PR для братвы
Шрифт:
— Это как бы будет интересно, что у них делается, — согласился удачливый грабитель шикарной квартирки.
Снедаемая ревностью и любопытством, изумительная Лерочка выскользнула из комнаты и, выбежав на улицу, забралась на заднее сиденье «мерседеса», полная решимости наконец-то увидеть скандальных дамочек, о которых так много чего от бандитов слышала.
— Это еще что? — удивился, увидев в машине свою подругу, Равиль. — Марш отсюда!
— Ладно, Рав. Мы все равно туда и обратно, — поняв состояние девушки, с улыбкой заступился Макарыч, но он ошибся. Обратно они не вернулись…
59
Отчаявшиеся в своем положении юристки, не обращая внимания на осуждающий взгляд великого поэта, нервно метались у подножия памятника. Очутившись в положении бездомных бродяжек, они не хотели мириться с судьбой, их опять раздирали
Дамочки так и не поняли, что причинами их унижений послужили нехорошие делишки, всю жизнь проворачиваемые ими на собственное благо. Снова изменив планы, они уже не искали помощи и защиты у авторитетного Макарыча, а задумали через него совершить очередное коварство. Из обрывков разговоров упырей догадавшись, что те собираются что-то предпринять против ящеровских, дамочки решили сообщить об этом старикаше и тем самым натравить братву на своего бывшего благодетеля и его отморозков. Кроме того, Костров мог закрыть проблему с шантажистом и воришкой Чернявеньким, а стало быть, оградить запутавшихся юристок от потенциальной мести кротовских за раздербаненную девочками взятку судье Репкину. Для достижения своих целей шикарные адвокатессы были готовы на все…
— Из любой ситуации можно извлечь выгоду, — учила хитрющая Галя свою нерешительную подругу. — У ящеровских хватит сил уничтожить Строгова, и тогда его квартира и вся обстановка достанутся нам. Главное — объяснить Кострову, что для них существует реальная смертельная опасность, — еще не зная о ночных событиях, добавила она, прикидывая, сколько могут стоить строговские апартаменты со всем барахлом. Одна только картина Ку-инджи оценивалась в несколько сот тысяч долларов. Получалось неплохо, оставалось только настроить Макарыча и бандитов на убийство шефа отдела юстиции и афериста Чернявчика.
Азарт деловитой Гали передался и податливой Тане, глаза у нее загорелись от очевидной в случае успеха материальной выгоды, она не могла простить VIP-извращенцу его садистские фантазии, доставлявшие бедняжке столько страданий. Представив долгие годы совершаемые над ней отвратительные действия VIP-садиста и нервно облизав при этом губы, нежнейшая юристка с ненавистью произнесла:
— Вот бы запрячь Олега в сбрую, запихнуть в задницу дезодорант, а потом заставить облизать. За такое зрелище я даже готова заплатить Макарычу… — Таня замолчала, не зная, сколько же может стоить это действие в исполнении кандидата в депутаты в городской парламент, потому как предпочитала оплачивать услуги собственным телом. — Я бы ему десять раз отдалась, — закончила она, прикидывая по таксе пятьсот долларов за раз.
Однако растрепанный вид невыспавшихся, помятых дамочек вряд ли мог соблазнить уже приближающегося Макарыча, к тому же сама соблазнительница, обутая в разного цвета сапоги, причем оба правые, смотрелась комично. У Гали сапоги тоже были разного цвета, но ногам соответствовали; впопыхах при отступлении она схватила три своих обувки, но из разных пар, и одну Танину, гардероб у девочек, как помнится, был обширным.
— Расчудесно выглядите, — неуместно пошутил подошедший Костров, но дамочки этого не заметили, опрометчиво бросившись ковать будущее спокойное благополучие.
Как всегда, первой начала Галя:
— Андрей Дмитриевич, мы позвали вас для того, чтобы предупредить о серьезной опасности, грозящей ящеровским пацанам и лично вам. Всех вас собираются убить, — и замолчала, наблюдая за реакцией бандита.
Лицо Макарыча омрачилось. «Судя по всему, юристки не знают о ночных заморочках, — подумал он, — но обладают какой-то информацией, пусть выговорятся, затем станет ясно, что делать».
— Ну что ж, я готов выслушать, — серьезно сказал Андрей.
— Две недели назад, — продолжила рассказ адвокатша, — у нас появился Чернявенький и, запугивая вами и парнями из ящеровской группировки, стал вымогать деньги. Мы ему отказали и выгнали, но сообщили о случившемся нашему куратору Олегу Юрьевичу Строгову. Строгов сказал, что для волнения причин нет и он найдет возможность поставить Чернявенького и бандитов на место. А пять дней назад нашу квартиру обокрали, несомненно, с подачи Чернявчика. Вместе с нашими вещами воры вынесли и хранящиеся у нас ценности Строгова. От ярости он с ума сошел, грозился убить всех ваших парней. Сначала мы не придали этому значения, но вчера с ним пришли два отморозка, и
мы с Таней кое: что слышали из их разговора. Там ясно называлась ваша фамилия, какие-то еще, имена Равиля, Ящера, и что пора вас всех мочить. Он так и сказал — мочить…— Как выглядят эти двое? — перебил Макарыч.
