После Второго Солнца

– Что это такое?

Заметив удивленный взгляд Влада, проводник провел пальцем по щеке, стирая кровь:

– Это Солнце, а это… – И продемонстрировал окровавленный палец. – Это расплата за удовольствие увидеть его…Ну или услышать.

У Влада тут же появилось множество вопросов, и едва он раскрыл рот чтобы задать их, как тут же заметил что Леха поспешил выбраться из-под машины .

– Это еще что за хрень, Алексей? – Потребовал объяснений Иван.

Но проводник не придал значения тому вопросу, так как обеспокоенно всматривался в ту сторону шоссе, откуда они пришли. Завертев головой, он взволновано обратился к путникам:

– У кого ружье? Быстрее стреляй! Быстрее!

Влад, у которого на плече было оружие, весьма быстро приготовил его к бою и к тому же очень вовремя, так как по дороге, между белых дырявых сугробов, к ним бежало враждебное существо. Такие некрофагисты как этот, способные очень быстро бегать и не менее быстро размахивать руками, попадались крайне редко. Это вызывало трудности у Влада, который никак не мог прицелиться в существо, из-за того что оно крайне ловко петляло между машинами, с каждой секундой сокращая расстояние до путников. Когда между людьми и некрофагистом не осталось машин, Влад сделал прицельный выстрел в голову, как ему казалось на тот момент. Сверкнув пламенем, ствол ружья с грохотом выплюнул дробью в плечо желтокожего человекоподобного существа, что было облачено в какую-то легкую, почти что, целую одежду, на которую ниспадали грязные, вырванные местами, длинные волосы. Качнувшись, на скорости, некрофагист уже не попал ногой по земле и в результате этого довольно нелепо завертелся и упал на спину, прокатившись около полуметра по земле. Яростно захрипев, существо тут же попыталось подняться, но к этому времени к нему приблизился человек и занес приклад ружья над лохматой грязной головой, дабы не тратить драгоценные боеприпасы. Стиснув зубы, с нечеловеческой свирепостью, Влад колотил прикладом эту изуродованную голову, в надежде размозжить череп и все, что было внутри. Судя по тому, что он мог перемещаться так быстро, этот бедняга превратился в такое существо совсем недавно, и это объясняло то, что его кости не успели размякнуть и были достаточно крепки, как у живого человека. Но под натиском страха быть разорванным на куски, Владу удалось достичь своего. После шестого яростного удара прикладом по голове, на лицо которой он старался не смотреть, она продавилась внутрь в области виска. В это углубление тут же затянуло левый глаз, скулы, остатки носа и из разорванных желтых тканей не лице тут же проступила темно-красная, почти черная, вязкая субстанция. А в воздухе еще сильнее запахло гнилью и сыростью. Существо с проломленной головой еще продолжало свою отчаянную борьбу за выживание, но Влад пресек это. Придавив его грудь ногой, он продолжал колотить прикладом по голове, пока она не приняла форму глубокой чаши, наполненной содержимым черепной коробки. Покончив с некрофагистом, Влад услышал окрик Ивана, который бежал за Лехой:

– Догоняй!

Мельком глянув в ту сторону, откуда прибежало желтое существо, Влад заметил еще нескольких и тут же развернувшись, побежал следом за своими друзьями. Весьма уверенно Леха вел своих подопечных, и спустя несколько минут, оказавшись у небольшого затора из ржавых развалюх, обернулся:

– Немного оторвались, отдохните, а я пока подумаю, как быть дальше.

Едва он прекратил говорить, как тут же, будто из ниоткуда, скорее всего из-под ржавой машины, появилась женщина-некрофагист. Она с разъяренным хрипом бросилась на Леху. Будучи достаточно опытным в вопросах выживания, проводник тут же обернулся на звук и отскочил назад, чуть не угодив в костлявые серые руки твари, но запнулся и с грохотом повалился на спину. Влад тут же хотел выстрелить, но не успел, так как существо уже накинулось на Леху и возникла вероятность ранить человека в таком случае. Не сделав и двух шагов на помощь к проводнику, тут же раздался возглас человека и тихий хлопок, а спустя мгновение, тело существа завалилось на бок с дымящейся дырой в затылке. Поставив паренька на ноги, Иван смотрел на его самодельный пистолет, сделанный из дерева и стальных трубок, после чего добавил:

– Цел?

Заправив оружие за пояс под курткой, юный проводник потрогал правое плечо, которое слегка взмокло от проступавшей под одеждой крови. Он поморщился:

– Эта шалава меня укусила.

Перезаряжая ружье, Влад не на шутку был испуган сложившейся ситуацией:

– Что делать-то теперь?

Уже менее уверенно проводник преодолевал затор поперек трассы:

– Ничего делать не будем. Нам остается только ждать.

