Потерянная Афродита

– Кого хотела-то? – спрашивал один.

– Да никого она не хотела, – отвечал другой.

– Ну ладно! Будет сына воспитывать!

И они все радовались, что всё хорошо обошлось, и верили в меня. Я тоже в себя верила. У меня есть сын и я буду его воспитывать. Зарегистрировать союз выпускников восьмого класса законным браком удивлённая работница ЗАГСа отказалась, сказав: «Мы детей не расписываем». Малыш был усыновлен собственным отцом, который через семь месяцев ушёл выгулять собаку, вернувшуюся с прогулки в одиночестве.

Я мечтала о маме, красиво одетой и на каблуках. Сама хотела быть очень красивой, выйти замуж и красить ногти. Гладкие ноги я получила, но в целом считала себя уродиной. О том, что это не так узнала случайно, получив письмо от незнакомой женщины. Она написала: «Здравствуйте! Хочу выразить вам свою симпатию. Я училась с вами в одной школе. Вы были самой красивой девочкой-старшеклассницей».

Свою жизнь я провожу в поисках оргазмов. Только так я чувствую себя живой. В детстве объектом моей любви была статуя Венеры из «Приключений капитана Врунгеля». Я ждала этот мультфильм вечером, потом его повторения на следующий день, чтобы оказаться в белом тумане. Если не считать этих впечатлений, то мое детство как личное дело – совокупность документов и стандартных фотографий: в первом классе, в третьем, в выпускном, на паспорт. Эмоционально окрашенных сюжетов оно не содержит.

Дальше жила как зверь на инстинктах. Кормила грудью, гуляла, укладывала спать. Постоянно плакала, казалось, что умерла. Ничего не чувствовала, всё забывала. На людях теряла дар речи. Пришла на собеседование и села на стул. Директор задала вопрос. Я смотрела на неё и молчала. Зная ответы, не могла их произнести. Мудрая женщина отнеслась с пониманием, даже трепетно. Она еще что-то спросила. Спокойно, бережно. Я молчала. Было очень стыдно, я ощущала, как стыд отпечатался на глазах, и от этого сделалось ещё стыднее. Меня словно парализовало, потому что можно было встать и уйти, но я не могла встать. Сидела и смотрела, как мне задают вопросы. Это продолжалось минут десять, в конце концов, руководитель сказала: «Можете идти». Слова прозвучали как разрешение на снятие паралича. Я встала и ушла. Дома мама спросила, почему я молчала. Она сказала, что если бы я хоть что-то произнесла, хотя бы своё имя, она сразу приняла бы меня на работу, потому что у меня такое прекрасное лицо, что каждый кто смотрит на него отдыхает. Вместо ответа я молчала. Мечтала снова стать живой, как раньше. Хотела что-то почувствовать. И почувствовала, через три года, случайно оказавшись с парнем в тёмной комнате. Это "что-то", пришедшее на жалкие несколько минут чувство жизни, лишило меня покоя.

Продолжаю культурную программу. Фестиваль французского джаза в «Апельсине». Про джаз говорить не хочется, потому что звук дерьмовый, да и губную гармошку, которой было много до безумия, я просто не люблю. Джаз для меня это что-то камерное и чистое, а здесь грязь и отдельные любители джаза неприятно удивляют. Точнее опровергают мою гипотезу на счет мужчин. Ну, видимо, чтобы я их не слишком идеализировала. Сидят двое мужчин, таких с виду интеллигентных, в галстуках, с портфелями и в очках. Они даже не особо вписываются в атмосферу клуба. Народу тьма. Один из интеллигентов отлучается к бару. И за это время его место занимает какая-то женщина. И что вы думаете, сделал наш джентльмен, когда вернулся? Правильно! Попросил женщину встать. Премилое зрелище!

А не почитать ли мне Шницлера? Даже обидно за него стало после театра «Эрмитаж». Чтобы реабилитировать автора смотрю «С широко закрытыми глазами». Фильм хороший, но Круз не тянет. Читаю «Траум новелле». Скупаю собрание сочинений Ницше и Бодлера. Я Скорпион – непреодолимое желание перемен. Меня нельзя загнать в рамки заранее продуманного течения жизни. Ненавижу банальность и предсказуемость. Это скучно, хочется уйти или просто заснуть.

Во сне еду в автобусе. Безумно красивый азиат соблазняет меня. Я чувствую его прикосновения, одежда пропадает, и я лежу у его ног голая. Он лезет в карман за оружием. Хочет меня убить, но мне не страшно. Достает малюсенький пистолет, но я его отбираю. Тогда он вынимает огромный кинжал, но он снова у меня. «Не выйдет», – думаю я, беру его под руку и мы идём вперёд. Мне хорошо, потому что сны, приснившиеся одиннадцатого числа, сбываются в течение одиннадцати дней и ведут к радости.

Это мой первый московский сон. Раньше мне никогда ничего не снилось, а здесь посещали ужасы. Змеи, голоса, холодные прикосновения. Именно тогда я стала осознавать себя во сне, ничего более жуткого и представить не могу. Лёжа в своей тёплой подвесной постели и вижу, как из пространства комнаты ко мне тянутся руки. Много, три или четыре пары. Они хватают меня. Я чувствую на своей коже их ледяные прикосновения и щипки. Я отбиваюсь, но никак не могу отбиться. Сон повторился три раза с перерывом в несколько дней и через неделю сбылся.

