Принятие

Охрана, которую Ирина стребовала с распорядителя после происшествия с Балашовым, наконец-то обратила внимание на то, что «хозяйка» стенда не может к нему пройти.

С помощью здоровых охранников, Ирина, а вслед за ней и господин Любомирский, прошли по коридору.

Отец, с замученным видом что-то выслушивал от плотного невысокого человека в ярко-зелёном камзоле.

— Интересно, — подумала Ирина, — кто все эти люди.

Ей казалось, что она приглашала гостей всего из пяти основных посольств.

Выяснилось, что в основном, это мелкие купцы, которые съехались на выставку и поддержку которых обеспечивают их посольства. Они останавливаются в посольских домах и в целом их проживание проходит на территории посольств.

Ирина попросила охрану вывести всех тех, у кого не было приглашений. Через двадцать минут в «кладовке» осталось немногим больше десяти человек.

Анджей Любомирский стоял возле Ирэн и рассказывал ей, какие перспективы могут открыться перед баронессой, если она примет приглашение Понзского княжества.

— Это что, меня «вербуют»? — про себя подумала Ирина, а вслух спросила, — и в каком статусе вы предлагаете мне поехать в Понзское княжество?

Но Любомирский был хитрый дипломат, поэтому ответил расплывчато:

— Это вам самой решать, но у нас такой двор, самый изысканный двор Европы, самые лучшие портнихи будут в вашем распоряжении, сам Великий князь будет вас принимать, и это он передал через меня это приглашение.

Ирина не стала сразу отказываться, но тоже решила ответить расплывчато:

— Я продумаю, господин Любомирский. А помимо приглашения вашего короля, какие ещё вопросы у вас есть?

Ну и конечно, он рассказал, что основной целью является покупка плугов. И что, увидев белый камень, он тоже загорелся такой купить.

— Я, ведь в основном по сельскому хозяйству, — начал Любомирский, — большое значение оно имеет.

—Да уж, — вновь подумала про себя Ирина, — если ты знал как прав. Вся продовольственная безопасность в мозолистых руках крестьянина.

И почему-то вспомнилось, что в её мире, в её стране, чуть было не уничтожили крестьянство как класс, хорошо спохватились, а то бы до сих пор ели «ножки буша» *, неизвестно какими гормонами накачанные.

(*«Ножки Буша» — распространённое на постсоветском пространстве прозвище куриных окорочков, импортируемых из США. Название «ножки Буша» появилось в 1990 году, когда было подписано торговое соглашение между Михаилом Горбачёвым и Джорджем Бушем — старшим о поставке в СССР замороженных куриных окорочков)

Невысокий плотный человечек оказался представителем Лятовского королевства, и он тоже хотел купить плуг.

И с Любомирским и с лятовцем были подписаны соглашения о намерениях, которые должны потом заверяться в Департаменте Торговли и мануфактур.

В «кладовке» не было слышно, что в этот самый момент в Манеже установилась тишина. Прибыл император с императрицей.

Ирина продолжала беседовать с иностранными послами, а император шёл по Манежу, сопровождаемый господином Алябьевым, который показывал и рассказывал императору, что и где.

Охрана императора перекрыла все входы и выходы, образуя живой коридор, по которому двигался император Александр с супругой Марией.

Даже, если бы Ирина захотела выйти, то охрана, вставшая у выхода из коридора, вряд ли её бы выпустила.

Император слушал Алябьева, смотрел как важно кивает Тенишев, директор Департамента Торговли и мануфактур и прямой начальник Алябьева, главы мануфактур-коллегии и вдруг спросил:

— А где же стенд Виленской-Лопатина?

Тенишев посмотрел на Алябьева, Алябьев посмотрел на бедного распорядителя, а граф Забела, который напросился сопровождать императрицу и сейчас вёл под руку Елизавету Туманову, саркастично произнёс:

— А Лопатина, Ваше Величество, прибывшего по вашему личному приглашению разместили подальше, чтобы, никто не нашёл, а то «уведут» талант

И подмигнул замершему Тенишеву.

Алябьев, вспоминая дочь с отцом, с которыми он сухо разговаривал перед регистрацией, покрылся холодным потом.

И тут «ожил» распорядитель и радостно сообщил:

— Мы вчера выделили им небольшое пространство почти в центре.

Было заметно, что Тенишев, а за ним и Алябьев мысленно уже задушили дурака.

Но ни один из них и подумать не мог, что «дурак» просто выполнял распоряжение своего начальства, а вот, кто истинный виновник, это будет для обоих настоящим открытием.

Император, не глядя на Тенишева и Алябьева, приказал распорядителю провести к стенду Лопатиных.

И в этот момент раздался взрыв.

Глава 11.

Охрана кинулась прикрывать императора, но в главном зале всё было спокойно, взрыв прозвучал со стороны «кладовки».

Всё произошло так быстро, что многие даже не успели понять, что это было, поэтому удалось избежать паники. Конечно, и охраны, благодаря визиту императора было много, но, если бы началась паника, то и охрану и императора бы «снесли».

Забела тоже как-то с опозданием вздрогнул и, извинившись и вежливо сняв руку Лизы со своего локтя, быстрым шагом пошёл в сторону коридора, ведущего в бывшую часовню.

Возле коридора толпилась охрана выставки вместе с императорской гвардией. Все смотрели в коридор, но никто не входил.

Из коридора тянуло запахом пыли и гари.

— Там взорвалось? — кивнул Забела в сторону коридора, ведущего в «кладовку»

Старший охранник, судя по знакам отличия, кивнул. Забела сделал шаг вперёд, света не было, он обратил внимание, что фонари, стоявшие вдоль коридора, поп?дали, видимо их снесло взрывной волной.

Сердце сжалось, неужели вот так всё и кончится. Оглянулся на императора, его со свитой уже не было видно, скорее всего уже вывели. Александр слишком боялся таких вещей. Живы были воспоминания о смерти отца и матери.

— Там были люди? — всё ещё надеясь на чудо спросил Забела

— Да, — ответил охранник, — человек десять, наверное

Вдруг из темноты коридора показался сначала один человек, он кашлял, и пошатывался, когда он вышел на свет, то стало заметно, что он весь покрыт каменной пылью.