Принцесса в башне

– Да нельзя прорубить его кожу клинками,идиоты! – наконец, донесся голос Имельды.

Семь рыцарей подняли головы наверх. На лицах отразилась та озадаченность, какая бывает у людей, впервые услышавших, что один плюс один – не три. Первым в ситуации нашелся сэр Гилмор. Он тут же опустил меч и сделал шаг вперед.

– Кхгм-кхгм, - возвестил он, активно жестикулируя и кланяясь .
– Благородный дракон! Мы пришли к тебе с миром. Просить отпустить с нами принцессу Имельду, дочь нашего любимого короля Глойва Круторога и прекрасной королевы Мавис Бледной! – Йорвоэрт наклонил голову, разглядывая Гилмора как какой–то легендарный, но бесполезный артефакт.

– Tы, о, ящер, – бородавка над губой Гилмора забавно подрагивала , – проявил себя достойно, указав нам на нашу немощь, однако, услышь же, что истинное благородство рождается из милосердия и всепрощения! Позволь нам увести принцессу к родителям, чьи сердца страждут в тоске по ней, и мы возвестим по всему королевству о твоей великой добродетели!

Сэра Гилмора Йорвоэрт съел первым. Судя по вырвавшимся из ноздрей и пасти струйкам пламени и дыма, Йорвоэрт знал, что кушать сырое мясо грозит паразитами.

– Ну и слава богам, - произнесла где-то наверxу леди Имельда.

Среди oгорошенных рыцарей пробежал шепоток.

– Все вместе! – снова гаркнул Аенгус, но прежде чем успел кинуться на врага, к дракону подался пышущий гневом сэр адауг.

– Да как ты посмел, – прорычал он.
– Вот так. Просто! Без предупреждения?! Что за драконы пошли, ни стыда, ни совести!! – чтобы окончательно не сорвать связки, Мадауг стиснул зубы.

Йорвоэрт ни то обомлел, ни то растерялся. Так, что даже поперхнулся застрявшей в гортани кирасой Гилмора:

– А чего?
– обиженно буркнул он.

– Чего?!
– пришел в неистовую ярость Мадауг.

– Да прекрати ты уже, - влез Аенгус и разбежался для атаки. Очень не вовремя раздосадованному дракону приспичило сесть, прижав к себе хвост,которым он благополучно швырнул Аенгуса на вершину парадной лестницы.

Мадауг не утихал. Выудив на этот раз из сапога карманную версию «Кодекса настоящего рыцаря», он ловко открыл нужную страницу и заголосил:

– Вот здесь! Вот именно здесь, черным по бледно желтому значится: «Вступая в поединок с драконом обе – слышишь ты, ящерица, обе! – стороны обязаны поклониться друг другу, тем самым заявляя о своем намерении вступить в бой!

– Да? – дракон выглядел искренне обеспокоенным своей неучтивостью. – Что,так и написано? В этой книжке?

– Да, в этой книжке!! – проорал Мадауг и еще сильнее стиснул зубы. Удивительно, как они выдержали.
– В Кодексе настоящего рыцаря!

– Ну, я ж это … ну не знал… Но очень хочу исправиться, - кажется, остатки сэра Гилмора застряли у дракона промеж зубов – речь звучала крайней невнятно. Ящер тяжеловесно поднялся, попятился своим грузным туловищем и слегка наклонил шею. Заметив такое смирение, Мадауг расцвел, засунул книжечку в сапог и с торжественным пафосом склонил прямую как надгробие спину.

– Дурак, распрямись скорее! – командным голосом проальтила Имельда.

– Не вмешивайтесь, леди, - не разгибаясь, ответил Мадауг. Из-за позы это наставление расслышали только муравьи и ящерки. – Ваша задача – ждать,когда вас спа…

Странно похрюкивая от удовольствия, Йорвоэрт повернулся и пересел, случайно попав на сэра Мадауга. Когда встал и посмотрел на плоды собственного крупа, дракон, радостно хохоча, пробулькал что–то, что при очень большой фантазии можно было расценить как «блинчик».

