Противостояние

 - Отступаем!

 ***

 - Скорее это похоже на домик какого-то отшельника, командир – протянул Эгорд.

 - Отшельника… хуманса, – Тунда хмыкнул и хлопнул дверьми калитки.

Труп отшельника, хуманса, лежал на сырой земле. Руки человека были раскинуты в разные стороны. На лице его застыла гримаса боли и отвращения. По всему телу, прикрытому чем-то вроде рясы, как носили жрецы Спасителя, только с капюшоном, что пользовались такой популярностью у магов и бродяг, можно было разглядеть гнойники. Кое-где гнойники взбухли, и из ран тек гной. От трупа исходила вонь, и гномам приходилось зажимать носы. Выглядел человек явно скверно, и не надо было гадать, чтобы определить причину его смерти. За милю тут пахло заразой, которую страшились люди, Чумой или Черной смертью, как называли эпидемию в простонародье. Тунда не решаясь дотрагиваться до мертвеца руками, прощупал тело попавшейся под руку веткой. Нет, ничего особенного, обычный мертвец, умерший от эпидемии Чумы. Но что-то, все же, заставляло Тунду сосредоточить внимание на этом весьма странном человеке и его небольшом домике-шалаше, сделанном буквально голыми руками из подручных материалов, веток, листьев и глины. Гном чувствовал напряжение, витавшее в воздухе, и не мог понять есть ли это ощущение смерти или интуиция чувствует что-то другое.

 - Как там твои амулеты, боец?

Эгорд словно пропустил слова Тунды мимо ушей. Он был сосредоточен и внимательно изучал один из своих амулетов, тот самый камушек, закованный в метеорит. Тунда, решив не отвлекать Эгорда от изучения амулета, вернул взгляд на мертвеца в причудливой рясе. Отряду удалось оторваться от жабоподобных тварей и достаточно успешно пройти лесополосу после почти целого дня пути, выйдя, в конце концов, на эту саму поляну, где они и повстречали домик отшельника и самого хуманса, точнее его труп. Труп был достаточно свежий и как мог судить Тунда, умер человек не больше суток назад, умер своей смертью, что впрочем, не проясняло картины. Не чувствовалось здесь и никакого магического следа магиков. Казалось, их отряду удалось оторваться от преследования или, по крайней мере, уйти так далеко, что чары магиков на данный момент оказались бессильны достать их или почуять присутствие следа гномов в лесополосе. Тут, похоже, стоило отдать должное чертежу, оставленному на дороге. Начертательная магия сделала свое дело, задержав магиков, а жабоподобные твари видимо окончательно запутали след. Тунда не удивился, если бы узнал, что имперцы столкнулись с жабоподобными и приняли бой. Эгорд оказался прав, предложив решение отступить.

 - Нам надо быть здесь осторожней, командир, – прошептал, наконец, Эгорд, который опустил амулет.

Тунда заметил, как лоб гнома весь покрылся испариной. Работа с амулетом давалась ему с трудом. Тунда не знал принципа считывания информации с артефакта, но судя по всему, такая процедура отнимала много сил и энергии.

 - Что там? – спросил он.

 - Амулет чувствует хумансовую волшбу, – Эгорд скривился, по всей видимости, чувствуя головную боль и плавными движениями начал растирать себе виски.

 - Я думал, подлецы отстали! – Тунда искренне удивился.

 - Здесь несколько другое, – гном покачал головой. – Источник не первородный, Сила черпается искусственно, возможно где-то здесь стоит что-то вроде магического барьера.

 - Искусственно, – Тунда приподнял бровь. – Интересно, – искусственный источник Силы мог означать только одно – где-то поблизости существовал созданный магом генератор энергии, некой подпитки магического пространства – Ты думаешь этот старик магик, на, хумансовый?

 - Сейчас мы это проверим, – Эгорд присел на корточки и словно не чувствуя вони, исходившей от трупа, взял мертвеца за руку, вытащил из-за пояса кинжал и разрезал рясу на груди хуманса, там где ткань крепилась тонкими кожаными ремешками. Перед глазами гномов блеснул потертый медальон чистого серебра. На медальоне выгравированные умелой рукой мастера были изображены руны воды.

 - Гильдия Воды Маруот. Этот медальон принадлежит именно этой магиче-ской башне Арканума, – пояснил гном.

Название гильдии ни о чем не говорило Тунде, хотя он знал, что Арканум включал в свои ряды пять гильдий четырех основных стихий природы: Огня, Воды, Земли и Воздуха. Существовал и еще одна гильдия, где занимались какой-то магией Пространства, а гильдия носила соответствующее название, но Тунда слышал, что ребята из этой башни никогда не брались стихийными магами в расчет и не высовывали носов из своих убежищ. Впрочем, как там было на самом деле, гному было глубоко наплевать. А вот магические купола… Тунде приходилось встречать нечто подобное. В основном искусственные источники Силы маги могли ставить для поддержки каких-либо барьеров или же ловушек. Воин поделился предположением с Эгордом.

 - Думаю, это именно то, о чем ты говоришь, командир. Ловушка, и этот магик ее хранитель. Мы приблизились к окраине хумансовой Империи.

