Процветай

— Ты прекрасно выглядишь.

В его голосе слышна искренность.

Ее плечи опускаются, словно его слова застигли её врасплох.

Лили подходит ко мне и берет за руку примерно в то же время, когда Роуз подходит к своему парню.

— Знаешь что? — говорит Лили, её губы изгибаются вверх.

— Что? — спрашиваю я, её улыбка заставляет меня улыбнуться.

— Женщина-кошка крутая.

Не уверен, имеет ли она в виду Роуз или костюм. Скорее всего, и то, и другое.

В данный момент я вроде как должен согласиться. Роуз сильная. Но и Лили тоже. Она обладает редким мужеством. Оно тихое и неприметное, но оно всё равно существует. Оно все так же достойно уважения.

Я глажу её по спине и понимаю, что Роуз обвила руками шею Коннора. Одна из его рук опускается к ее заднице, и она не возникает по этому поводу. В одну минуту они ссорятся. В следующую минуту они вот такие. Я не успеваю за ними.

Я напрягаю слух, чтобы уловить их шепот.

— Я хочу переехать к тебе, — тихо шепчет Коннор.

Моя первая мысль: Если он будет жить в доме в Принстоне, он узнает, что я трахаю Лили гораздо чаще, чем следовало бы. А не: Слава Богу, я не буду единственным парнем под этой крышей.

Зависимая сторона меня берет верх над всеми моральными принципами.

Я чертовски ужасный друг.

— Ты не можешь, — отвечает Роуз. — Тебе слишком далеко добираться до Пенна... а Лили и Ло...

— С дорогой я смогу справиться, а Ло и Лили меня любят, — он делает паузу. — А ты?

— Не манипулируй мной, — шепчет она.

— Я и не пытаюсь. Просто хочу проводить с тобой больше времени, чем сейчас. Я подожду несколько месяцев, если это будет необходимо.

Она кивает.

— Хорошо.

Поппи прочищает горло.

— Не хочу прерывать, но Сэм только что написал мне и сказал, что вокруг туалета начинает собираться толпа, — её глаза встречаются с моими. — Они ждут тебя и Лили.

Отлично.

Роуз отстраняется от своего парня и возвращается в режим командира.

— Лили, иди с Коннором, — приказывает она, словно готовится к войне.

Я просто надеюсь, что не будет дружественного огня.

— Ради всего святого, оставь её в покое, — говорю я, стараясь не прикасаться к Роуз. Ей трудно укрыть лицо от камер мобильных телефонов. Она использует светлый парик, чтобы спрятаться, что немного помогает.

Нам просто нужно добраться до лифта. Коннор уже написал мне и сказал, что они ждут в очереди на панель вместе с Поппи и Сэмом.

Никто не заметил Лили, одетую в костюм Женщины-кошки.

— Ты влюблена в Лорена или в Райка? — продолжают спрашивать люди. Через мои очки всё и вся окрашивается в красный цвет.

Роуз на удивление молчит. Должно быть, она буквально прикусила язык, чтобы не сорваться.

— Вы в ссоре? — спрашивает кто-то. — Почему ты не обнимаешь Лили?

— Да. Ты всегда обнимаешь Лили!

Вот дерьмо.

Роуз смотрит на меня краем глаза. Это девушка, которую я никогда раньше даже не обнимал. Блять, кроме Коннора, я видел, как она обнимала кого-то всего три раза за всю свою жизнь.

— Она болеет, — резко говорю я, мой голос сейчас как гребаные ножи. — Так что вам всем следует отойти назад, чтобы не заразиться.

Толпа начинает стремительно пятиться назад, как будто я сказал, что у нее бубонная чума. Господи Иисусе.

— У нее герпес? — спрашивает кто-то.

Гнев искажает мое лицо, челюсть сжимается.

— Нет, — скалюсь я, пытаясь найти источник этого голоса. Моё сердце колотится в груди.

— Ты звучишь крайне оборонительно.

Я замираю на месте, камеры щелкают, и вот уже появляется настоящая пресса, протискиваясь через стеклянные двойные двери, ступая по уродливому ковру отеля. Вот-вот нас завалят вопросами.

— Давай, Лорен, — говорит Роуз шепотом.

Она крепко хватает меня за предплечье и буквально затаскивает в лифт. Прежде чем двери закрываются, к нам бегут два человека, парень с девушкой на руках. Я несколько раз нажимаю на кнопку, чтобы закрыть металлические двери. Но останавливаюсь в тот момент, когда они проскальзывают внутрь, и я узнаю девушку в ярко-оранжевом парике и парня в зеленой кожаной куртке.

— Наконец-то мы, блять, нашли вас, — говорит Райк, одна его рука находится под коленями Дэйзи, другая прижата к ее спине. Сначала я думаю, что они дурачатся, но на лице Дэйзи появляется едва заметное страдальческое выражение.

Я хмурюсь.

— Что случилось?

Райк очень осторожно ставит её ноги на землю, и она опирается на него своим весом.

— У неё вылетела коленная чашечка, когда она делала гребаное сальто назад, — объясняет он.

— Я была в образе, — добавляет она, наклоняясь, чтобы помассировать колено.

— Эй, прекрати, Дэйз, — он убирает её руку. — Подожди немного, сначала нужно приложить лёд.

Он поднимает на меня глаза, а затем полностью замирает, увидев Роуз.

— Перестань так на меня смотреть, — огрызается она.

— На тебе костюм Лили.

Это все, что он может сказать. Он смотрит на Роуз так, будто хочет её трахнуть.

Я даю ему подзатыльник.

Он несколько раз моргает, как будто только сейчас до его мозга доходит, кто она такая, а также личность её парня.

— Я просто, блять, удивлен. Дайте мне минуту, чтобы все это осмыслить.

Роуз поправляет парик на голове.

— Осмысли и двигайся дальше, — она смотрит на растерянную Дэйзи. — Это длинная история. Я расскажу тебе всё в комнате, — она спрашивает: — Куда ты убежала?

— На улицу, — говорит она ей. — Мне просто нужен был свежий воздух.

Лифт резко останавливается на нашем этаже, и Дэйзи чуть не падает на землю, опираясь на одну ногу. Не спрашивая, Райк быстро поднимает Дэйзи обратно на руки. По её лицу расплывается улыбка.

Я внутренне качаю головой. Затем мой телефон жужжит за ремнем, отвлекая меня и заставляя достать его.

Лили: Это второй лучший день в моей жизни. Режиссер только что случайно коснулся моего мизинца!!!

Я так, блять, улыбаюсь, что слышу, как мой отец кричит на меня за это. Он часто это делал, когда я был маленьким. Будь серьезным хоть раз в своей, блять, жизни, Лорен.

Улыбка исчезает. Я пишу ответ: Какой первый лучший день? и мгновенно нажимаю «отправить».