эдди. Если узнаю что это его рук дело, убью ублюдка.

А если просто совпадение? В зале много гостей: богатых бизнесменов, политиков. Уверена, что у каждого найдется хоть один враг, желающий смерти.

— Тихо-тихо, сейчас всё пройдёт, — его руки обвили меня так крепко, что казалось, приложи он ещё хоть каплю силы, то раздавит. При этом так было спокойно, несмотря на весь ужас происходящего. Крепко вжимая в стену, закрывая собой от снега.

Не знаю, каким чудом или это была новогодняя магия, но вся лавина буквально пролетела над нами, покрывая часть зала для конференции плотным слоем снега.

— Что там с ребятами? — взволнованно интересуюсь, осматривая весь масштаб бедствия.

— Мы тут, — Анну несут на руках. Воображение тут же рисует самые ужасные картины, но девушка цела и здорова. — Небольшой вывих, а так всё хорошо. Колл, в твоем номере через час встречаемся, а сейчас расходимся, пока ещё что-нибудь не произошло.

Осмотрела мокрое платье. Жаль, такое красивое, теперь только выбросить. Но это всё мелочи, главное, что все живы.

— Всё хорошо? — Колл уже переоделся в спортивные штаны и футболку, удобно устроился на диване. — Кофе только что принесли, садись, выпей горячего.

— Спасибо. Спасибо за то, что спас. — Бог ты мой, мы чуть не погибли, а тут трясусь из-за того, что не могу начать разговор.

Не хочу кофе.

Сегодня была вероятность, что я больше бы никогда не увидела этого мужчину, он просто мог умереть. Сегодня я и приняла решение. Правильное или нет — плевать! Больше не хочу жить в ожидании неизбежного, испытывая страх. Это не жизнь, а выживание.

Знаете, бывает, когда в голове что-то резко щелкает и ты совершаешь безумства? Вот так сейчас и у меня. Адреналин, страх, счастье, что все целы. Слишком много эмоций, которые не могут найти выход. Наплевав на всё и все правила приличия, забираюсь на колени к Коллу, ожидая, что он сейчас оттолкнет, но этого не происходит, от чего моя смелость и дерзость усиливается.

Секунды тянутся бесконечно долго, словно растягивая каждую из них в вечность. Тёплые ладони скользят по талии, сжимая её так крепко, что кажется, будто они оставляют следы. Жар его тела обжигает даже через ткань футболки, проникая внутрь, заставляя сердце биться быстрее.

Я должна сделать то, о чем даже и мысли не допускала. Наклоняюсь ближе, всё ещё давая шанс меня остановить, но этого не происходит даже когда наши губы соприкасаются. Такие мягкие, но он не отвечает. Руки сжали мою талию.

Не могу понять, что происходит. Моё тело горит, но не от страсти, а от смущения и неловкости. Я не знаю, как это остановить.

Один. Два. Три.

— Вижу, ты приняла решение, но прежде чем что-то сделать, мне нужно услышать ответ, — непривычно низким голосом произнес Колл. — Ты понимаешь, что потом я тебя никуда не отпущу? Подумай, действительно этого ты хочешь или это только эмоции из-за всего произошедшего?

Его слова как пощечина. Он серьезно думает, что это всё только из-за этой гребаной лавины? Нет, она, конечно, толкнула меня на этот шаг, когда осознаешь, что на грани смерти все твои страхи теряют смысл. Хочется жить здесь и сейчас.

— Дело не только в ней, — опустив взгляд, решаюсь раскрыть все карты. — Наша встреча на интервью была не первой. Может, ты уже и забыл, я нет. Ты шел в офис, а я стояла, раздала листовки в…

— В костюме кота, — заканчивает мужчина. — Ты должна рассказать.

— Тогда подумала, что хочу увидеть тебя снова. А когда увидела, что ты и есть тот самый мужчина, у которого я должна была брать интервью, растерялась. Не ожидала, что мы и правда увидимся. Сам посмотри, у нас совершенно разные с тобой жизни.

— Дальше, — пальцы выводили замысловатые узоры на талии, не давая и шанса выбраться из стальных объятий.

— Ты, наверное, знаешь мою историю, но из-за прошлого у меня есть некоторые проблемы с доверием к мужчинам, поэтому было легче отрицать и не признавать то, что ты мне нравишься, и даже не допускать мысли о чём-то подобном. Но каждый день в офисе рядом с тобой сбивал меня с намеченных мною же планов, и я влюбилась.

Он ничего не ответил, молча смотря, как мои щеки заливает краской и смотрю на свои пальцы, крепко сжимая другой рукой.

— Я же сразу дал понять, что ты мне нравишься.

— Ага, и то, что ты не ищешь ничего серьезного. Я помню, меня это так взбесило.

— Не искал, — пальцами обхватив скулы, заставляет смотреть в глаза. Несмотря на всю его силу, такой нежный жест. Мне кажется, я прям тут лужицей растаю. — Сейчас мне нужна только ты.

Он не целует, он сжигает в этом поцелуе все страхи, сомнения. Слишком властно, что совершенно контрастирует с нежными движениями его пальцев на моей талии и щеке. Вызывая взрыв мозга, заставляя плавиться даже от такой невинной ласки.

Движение, и я уже устроилась на нём сверху. Даже так он меня выше. Огромный, необузданный, сильный.

Пальцами одной руки зарывается в мои ещё влажные пряди, другая рука слишком медленно гладит бедро.

С телом происходит что-то из ряда вон выходящее: пялящие мурашки по коже, внизу живота всё приятно сжимается, когда случайно задеваю его выпирающий из брюк бугор.

Наши языки сплетаются в каком-то неизвестном безумном танце, передавая весь пережитый страх за сегодня, всё отчаянье.