Раннее

– Почему оно не работает в обратную сторону? – спросила она, непонятно к кому обращаясь. Лариса обернулась к остальным. Заколка расстегнулась и, звякнув, упала на пол. Волосы разметались по плечам, и одна из прядей упала на левый глаз, отчего выражение лица стало казаться ещё более злым, чем было на самом деле.

– Что стоите? – произнесла она, процеживая каждое слово сквозь зубы. – Это вы меня сюда затащили. Где теперь Дима? Кто вы все такие? Мутанты! Роботы! Подонки! Я хочу назад!

Она чуть отошла от зеркала, приготовившись, и прыгнула в него. Зеркало покрыла сетка трещин, и в тот же миг вокруг стало абсолютно темно.

Мгновение или, может, два, все молчали. Затем из темноты, оттуда, где стояла вторая Лариса, раздался её голос:

– Я боюсь. Что происходит?

Свет зажёгся снова. Они находились в совершенно другом помещении, причудливо треугольном, но всё так же увешанном разными зеркалами. Женя-мужчина стоял около выключателя. Посреди комнаты держались за руки Лариса и Женя. Больше никого не было.

– Что ты на это скажешь? – спросила Женя.

– Не знаю, – ответил Женя. – Мне почему-то кажется, что мы не в нашем мире. Что здесь другие законы. Когда мы проходим сквозь зеркало, что-то меняется – может, мы попадаем в другой мир или в другую его часть, а когда разбиваем – даже не знаю. Возможно, мы закрываем или открываем какую-то дверь. А может, два мира просто схлопываются…

– Но что нам делать? – спросила Лариса.

– Видимо, искать выход, – ответил Женя. – Видишь, сколько здесь зеркал? Должно быть, одно из них – проход дальше. Кстати, здесь уже нет таблички «Продолжение осмотра».

– Потому что нас уже заманили куда-то, откуда выхода нет, – произнесла Лариса. – Это уже не музей.

– А я думаю, что музей, – возразила Женя. – Запах. Вы чувствуете? Запах гниения всё тот же, даже усилился.

– В прошлой комнате я его не чувствовал, – заметил Женя. – Давайте проверять зеркала. Какое-то должно нас выпустить. По крайне мере, из этой комнаты.

– Хорошо, – сказала Женя. – Я пойду по этой стене.

– А я по этой, – отозвалась Лариса.

– Тогда я – по той, – согласился Женя.

Он дотронулся до одного из зеркал. Оно оказалось твёрдым, и на поверхности остались отпечатки его пальцев. Он перешёл к следующему, потом к другому. Все оказались обычными зеркалами – во всяком случае, на ощупь.

– Нашла! – крикнула Лариса из дальнего конца комнаты. – Я вхожу!

Она шагнула в зеркало и исчезла.

Женя и Женя направились к этому зеркалу.

– Ну что? – спросил Женя. – Пойдём за ней?

– Да, – ответила Женя, – Что ещё делать?

Но в ту же секунду зеркало просветлело, и вместо их отражения в нём проявилась Лариса. Она находилась с обратной стороны стекла и широко раскрывала рот, словно кричала, но ничего не было слышно. Её окружала темнота. Ладони Ларисы стучали о стекло, словно пытались пробиться наружу.

– