Противостояние
Шрифт:
Тунда, стиснув зубы, шагал вперед. Тоннель кончался, и впереди гнома ждало то самое задание, ради которого советники и снарядили к Рубиновой скале всю эту экспедицию. Теперь из стен отчетливо виднелись уже целые отростки рубиновых пород, заостренных, будто зубы какого-то дикого зверя. Наверняка, дотронься до одного такого отростка голой рукой, незащищенной доспехом, и можно было запросто лишиться пальца или по крайне мере неосторожным движением рассечь себе руку о рубин не хуже, чем о лезвие заправского клинка. Рубины горели изнутри и, присмотревшись, можно было разглядеть тусклое пламя в самом основании скалы, тот самый магический огонь, Силу, которой они питались. Тунда все сильнее сжимал топор, а амулеты все настойчивее и настойчивее предупреждали об опасности, затаившейся где-то впереди. Он не мог читать артефакты, подобно Эгорду, но знал, что если эти магические штуковины дают знак, то лучше следовать их предупре-ждениям, потому что они никогда не обманут. И сейчас один из таких амулетов – амулет поиска драконьей силы, буквально бесновался,
- Мать моя… - сорвалось с его губ.
Тунда медленно покачал головой. Перед его взглядом еще секунду назад мрак, который не смог бы пробить своим светом ни один факел в Ториане, начал рассеиваться, и теперь с обрыва вниз вели ступени. Он осторожно ступил на первую ступеньку и начал спускаться вниз. Сила артефакта, Сила Рубиновой скалы звала его. Он мог поклясться, что впервые за всю свою жизнь чувствует тягу, подобную этой. Мрак продолжал рассеиваться, причем так быстро, что уже через несколько мгновений перед глазами Тунды предстал зал, необъятных размеров с колоннами, взмывающими высоко вверх, так что глаз гнома не мог различить в тумане потолка зала, когда Тунда поднял голову. По залу гулял сквозняк, на колонах, полу росла вековая плесень, какая-то серая и окаменелая, с вырезанными на ней руинами, точно такими же, какие были в самом начале тоннеля, по которому он попал сюда. Повсюду росли, словно кустарники, рубины, доходя до нескольких метров в высоту, местами переломанные и там, где, видимо, осколки рубинов касались пола, остава-лись прожженные впадины, словно пола зала коснулась лава. Тунда медленно шел вперед. Было здесь и золото, отнюдь не монеты, а чистейшие самородные куски металла, такие, какие редко встретишь на самых глубоких рудниках, а если и попадется гному такой кусок, то размером с кулак, не больше. Здесь же лежали целые глыбы, булыжники самородков, покрытые плесенью и паутиной. Видел Тунда и кости… Опытный глаз война не сразу смог определить, какой твари принадлежали останки, горкой лежавшие у одной из колонн, лишь рога, лежавшие чуть поодаль, навели Тунду на мысль, что это был минотавр. Гном сглотнул. Несколько подобных кучек, вперемешку с кирасами, шлемами и кольчугами, среди которых он, с удивлением, обнаружил мифрильные рукавицы и метеоритную цепь, лежали у соседней колонны. Гном вспомнил о факеле, по-прежнему горевшем в специальной вставке в щите, и поспешил затушить его. Не стоило привлекать на себя внимание, пусть и тот, кто жил здесь, навряд ли стал бы искать гостя по свету обычного огня. Но осторожность никогда не была лишней. Тунда вспотевшими ладонями сжимал и разжимал в руке рукоять топора. Не хватало еще, чтобы в такой момент мышцы занемели, и рефлекс не сработал на должном уровне…
Туман в зале сгущался, но в нем не было ничего того, что могло помешать опытному воину в бою. И единственный минус тут – плохая видимость. Но этот минус был настолько же не на руку как Тунде, так и его потенциальному противнику. Никакого удушения, никакого прочего дискомфорта гном не ощущал. И откуда взялся этот туман, даже, наверное, правильнее было бы сказать испарения, гном не знал. В полу не было видно никаких расщелин или проломов, он казался абсолютно гладким и ровным. Даже колонны, казалось, врастали в пол, будто деревья.