Попетляв еще несколько минут на этом кладбище машин, путникам удалось найти необходимое убежище. Это был кузов грузового автомобиля, с дырявыми дверцами. Оказавшись внутри, Влад и Иван уселись в самый дальний темный угол, а Леха в это время пытался закрыть двери, которые постоянно открывались из-за того, что грузовик был немного наклонен на бок. Внутри кузова было достаточно светло из-за множества отверстий по всему корпусу, в которые задувал ветер. Кое-как зафиксировав непокорные створки, Леха тихо подкрался к остальным и занял свое место.

– А как твоя рука, Лех? – Обеспокоился Иван.

Приложив окровавленный палец к губам, проводник медленно прошипел:

– Молчи.

Никто из путников и не думал о том, чтобы нарушать многолетнюю тишину этого кузова, уж сильно они устали от недавних событий на трассе. А спустя какое-то время, когда уже полностью наступил закат, и все убежище погрузилось в беспросветную тьму, появилась вполне весомая причина издавать как можно меньше звуков. Некрофагисты обходили это место. Сколько их было, никто не мог понять. Были слышны характерные хрипы, шарканье ног, которые устали ходить по этому миру, глухие удары тел и голов о кузов и другие машины, что были на трассе. В темноте время тянулось медленнее, и теперь Влад даже не мог представить, сколько часов они уже тут просидели. Его конечности промерзли настолько, что он перестал их чувствовать, а зубы то и дело судорожно стучали, не то от холода, не то от страха. Ведь если некрофагисты на трассе начнут нападать на убежище, то у людей не останется ни малейшего шанса на спасение. И такая участь была бы вдвойне больнее, ведь до заветной цели, до дома, оставалось совсем немного. Только этого бывший раб и боялся в данный момент. Как только наступила тишина, Влад старался ни о чем не думать. Он полагался на способности Лехи, который время от времени, беззвучно, перемещался от одной дырявой стены, к другой. Спустя неизвестно, сколько времени, начал завывать ветер и бить снегом по ржавой коробке, в которой тряслись от холода трое путников. Это и был нужный момент. Предательски скрипнула створка кузова, и из-за нее сначала высунулась рука с самодельным пистолетом, а затем последовала и голова Лехи. Хищным взглядом, окинув округу, он выпрыгнул и по голень оказался в свежевыпавшем снегу:

– Вот гадость!

Следом высунулся Влад:

– Что такое?

Но ответа ему дожидаться не пришлось, так как становилось ясно, что началась буря. Блестящие от света фонаря вихри серого снега летали всюду, острыми снежинками впиваясь в кожу и все это действо, в полной темноте, сопровождалось ледяным ветром, что обжигал кожу. Когда люди оказались снаружи, Иван трясущимися зубами простучал:

– Что делать-то будем? Пойдем назад?

Медленно, с трудом поднимая промокшие от снега ноги, Леха продолжал путь в намеченную сторону против ветра. Не оборачиваясь, он громко отвечал, стараясь перекричать ветер:

– Мы не сможем дойти назад, заблудимся и замерзнем! Не отчаивайтесь, я все предусмотрел, но нужно поспешить, иначе нас заметет и дальше… Ну вы поняли! – И подняв руки над головой, перекрестил пальцы обеих рук, символизируя о неприятной кончине.

Влад даже не знал, хватит ли ему сил продолжать путь в таком состоянии. Ноги промокли от снега, и потеряли чувствительность, руки были будто из дерева, а дышать становилось практически невозможно, как бы он не закрывал свое лицо воротником. Мир был полностью погружен во тьму. Ни малейшего лучика света посреди этой ночи, что предвещала беду. Единственным источником света был Лехин фонарь, и вдобавок к этому, свет отражался от летающих вихрей снега, но это не слишком помогало в дороге. Однако юный проводник вел своих подопечных вполне уверенно, даже не оглядываясь по сторонам, как он это обычно делал. Спустя около получаса, отряд остановился у изгиба дороги и Леха приказал перевязать каждому себя за пояс одной веревкой, что была при нем, по вполне очевидным причинам, так как их путь должен был пролегать по полю. Но Владу никак не удавалось завязать узел на поясе. Его пальцы к этому времени уже не слушались, и были как крюки, едва согнутые и обездвиженные от холода, не смотря на то, что он был в тряпичных перчатках. Заметив это, к нему уверенно подошел Иван и не менее онемевшими конечностями завязал плотный узел, после чего подергал тонкую веревку:

– Нормально?

С трудом Влад кивнул головой, но заметив это, Иван присел у заснеженного ржавого корпуса очередного автомобиля и жестом приказал Владу сделать то же самое, после чего начал рыться у себя за пазухой:

– Вот, возьми его, только что бы он прилегал к телу. Быстрее!