Тунда внимательно оглядел местность. Это могло означать только одно. Отряд на верном пути. Когда-то ему приходилось слышать, что именно таким изощренным путем имперцы защищают свои границы и закрепляют рубежи завоеваний. Мало кто мог реально противостоять магии людей, и они пользовались этим по полной, тем более что для поддержания подобных магических блокпостов не требовалось каких-либо чрезмерных материальных затрат. Все хлопоты мог взять на себя один более менее приличный маг, такой как этот старец в рясе. Однако удивительно, но он не смог избежать Чумы. Неужели собственное заклятье притупило бдительность старика?

Подобная магическая ловушка не могла нанести вреда тому, кто попытался бы пройти через нее изнутри. Любой мало мальски толковый маг делал свое дитя таким, чтобы оно, прежде всего, не было направлено против своего хозяина, а имело природу конкретного целенаправленного уничтожения, как в данном случае, когда вся разрушительная мощь ловушки была ориентирована по ту сторону имперских земель, на вражеские, непокоренные земли. Поэтому Тунда был уверен, что они смогут свободно пройти наружу. Уверенность окрепла после того, как бойцы осмотрели шалаш старика и не обнаружили там никаких следов начертательной магии или же сродного ей шаманизма. Гном знал, что в таком случае старик творил заклинание на чистой Силе, используя в качестве связующих звеньев земные ауры. И если пройти такой блок можно было изнутри достаточно просто, то вот для того, чтобы вернуться, желающему придется приложить немалые усилия. Как минимум для этого надо быть имперцем. Потому что ловушка в зависимости от того кто ты, какова твоя аура и возможности самостоятельно подбирала удар, который следует нанести. Пройти через такой барьер было очень и очень сложно.

Тунда отвел взгляд от трупа чародея. Вот так разбрасываться своими кадрами, устраивать непонятные погони, когда зеленые норовят прорвать границу. К чему имперцы затеяли все это? Неожиданно гнома посетила мысль. Что если хумансы, видя, что у его отряда есть иммунитет ко всей этой Черной смерти или как там называется эта людская зараза, решили с их помощью раскрыть секрет Чумы? Эта попытка начать переговоры, преследования… Ведь такое вполне могло случиться, что хумансы загнанные безысходностью не знают как справиться с напастью. Сейчас это, впрочем, и не важно. Гном отошел от мертвого магика. Следовало двигаться дальше, туда, где лежала его цель. Хумансы могли умирать тысячами и десятками тысяч, Тунду это волновало меньше всего. А то, что реально беспокоило гнома, так это неизвестность. Насколько они отстают от своего графика, и что ждет впереди… По большому счету до скального массива Ящеров, что начинался северо-восточней Фларлана и отделял западный Ториан от восточного с огромными просторами пустыни Ашкахар, остался один переход. И, пожалуй, никто не мог знать, какой сюрприз мог преподнести Тунде тот, кто охранял артефакт. Ну а в том, что этот самый артефакт просто не может не иметь хранителя, гном был просто уверен. Иначе советники не платили бы ему такие бешеные суммы золотом и самоцветами за прогулку на свежем воздухе да еще в сопровождение лучших своих бойцов.

 - Надо валить, – протянул Тунда. – Не знаю, когда мы будем у Рубиновой скалы, но не хочется попусту терять время.

Тунда капнул каждому бойцу по несколько капель зелья Неутомимости, чтобы исключить всякие остановки в пути. Никто не стал возражать, и отряд двинулся дальше. Предстоял последний и самый утомительный бросок к месту их цели. Позади остались имперцы, жабоподобные твари и границы Торианской империи, встретившие их отчаянной борьбой с Черной смертью, не знавшей пощады и уносившей жизни всех и вся.

Глава 8

Дворец Тамалия остался далеко позади, чары Исчезновения сработали исправно. Сорах из последних сил шагал где-то посреди Местальэ, внимательно осматриваясь по сторонам, прислушиваясь к каждому звуку и ловя любую тень в кустах или на деревьях. От своих друзей шпионов магу не раз приходилось слышать, что Местальэ настолько огромен, что если идти через лес напрямик, то его, возможно, пересечь в лучшем случае за две, а то и три недели. Сорах не мог понять и направления хода. Кроны деревьев надежно прятали солнечные лучи, образуя в лесу некую сплошную тень и прохладу, поэтому разглядеть светило за огромными ветками дубов-исполинов было практически невозможно. Ориентироваться с помощью магии сейчас равнялось самоубийству. Сорах не знал, есть ли кто-нибудь у него на хвосте, а рисковать своим достаточно шатким положением совсем не хотелось. Определить же место, где ты находишься, другими методами в Местальэ было просто не возможно из-за перемешавшихся потоков Сил Короны Мрака и леса, изменивших само природное притяжение. Но Сорах четко понимал, что, куда бы он ни шел сейчас, этот путь должен был вывести его на окраину священного леса. Местальэ, каким бы большим он не казался, все же имел начало и конец. И из него он рано или поздно можно выйти.