Проиграем?

– Устрою доставку на завтра. А пока могу отвезти тебя в съемную квартиру, там хорошая кровать, – ну какой же козел!

– Встаньте, Алексей Викторович, с моего дивана и идите спать в свою квартиру. Мое условие вы знаете. Если в вашей голове что-то изменится…

– Я приду к тебе с цветами, бутылкой вина и мы будем трахаться, ой, нежиться на твоем диване. Я понял. Надейся, жди и верь, – издевательски ухмыльнулся Зорин и тут же пошел на выход. Более ничего не произнеся.

Молча хлопнул дверью и вышел из квартиры. Наверное, прежняя я точно бы расстроилась от такого финала. Однако, сегодняшняя я улыбается, смотря на захлопнувшуюся дверь.

***

Почему-то вчера я не придала значения словам Зорина «устрою доставку на завтра». Вот только диван мне не привезли. Вместо этого двое мужчин занесли в коридор матрас. Большой. Перевожу взгляд на вибрирующий мобильник.

– Привет. Сейчас к тебе приедет доставка. Твой диван они вывезут и поставят кровать. Она поместится. Кровать с подъемным механизмом, внизу будет место куда ты можешь сложить любые вещи и ненужное барахло. Это компенсация за то, что я испортил тебе диван, не более того. И да, я подумал, что кровать куда удобнее дивана. Человек должен спать с комфортом. До понедельника, Женя.

Я даже не успела вымолвить слова, Зорин тупо бросил трубку. Так и хотелось сказать, до какого еще понедельника?! Только посмей не приехать в этот ресторан. Для кого я тогда записалась в салон?

– Извините, а как долго вы будете это делать? Я просто через два часа ухожу.

– Успеем.

– Хорошо.

Очень хорошо. А стало еще лучше, когда я-таки попала в салон красоты. Невероятно хороша. А это еще макияжа нет.

– Нет, не надо лаком. Не хочу, чтобы волосы были склеенные, – останавливаю парикмахера, как только она подносит баллончик к моим волосам.

– Они не будут склеенными, мы просто чуть сохраним прическу.

– Нет, – грубее, чем надо произношу я. – Хочу, чтобы, когда трогали мои волосы, они были без всего. Натуральными.

– Как хотите. Ну все, можете проходить на макияж.

– Ага.

Никогда не думала, что могу быть такой красивой. Вот что значит макияж от профессионала. Офигеть. От потраченной суммы дважды офигеть. А плюс такси в этот загородный ресторан – трижды офигеть. Вот только сейчас я не ощущаю себя дурой, как тогда в баре.

Через полтора часа, немного опоздав к началу, я вышла из такси и, несмотря на высокие каблуки, уверенной походкой, вошла в ресторан. По первым ощущениям он огромный. Глаза разбегаются. Вижу знакомые лица, вот только Зорина нет.

– Привет, красота моя, – поворачиваюсь на уже знакомый голос «экстрасенса».

– Здрасте. Не ваша. Сегодня вы уже врач или медбрат?! А где были раньше? Что-то я вас в терапии не видела. Ааа… в декрете были.

– Я думал ты невинная лебедь, в смысле лебедиха, а ты языкастая язва?

– Или язва, или языкастая.

– Мне нравится комбо. И нет, Женечка, я не врач. Пойдем потанцуем, – берет мою ладонь.

– Вы пришли сюда, чтобы за мной следить? – одергиваю его руку.

– То есть, по-твоему, все это время следил за тобой я? Ну ты прям наивнище года.

– Хорошо, что не говнище.

– Так леди не говорят. Только после штампа в паспорте. У меня для слежки есть специально обученные люди. И нет, я здесь, потому что это мой ресторан. И гостевые домики рядом тоже мои.

– Гостевые домики?

– Да, а ты что не видела? Очень удобно, отдыхают здесь люди обеспеченные, дальше нажираются и опа есть домики, где можно потрах… поспать. Я крайне рациональный человек.

– И очень хороший, я помню.

– Хорошо, когда память хорошая, – опускает взгляд на мои ноги. – Охеренное платье, тебе идет. И ноги у тебя тоже красивые, на каблуках смотрятся отлично. Но коленки не в моем вкусе, так что можешь выдыхать.

– Не в вашем вкусе?

– Не в моем. Я такие не люблю. Ты Лешика взглядом искала, когда вошла? Он с какой-то прошмандовкой говорит на улице. Она сама к нему привязалась. Пойдем все же потанцуем, я тебе что-нибудь интересное расскажу, ну за коленки.

– Не буду я с вами танцевать.

– Лешу боишься? Или его реакцию на наш танец? Да не бойся, это же наоборот подогревает его интерес и в принципе сподвигает мужчину к действиям. Пойдем, я настаиваю или сейчас начну угрожать, – вырывает из моей руки сумочку и кладет ее на первый попавший столик. – Не ссы, не украдут. Тут везде камеры. Если сейчас не сдвинешься с места, я включу угрожалку.

В угрозы этого мужчины я совершенно не верю. И на танец соглашаюсь только потому, что гребаное любопытство вновь побеждает над разумом…

Глава 16

Только начав танцевать, поняла, что это дурацкая затея. Я хотела это делать не с ним. Вот только, если подумать здраво, я вообще не продумала сценарий сегодняшнего дня. С какой вероятностью Зорин пригласит меня танцевать на людях, если он четко дал понять, что наши отношения какими бы они ни были, должны остаться между нами? Даже если чисто теоретически предположить, что он мне уступит, все равно я та, которую надо скрывать.

– Не хмурь лоб, тебе не идет. Кстати, забыл сказать, у тебя офигенные глаза, – поднимаю взгляд на псевдоэкстрасенса. – Даже без штукатурки. Если бы не Леша и твои коленки, я бы точно взял тебя в жены. Какие-то страшилки выходят замуж, меняют мужиков как перчатки, а ты не при делах. Удивительно. Нет, я, конечно, понимаю, что детство и юность откладывают свой отпечаток, но все же. Как тебе удалось с такой мордашкой и задницей остаться в девочках? – когда я понимаю смысл его фразы, меня не только бросило в краску, но и появилось непреодолимое желание ударить его. Как он… как это вообще возможно? Пытаюсь вырвать из его руки свою ладонь.

– Ой, да тихо ты, я на твою писечку не покушаюсь.

– Вы… у меня просто нет слов!

– Как у тебя получились такие глаза? Ты такая родилась? – как ни в чем не бывало продолжает интересоваться беспардонный мужик.

– Нет. В детстве я случайно выпила флакон с краской и пошла какая-то аномалия.

– А что за краска? Надо попробовать на ком-нибудь, – совершенно непонятно серьезно ли он спрашивает или придуривается.

– Это была шутка. Я ничего не делала для этого. Оно само. И если хотите, чтобы у вашей женщины была разного цвета радужка, купите ей цветные линзы. Прекратите!

– Что? – невозмутимо интересуется он.

– Верните свою руку туда, где она была, – грубее, чем стоило бы, бросила я.

– А где она была?

– На талии или то, что у меня на этом месте имеется.

– Ладно, ладно, это была проверка, – возвращает руку на место.

– Вы что-нибудь интересное мне расскажете или так и будете говорить обо мне?

– Это некрасиво по отношению к Леше. Я же тоже не говорю ему все, что узнал о тебе. Даже у такого как я есть границы.

– Какое благородство с вашей стороны, – язвительно отметила я. – Ну хоть ответьте на один вопрос.