Я как обычно слонялась по Тверской, от кафе к бару, от магазина к магазину. Домой возвращалась не поздно, в районе одиннадцати. Поднялась из метро, на Академической еще светло, людно. Лето, теплота, в животе булькают пузырьки шампанского. И вдруг с улицы Ульянова мне навстречу вырулил божественно красивый и совершенно голый парень. Шёл спокойно, не торопясь, словно так и надо. Прохожие не обращали на него никакого внимания. Я подстроилась под них и тоже «не обратила», еле сдержалась, чтобы не развернуться и не пойти за ним и выследить, узнать, кто он, откуда и куда идет. Ах, лучше бы я это сделала. Сдержав порывы и повернув на Ульянова, я удивилась, что она совершенно пуста. Только мои каблуки стучат по асфальту. За несколько метров до дома на дороге появился чёрный автомобиль с чёрными окнами и остановился передо мной метрах в десяти. Я смотрю на него, ведь смотреть-то больше некуда, а из него выпрыгивает плечистый брюнет и идет ко мне. На нём чёрные джинсы и футболка, в руке чёрный пистолет, на лице чёрная маска. Я думаю: «Что за херня? Кино что ли снимают?». Остановилась, как вкопанная, но не от страха, а от удивления. Происходящие «съемки» вызвали у меня жуткий интерес.

«Сумку или убью!» – скомандовал он. Я отвернулась, мол, не отдам сумку. Во-первых, это кино, а во-вторых, в ней вся моя жизнь – фотоаппарат, косметика, деньги на квартиру, толстая-толстая пачка мелкими купюрами и главное телефон, подарок он «нокия» за отличную работу, в котором сейчас десятки интимных фото. Не отдам! «Сумку давай!» – он выстрелил в густой куст за моей спиной и вцепился мне в руку. Она была ледяной и неестественно белой на фоне этой тёмной истории. Мне стало холодно. Я смотрела как чёрная фигура с моей сумкой под «мышкой» запрыгнула в черную машину и покатилась по черной дороге куда-то к Ленинскому.

Вовочка мне писал, а меня злили километры разговоров в сети. Что побуждает людей жить в виртуальном мире? Несовершенство их реальности? Комплексы? Надежда, что здесь их смогут оценить по достоинству? Поиск новых эмоций? Единственный способ побыть собой? Бред какой-то. Что мешает им быть такими в реальности? Ненавижу заменители, ненавижу все ненастоящее. После этих трёх встреч с ним я отхожу полгода. Схожу с ума. Кричу. Корчусь. Не в состоянии находиться один на один со своим телом. Отдала бы ему, чтоб не мучиться. Тело – единственное, что у меня есть. Я отдаю его тебе, потому что люблю. Я не лучшая половина человека. У меня внутри что-то сидит и рвется наружу. Мне нужно от него избавиться. Спасти меня можешь только ты. Я обрываю телефон, я ору на всю квартиру, если ты не отвечаешь, мне плевать, что меня услышат соседи. Я вою как зверь, потому что не могу выносить это чудовище в своём животе. Мне надо, чтобы ты вытолкнул его из меня. Вытолкнул или я умру! А я хочу жить! Я очень хочу жить! Мне надо на работу, у меня там проект. У меня Газпром, Росатом и МЧС. У меня театр. У меня билеты пропадают. Мне нужно очищение от самой себя. Мне нужна пустота и чтобы ты входил в неё. Измученная сама собой я засыпала, но и там кошмары не оставляли меня. Кто-то невидимый сжимал моё тело и шипел на ухо моё имя. Я вырывалась, боролась. Через какое-то время мне удавалось дотянуться трясущейся рукой до ночника. Утром надевала синий костюм и шла на работу.

В выходной я не могу встать с постели. На моих плечах лежит любовь, которую я не в силах вынести. Я разрезана ей на две половинки. Одну оставила у него в квартире и теперь корчусь от боли, а он живет себе спокойно со своей женой. Или они вместе с ней питаются моей половиной, обгладывая её до костей. Может, Вовочки все одинаковы? Вовочка №1 со своей жёной взломали мой ящик и читали нашу любовную переписку. Натуральные извращенцы!

Юля – мой единственный спаситель. Только она может меня понять. У нее длинные золотые волосы, белая кожа, длинные стройные ноги, два красных диплома, чёрный пояс по каратэ и мозги философа. Мы познакомились, когда её жизнь начала рушиться, она уволилась из-за любовника со своей высокооплачиваемой работы в западной компании, забеременела, а он её бросил, так как был женат.

Сегодня Вовочка №2 приехал к моему дому. Он звонил мне, но я не сняла трубку. Он написал смс и попросил спуститься вниз, но это было выше моих сил. Начинаю выздоравливать. Учусь танцевать аргентинское танго, танец душевного надрыва и бесконечного одиночества.

В день своего рождения я, кажется, опять влюбилась и он божественно красив. Господи, его красоту невозможно описать словами. У него тёмные волнистые волосы. Эти волосы заворожили меня, когда мне приснилось, что я родила девочку с тёмными мягкими кудряшками. Эти роскошные, шёлковые, густые и мягкие волосы врезались в мою память. У него были волосы девочки из моего сна, греческий нос и тело бога.