Поймать ветер

Уиндэм развалился на пассажирском сиденье, вытянув свои длинные ноги и забросив их на переднюю панель под лобовым стеклом. Он откинул спинку кресла в полу-лежачее положение и отгородился книгой от всего происходящего. Казалось, Ральфу абсолютно плевать на то, что арендованный на его имя автомобиль только что сломала раздражающая его девица.

Кристофер тросом прикрепил «Воксхолл» к фаркопу своего пикапа, и потянул вышедшую из строя машину в Харрогейт. Он обещал доставить всех сначала к своему приятелю в автомастерскую, а потом показать неплохую гостиницу. За руль усадили Мэри, как виновницу всего.

Девушка старалась не обращать внимания на абсолютно спокойного мужчину на соседнем сиденье. Она сосредоточенно следила за дорогой, придерживая руль. На самом деле ей не нужно было уделять столько внимания процессу, который она почти не контролировала, но это был единственный способ не смотреть на ноги в белых начищенных кроссовках.

В какой-то момент Мэри все-таки сдалась. Вид бампера их спасителя успел порядком надоесть. Девушка покрутила головой, разминая шею, и взглянула в сторону Ральфа. Вместо красивого лица с греческим профилем она наткнулась на толстую книгу. Название у нее оказалось довольно красочное.

— «По ту сторону принципа удовольствия», — зачитала она вслух и с трудом удержалась, чтоб не прыснуть.

Рэннальф не шелохнулся.

— Даже не пытайся, — донеслось до Мэри флегматичное замечание.

— Не пытаться что?

— Все остроумные шутки по поводу названия я услышал от Мистраль и Идена еще будучи студентом. Не пытайся их переплюнуть.

— Но это действительно похоже на пособие по съему. — хохотнула девушка. — Как раз в твоем стиле.

Книга медленно съехала вниз и на Мэри уставились кобальтовые глаза с вздернутыми над ними бровями.

— Это Фрейд и его важный в психоанализе труд, — устало вздохнул Ральф. — Но, если тебя что-то не устраивает, я могу почитать другую книгу.

С этими словами он захлопнул «принцип удовольствия» и вытянул из кармана в дверце другую, маленькую и тонкую, книжонку. Прочитать название с водительского кресла не представлялось возможным.

— Итак, — деловито сказал Альфи, — у меня начала заканчиваться фантазия и я купил на заправке вот это, — он демонстративно потряс книжонкой в воздухе. — Посмотрим, что нам предложит справочник имен.

Мэри удивленно вскинул одну бровь, а Рэннальф открыл книжку, пролистал и откашлялся.

— О! Смотри! Мэрилин! Как тебе? Или Морин. Или, может, Майра?

— Замолчи, Ральф, — закатила глаза девушка.

Она сказала это по инерции, совершенно не ожидая необходимого результата, но Рэннальф действительно внезапно замолчал и посмотрел на Мэри долгим внимательным взглядом. Она никогда не называла его так. Всегда было или Уиндэм, или Красавчик Альфи, с непременной язвительной интонацией. Никогда он не был просто Ральфом. И это прозвучало странно непривычно для обоих.

Молчание все тянулось, Рэннальф не спешил возвращаться к справочнику имен. Он все смотрел на девушку, потирая подбородок и заставляя ее поежиться под этим взглядом. Она снова почувствовала всю тесноту салона.

— Что? — не выдержала Мэри.

— Ничего, — задумчиво протянул он. — Мы подъезжаем к мастерской. Постарайся не врезаться пикапу в задницу.

* * *

— Здравствуйте! — улыбнулся Рэннальф молоденькой симпатичной администратору гостиницы. — Хотелось бы к вам заселиться.

Девушка, на чьем бейдже было написано «Молли», бросила быстрый взгляд на входную дверь, в которую в этот момент Мэри втаскивала свой чемодан, и неуверенно улыбнулась мужчине.

— Вам один номер? — спросила она, переводя взгляд с Рэннальфа на его спутницу, подошедшую к стойке.

— Нет! — в один голос выпалили оба.

— В разных концах коридора… — протараторила Мэри.

— …на разных этажах, — добавил Альфи.

— Простите, сэр, — совсем растерянно выдавила девушка, — но у нас только два этажа, и под номера отдан второй.

— Но ради тебя, наверное, могут вынести кровать на крышу, — ехидно улыбнулась Мэри, хлопая ресницами.

Ральф проигнорировал источник раздражения.

— Все в порядке, Молли, — успокаивающе сказал он, протягивая паспорт. — Два номера в разных концах коридора вполне подойдут.

Администратор стала быстро вводить данные в компьютер, часто и нервно поглядывая на посетителей. Мэри, отдавшая паспорт следом за Альфи, в это время поправляла волосы, глядя в экран мобильного. Рэннальф же не переставал наблюдать за Молли, хитро ухмыляясь. Когда регистрация была завершена, девушка положила на столешницу документы, два ключа с номерками, и еще раз нервно улыбнулась странной парочке.

— Хороший сегодня день, Молли, — промурлыкал Ральф, опираясь на стойку регистрации и складывая на ней руки.

Мэри картинно закатила глаза, забирая паспорт. Повесив на палец брелок с ключом, она подхватила чемодан и двинулась к лестнице, по пути мотнув своей кладью и попав колесиками по голени Рэннальфа. Тот поморщился.

— Мария Тейлор, если твой чемодан еще раз дотронется до любой части моего тела, я выброшу его в помойку, — сказал он вслед девушке, которая уже стала подниматься по ступенькам.

— Ты не посмеешь, — не оглядываясь бросила Мэри.

— А ты проверь, — ответил Альфи. — Простите, это моя сестра, — добавил он, улыбаясь Молли и забирая со стойки свой паспорт с ключом.

— Это теперь так называется? — донеслось откуда-то с верхних ступенек. — Уверена, со своей сестрой ты бы не стал спать.

Ральф тяжело вздохнул и двинулся следом.

— Только один раз, — проговорил он, поравнявшись с Мэри и пригибаясь к ее уху. — И сейчас самое время признаться, что я ничего не помню. Это называется психогенной амнезией. Мозг вытесняет воспоминания, которые могут нанести психологическую травму.

С этими словами он обогнал девушку и, перешагивая через ступеньки, скрылся из виду.

— Это называется переизбыток «Джонни Уокера» в организме! — крикнула вслед Мэри.

— Просто промолчи и признай, что счет «два-три», я веду.

И на втором этаже хлопнула дверь.

ГЛАВА 4

4 сентября. Харрогейт, Йоркшир.

Гостиница и правда была милой. Небольшая, уютная, с номерами, обставленными в деревенском стиле. После холодного дома с неудобным диваном, кровать здесь казалась особенно мягкой, в наличии имелся обогреватель, а из крана текла греющая душу теплая вода. Рэннальф снова проспал до обеда. Прошедший день выдался довольно выматывающим, и стоило Ральфу завернуться в воздушное одеяло, как он тут же отключился, даже не открыв «принцип удовольствия» Фрейда.