— Один гопник — длинный, с грязны ми лапами заросший черной щетиной, — обрисовала Шеста деловитая юристка, чувствуя, что весьма заинтриговала Кострова, — второй — сутулый, с металлической фиксой в беззубом рту.
«Все сходится, — подумал мудрый старикаша, — осталось только понять мотивы девочек. Ведь не секрет, что меня и Равиля вороватые юристки ненавидят. Зачем же они тогда сливают информацию о своем шефе Строгове? Теперь ясно, чья это квартира, „дипломат“ с баксами и нэцке. Если б нас шваркнули, то дамочки, наоборот, должны были радоваться, так как я и татарин — свидетели их манипуляций с кротовеким общаком. Что-то здесь не так, — анализировал Макарыч, разглядывая взлохмаченных, по-клоунски обутых адвокатесс. — Может, здесь какая-то западня? — задал он себе вопрос и осмотрелся. — Вроде ничего подозрительного нет. Спросить напрямую — глупо. Наверняка ляпнут что-нибудь про гражданское правосознание, уважение к государственным законам или какую другую лабуду, в которую и сами не верят… Но вызвали же они зачем-то именно меня, хотя полгода назад грозились посодействовать Жоре в моем повешении за яйца… Надо им подыграть, сделать вид, что все это мне не интересно…»
После продолжительной паузы лицо Макарыча просветлело и приняло даже какой-то беззаботный вид.
— Да ну, девчонки, вы мне тут какие-то сказки рассказываете. При чем здесь ящеровские пацаны, если вас Чернявенький обнес. Вот и скажите своему Строгову, пусть этого аферюгу ищет, а перед тем как его шлепнет, попросите передать Юрику прощальный привет и что я за него свечку поставлю, — с улыбочкой произнес Костров и добавил: — К сожалению, вынужден с вами распрощаться, потому как со временем туго. Как-нибудь звякну, а пока нежно целую, — послал он воздушный поцелуй, развернулся и пошел.
— Андрей Дмитрич! Постойте! — одновременно закричали хитроскроенные адвокатши, чувствуя, что вместе с уходом Макарыча рушились не только их коварные замыслы, но и надежды на какое-либо будущее, да и в квартирку они могли вернуться, только сдавшись на милость ублюдкам, планы которых к тому же девочки только что вломили…
60
От скрежета замков Шест насторожился, на всякий случай вытащил из-за брючного ремня «пээмку» и передернул затвор. Увидев ввалившегося в квартиру Строгова, упырь успокоился, откинулся в кресле и злобно выругался длинным матерным выражением, по-русски дословно означавшим: «Предупреждать, твою мать, надо, а то шлепнул бы тебя, мать твою в задницу…»
На заросшего щетиной упыря ушедший в себя Олежек внимания не обратил, стремительно забегал по комнатам и стал копаться в мебельных ящиках. Затем, заметив адвокатские сумочки, схватил их и вытряс. Выпавшие дамские штучки его внимания не привлекли, VIP-подонок искал деньги и какие-нибудь ценности. Но поиски шефа юстиции оказались тщетны. После стремительной эвакуации юристок сообразительный Шест уже основательно проделал подобные манипуляции, закончив это нехитрое занятие буквально за десять минут до прихода члена правительства, и даже успел подсчитать неплохую по его понятиям выручку — три косаря двести зелеными, двадцать одна тысяча рублями, две пары сережек и шесть колечек с камушками — все, что девочки таскали в день кражи на себе.
Чертыхаясь и примитивно, по сравнению с Шестом, матерясь, разочарованный Строгов сорвал со стены «Зимний пейзаж», кинул картинку в полиэтиленовый мешок и выбежал из бывшей шикарной квартиры, раздраженно хлопнув загудевшими дверьми. Проводив хозяина недоуменным взглядом, невыспавшийся упырь прошел на кухню и вскрыл холодильник. Сметану бывший потрошитель ветеранов не любил, но выбирать было уже не из чего. Присосавшись к банке, упырь проглотил ее содержимое, подумал и, открыв бутылку кетчупа, вылил в широкий рот и его. Затем, вперемежку с икотой, неудовлетворенный ублюдок выдал витиеватую фразу, в переводе означающую, что будет контрацептивом, если через полчаса кто-нибудь, униженный в неудобной позе, или его чего-то там недоделавшая мать не принесут что-то как-то там нормально пожрать, то он и его нехорошая женщина, и женщина, которая еще хуже, уйдут отсюда на огромный половой орган, запихнутый в альтернативную полость…