На секунду Тунда оглянулся через плечо, в надежде увидеть тот самый обрыв с лестницей, по которой он спустился сюда. Но за пеленой тумана ничего не было видно. Чем дальше Тунда уходил вглубь зала, тем плотнее становилась пелена тумана, тем огромнее казался зал, и выше устремлялись колонны. Чувствовал Тунда и Силу, глухую мощную Силу, дышащую первобытной мощью, витающую вокруг. Она пробирала гнома с головы до ног, перебирая каждую его косточку и расплющивая сознание, стараясь подчинить гнома. И если бы не оберег на его шее Тунда не взялся ручаться за результат такого столкновения его собственного «я» и этой первобытной мощи. Он медленно продвигался дальше, как казалось вглубь зала, внимательно вслушиваясь в каждый шорох и шум и готовый немедля среагировать на любое движение. Но зал будто погрузился в вакуум. Тишина пленила слух, и единственное, что Тунда слышал сейчас, были его собственные глухие шаги по покрытому вековой паутиной полу и размеренное дыхание. Однако артефакт был где-то здесь. Мощные толчки Силы, буквально тянули гнома в нужном направлении. Туда, где артефакт должен был обрести своего хозяина и туда, где право овладеть им предстояло отвоевать. Тунда не думал об этом, он просто шел вперед.
Гном замер. Конечно, это могло быть плодом разыгравшегося воображения, которое нарисовало в сознание картину угрозы перед предвкушением опасности. Но так ли это? Он не был уверен в том, что какое-то мгновение назад не слышал шорох впереди. Тунда замер на месте и прислушался. От напряжения у гнома заходили желваки. Все, ВСЕ до одного
амулеты Тунды били тревогу, но разве такое могло быть? Разве могли быть в пещере и хрустальный и зеленый и черный и золотой и прочие драконы одновременно? Такие твари предпочитали жить в одиночестве. Такого просто не могло быть… А тут. Тунда несколько секунд вслушивался в тишину, и готов, уж было, двигаться дальше, как звук повторился. По телу, от кончиков пальцев и до самой головы пробежала дрожь. Гном сглотнул. Перед ним в темноте сверкнули два красных, точь в точь, как те самые кристаллы, которыми кишела пещера, огонька. Словно два глаза огоньки, обжигая, будто бы смотрели на него из темноты тумана. Пальцы Тунды невольно сжали топор, но щит, словно ослушавшись, опустился вниз к коленям. Тунда вдруг почувствовал, как его окатила холодная волна магической энергии, леденящая она заставила сделать гнома шаг назад. Огоньки в тумане вдруг расширились вспыхнув. Это были глаза, это определенно были глаза. Гном чувствовал, как существо из тумана пристально изучает его взглядом с высоты около пятидесяти футов.Шорох повторился. Тунда вздрогнул – звук исходил откуда-то со стороны, футах в двухстах от того места, где он стоял сейчас… Их несколько? Или как это все понимать? Амулеты в ушах продолжали гореть, буквально обжигая плоть. Но оберег защиты не чувствовал никого! Как такое могло быть?
«Неужели это и есть тот самый артефакт за…» - но Тунда не успел закон-чить свою мысль, как его перебил голос, будто раскаты грома, донесшийся до его ушей со всех сторон зала.
- Ты не прав, Тунда, я лишь тот, кто вскормил его. Мое имя Шуыкарегуыха, хранитель Державы Хаоса.
Гном с трудом заставил сбросить с себя сковавшее его оцепенение. Шуы-ка… Кто, кто? Впрочем, сейчас это было не столь важно. Его обнаружили раньше, чем он предполагал, и это как раз и было самое важное. Тунда всмотрелся в туман, где, чуть покачиваясь, на него смотрели глаза-кристаллы. Похоже, эта тварь была не просто огромной, она была чудовищных размеров и, вдобавок ко всему этому, читала мысли война.
