Последний караван

Сосоно:

– Ты наобещаешь... Хотя бы детей не портила бы, что ли. Они еще не научились ненавидеть друг друга, так не науськивай.

Младшая царица, еле живая от облегчения:

– Конечно, ваше высочество, ни за что не буду, я буду такая добрая, такая...

Сосоно, скривившись:

– Если ты думаешь, что отделаешься только этим, - так это ты напрасно. Я хорошо подумаю, что потребовать от тебя. А теперь ступай. Мне пора идти отчитываться перед его величеством.

Тронный зал. Выстроившись по двум сторонам зала, стоят министры и прочие царедворцы. Входит царь Онджо, усаживается на трон. Все склоняются, приветствуя его.

Онджо:

– Мне доложили, что вернулся караван?

Левый министр, кланяясь:

– Да, ваше величество.

Входят Сосоно и Тару. Их сопровождающие остались за пределами тронного зала.

Идут по ковру между двумя рядами царедворцев, встают перед троном.

Сосоно:

– Здравствуйте, ваше величество. Мы прибыли с севера.

Тару:

– Здравствуйте, ваше величество.

Оба кланяются.

Онджо:

– Как съездили, хорошо ли поторговали?

Сосоно:

– Все благополучно, ваше величество, и торговали удачно. Виделись с вашим братом, царем Когурё, он передает вам приветствие и благодарность за ваш подарок...

Царь кивает.

Сосоно:

– Многое повидали, кое о чем я хотела бы рассказать вам наедине. И да, государь, ваш сын вел себя превосходно...

Царь:

– Молодец, сынок.

Тару стоит, склонив голову, и старательно сдерживает счастливую улыбку.

Через некоторое время.

Вире, царский дворец. Беседка над прудом, в беседке Сосоно пьет чай. Поднимая чашку, морщится от боли в плече.

Через дворцовый двор со своей свитой идет старшая царица в сопровождении Тару, ей навстречу - младшая царица со своей свитой и своими царевичами.

Младшие царевичи, Ёру и Мару, радостно:

– Хённим!

Тару:

– Здравствуй, Ёру, здравствуй, Мару. Идемте, я сделаю вам лодочки, и мы пустим их плавать в бабушкином пруду.

Старшая царица:

– Но, ваше высочество, уроки...

Тару:

– Мы ненадолго, матушка.

Младшая царица:

– Ваше высочество, шли бы вы по своим делам.

Тару:

– Бабушка звала нас всех троих в свой сад, ваше высочество. Мы пойдем.

Берет братьев за руки и решительно направляется к круглой арке бабушкиного сада.

Царицы бросают друг на друга полные ненависти взгляды, расходятся.

Младшая царица, вполголоса:

– Если бы Чингодо выбрал человека, способного откусить себе язык...

Доверенная служанка:

– Вам ужасно не повезло, ваше высочество.

Младшая царица:

– И если бы мой брат не затеял свою игру...

Доверенная служанка:

– Ваше высочество, умоляю, говорите тише.

Сосоно пьет чай; у пруда сидят на корточках три царевича, они спускают на воду лодочку.

Камера медленно отъезжает. Дети возятся у пруда, Сосоно пьет чай, через дворцовый двор стайками проходят служанки...

Голос из-за кадра:

– Вдовствующая царица Сосоно умерла в следующем году. Царь Онджо счел ее смерть дурным предзнаменованием и перенес столицу из Вире к подножию горы Хан. В новой столице был возведен храм, посвященный матери государя.

Царевич Тару стал наследником престола еще не скоро, а унаследовал трон и вовсе немолодым человеком - царь Онджо правил долго.

В тот же год, когда Сосоно ездила в Чольбон, Пуё напало на Когурё, так и не получив в заложники царевича Точжоля, но из-за суровой зимы вскоре отвело войска. Царевич Точжоль так и не стал царем - через несколько лет он погиб. Но это уже совсем другая история.

Пэкче и Когурё жили в мире до тех пор, пока у них не было общей границы. А затем все произошло так, как и говорила прорицательница Периха. Без малого семь столетий две страны воевали между собой с переменным успехом, и этому совершенно не мешало то, что оба народа говорили на одном языке, а их цари вели свой род от одного и того же Чумона Великого.

Но, скажем прямо, разве где-то в истории бывало иначе?