Не дожидаясь очередного призыва действовать вместе, сэр Уриенс, сэр Эреман, сэр Тидельмид и даже очнувшийся сэр Аенгус вступили в сражение. Сэр Мейрхаун по-прежнему предпочитал не напрягаться вообще ни по какому поводу.

– Брюхо, брюхо! – изо всех сил кричала Имельда.
– Его можно ранить в брюхо!!

Аенгус тут же брoсился под шею дракона, но Йорвоэрт, не будь дурак, сделал несколько семенящих шагов навстречу рыцарю, что , при его габаритах, выглядело мало сказать потешно. Зато пока дракон занимался енгусом, Тидельмид ловко юркнул под драконий хвост, пробежал немного вперед и нанес несколько колющих , пока Йорвоэрт не сделал блинчик и из него.

– Только не в нос! – внезапно раздался крик со стороны сэра Эремана, кoторый крепко сжимая меч, как мошка метался из стороны в сторону, ужасно раздражая Йорвоэрта. Ну а что, можно подумать, эти рыцари не знали, на что шли.

Пытаясь поймать шустрого Эремана, Йорвоэрт случайнo задел Мейрхауна,который подобно комете, рассек пространство и с торжественным грохотом приземлился бдвзгзб неподалеку. Правда, уже через несолько минут рыцарь поднялся, отряхнулся и продолжил наблюдать за происходящим с более безопасного расстояния.

Принцесса в башне, разделяясь между надрывным хохотом и раздражением, вцепилась в каменную раму своего окна, возопив:

– Тидельмид, его глаза. Эреман,да что с Вами? Шeвелите ногами быстрее, отвлекайте его, ну же! Аенгус, Ваш меч деревянный, олух Вы несчастный! Мейрхаун,да чего Вы стоите, как памятик?! Помогите остальным!

Мейрхаун, недовольно воззрившись в окно башни, поднял меч и поплелся на дракона, нет-нет, останавливаясь по дороге и что-то тщательно взвешивая в уме. Тидельмид к этому моменту уже оказался верхом на морде ящера. Правда, то ли тыкал дракону в глаза пальцем, то ли ухитрился промазать,ибо Йорвоэрт остался зряч и крайне удивлен. н аккуратненько стряхнул с носа Тидельмида и вдруг понял, что кто–то щекочет его заднюю лапу. Вытянув шею под собственное брюхо, змей разглядел Аенгуса, которого тут же , попятившись, ласково прижал к отвесной стене одного из балконов замка. Где-то, не понимая происходящего, суетился Эреман с криками:

– Только не в нос, только не в нос!

К этому времени к дракону, наконец, подошел Мейрхаун, споткнувшись по дороге o блинчик из Мадауга. С выражением глубокой скорби на лице (видно, где-то далеко отсюда Глойв Круторог опять нахмурил брови), сэр Мейрхаун закатил глаза, уставившись на ящера,и с чувством спросил:

– Ну почему ты никак не хочешь умирать?

Дракон икнул. И с вопиющим возмущением прокряхтел:

– Встречный вопрос.

Щелбаном Йорвоэрт отсалютировал Мейрхауна в пробегавшего мимо Эремана. Учитывая, что больше всего сэр Мейрхаун любил лежать, момент, когда он влетел в Эремана, существенно отразился на последнем.

– Ты помял мой нагрудник! – с досадой прохрипел Эреман из-под Мейрхауна. – И … о, нет! О, Боги, нет,ты сломал мой нос, мой прекрасн…

В этот момент на Мейрхауна приземлился пущенный драконьим хвостом сэр Аенгус,и это заставило нижерасположенного Эремана пискнуть .

Дракон остался один на один с сэром Тидельмидом. Тот выпрямился в полный рост, сверкнул очаровательной улыбкой, поправил слегка растрепавшиеся волосы и … подмигнул дракону.

– Ну что… - только начал он, когда дракон потянул лапу и к нему.