- Ты не первый, кто пришел сюда, чтобы забрать этот кристалл, ты шел сюда и видел те останки воинов, что остались после тех попыток, что были устремлены на столь низкую цель. И ты видел, какая участь постигла их, – продолжил голос. – Их путь закончился здесь, закончился раз и навсегда. Держава Хаоса не может покинуть этих мест, пока не выполнен договор.
Тунда медленно пришел в себя после первого шока. Почему этот хранитель просто не ударил первым, а завел никому не нужный разговор? Хочет усыпить его бдительность? Так это вряд ли получится, учитывая, что Тунда не первый год в бою и видел самых разнообразных тварей. Требовалось начать атаку самому, но… Но как атаковать того кого ты даже не видишь?
- Послушай ты, Шуыка, или как тебя там зовут, на, – Тунда, начав свою речь, говорил эмоционально, однако, каждый его мускул оставался напряжен. Глаза следили за каждым движением в округе, уши ловили каждый звук. – Мне плевать, что ты там говоришь про свой кристалл, про своих бойцов, на, про то, какой ты великий боец, – Тунда фыркнул. – Мне вообще плевать кто ты такой! Но мне не плевать на артефакт и твою скалу… Я не собираюсь меряться с тобой силами, я не какой-нибудь проходимец и вор, чтобы обчистить твою пещеру. Мне итак достаточно платят. Но вот камешек тебе придется отдать – спокойно заключил гном.
Тунда чуть заметно для постороннего глаза согнул ноги в коленях, готовый в любой момент совершить бросок, будь то уклон от атаки или стремительный смертельный удар врага. Щит вернулся в привычное положение у груди. Однако за его словами ничего не последовало. Лишь вновь где-то вдалеке гном услышал уже привычный звук. Будто невидимая плеть хлестнула о каменный пол зала.
- Я знаю, кто ты, гном, и знаю, что ты не из этого мира, – продолжил голос из тумана. – Только поэтому ты еще жив и стоишь на ногах. И именно поэтому, я рассчитываю на твою мудрость… Умрешь ты, придет другой, и так будет продолжаться до бесконечности. Их царь Джумон не опустит рук. Он думает, что это принадлежит им по праву, но он не хочет платить по своим счетам. Духи Рубиновой скалы дали Державе Хаоса Силу в обмен на верную службу гномов, но Джумон думает, что Великих темных духов можно обмануть… Однако, кто как не ты должен знать, что станет с миром, если разом высвободить всю заложенную в нем магиче-скую мощь.
Тунда вздрогнул. В сознании отпечатались слова неведомой твари. На секунду ему показалось, что на голову ему вылили ушат холодной воды. Откуда этот голос, эта тварь могла знать ЭТО? Откуда он мог знать о том, что он не из…
- А вот это уже не мое дело, что станет с этим гребанным миром!
- Ты лукавишь, гном, – Тунде показалось, что эти слова были сказаны будто с некоторым сожалением.
Гном сглотнул. Какой же магической силой обладало это существо, кем оно являлось, что без труда разглядело то, что, как считал гном, было не по силам обитателям Ториана? И что за чушь он нес про договор Царя Янтарных рудников и каких-то там темных духов Рубиновой скалы?
«Полноте!».
Тунда вдруг осознал, что каждая его мысль сейчас словно на ладони предстает перед невидимой тварью, и невольно съежился. Неужели оно прочувствовало это все, смогло заглянуть так глубоко. Гном выругался одними губами. Это была первая ошибка, насколько же он привык тут в Ториане полагаться на глупость местных магов и не пренебрегать оберегами по блокировке подсознания. Но так это или не так, верны ли были его догадки, а с этим нужно было кончать, больше так не могло про-должаться.