Влад не сразу догадался, о чем говорил его друг, но вовремя сориентировался и теперь у него под одеждой покорно сидел трехмесячный волчонок. Грубая шерстка колола кожу на груди, но это было не важно, потому что уже в первые минуты пути, молодой раб ощутил легкое тепло и по телу пробежала приятная судорога. « Теплая шкура» – подумал про это Влад, и теперь начал осознавать все ценность этого зверя, которую им не смог толком объяснить Иван в тот момент, когда они нашли зверя в лесу. И, по мнению бывшего раба, который хоть и по-прежнему мучился от ледяного ветра, это было своего рода благодарностью от волка за то, что человек пришел на его зов в лесу. Но, не смотря на скромный источник тепла, путь, по которому вел Леха в неизвестность, был еще более тернистым, чем на трассе. Бесконечное поле, видимость которого ограничивалась лишь желтым лучом фонаря проводника, было почти по колено засыпано снегом, и поэтому каждый из отряда то и дело заваливался на бок, сбиваемый пронзительным холодным ветром. С каждым тяжелым шагом становилось труднее дышать, и Влад не мог понять, по какой причине это происходило, то ли из-за яростного ветра, либо потому, что он начинал заболевать. Пытаясь не думать об этом, Влад из последних сил старался поднимать промерзшие ноги как можно выше и время от времени поправлял положение волка под одеждой, который свернулся калачиком. Прищуренным взглядом, созерцая бесцветную бушующую бесконечность, Влад иной раз задумывался о том, что возможно так и выглядит то место, куда попадают люди после смерти. Бесконечная тьма, которая пытается уничтожить человека, но не делает этого, обрекая его на продолжение этого пути. С каждой минутой, Влад и Иван думали именно об этом, пока Леха не вселил в их замерзшие сердца надежду. Остановившись у какого-то длинного столба, который уходил вверх, в пустоту, он, не оборачиваясь, показал путникам кулак, с приподнятым большим пальцем вверх. Это означало только одно, что они еще живы и близки к чему-то. Не останавливаясь ни на секунду, разве что для того, чтобы помочь товарищу подняться из снега, отряд продолжал двигаться с новыми силами. И вот уже на их пути, все чаще стали попадаться все те же черные столбы, правда некоторые из них были обломаны или вовсе оставили после себя невысокие огрызки прогнившей древесины. Спустя около двух десятков таких конструкций, что стояли посреди бескрайнего поля, Леха остановился, а затем присев, обернулся к беглецам из Цеха, которые последовали его примеру.

– Что такое? Жевуны? – Отчаянно произнес Иван.

Завертев головой, с которой посыпался снег, проводник ответил:

– Хуже. Здесь моя очередная ночлежка, но в ней кто-то засел, кто-то сломал на ней замок…Мрази.

Но шахтеры ничего так и не увидели. Лишь приглядевшись, как следует, сквозь бурю, Владу удалось заметить тонкую оранжевую дрожащую полоску. Судя по всему это было пламя костра, о котором, как ему казалось, он мечтал всю жизнь. Пройдя еще немного, из пучины бури показалось небольшое обшарпанное кирпичное строение, которое в свое время называлось трансформаторной будкой. Большая металлическая двустворчатая дверь была взломана, о чем говорил свисающий засов, что под силой ветра грустно и одиноко поскрипывал петлями на которых висел, а сквозь небольшую щель в этой двери был виден дрожащий оранжевый свет. Понимая друг друга без слов, путники приготовились к штурму заветного места, в котором можно было спастись от смертельной погоды. И каждый из них понимал, что если они не окажутся внутри, то все погибнут, и поэтому даже мысль об ошибке не допускалась. Бережно передав Лехе волка, Влад занял позицию у двери, приготовив нож. Адреналин что разбавлял кровь, тут же согрел конечности, и Влад почти что не ощущал пронзительного холода. А тем временем, Иван, выставив ружье перед собой, постучал кулаком в дверь. Тишина. Иван вновь побарабанил по двери, послышались встревоженные, едва различимые голоса по ту сторону. По лицу Ивана стало ясно, что он начинал злиться, отчего он уже начал долго и настойчиво стучать по железной двери, но не кулаком, а стволом ружья, пока не послышался грубый мужской голос, обращенный к гостям:

– Чего вам?

Иван не думая ответил:

– Открывайте! Мы тут с ума сходим от холода, мы вам не навредим! Переждем бурю и пойдем дальше!

Тишина, какие-то голоса за дверью, будто бы новые хозяева этого райского места советовались друг с другом. После чего последовал ответ:

– С какой радости мы будем тебя пускать сюда? Иди своей дорогой!

Услышав эти слова, Леха озверел и начал колотить по двери:

– Сучара, это мой дом! Я повесил на него замок! А ты его сорвал…Гнида! А ну открывай!

Схватив Леху за голову, Иван оттолкнул его в сторону, со словами:

– Уймись придурок.

После чего вернулся к переговорам с человеком за дверью:

– Как видишь, хозяин нашелся. Пожалуйста, открой дверь, не дай нам погибнуть. Мы не доставим вам проблем!

Вновь тишина, переговоры за дверью, и затем ответ:

– Сколько вас? Оружие есть?

Иван задумался и глянул на Влада, который одобрительно кивнул.

– Нас трое! – Пытаясь перекричать ветер, бородатый путник закашлялся.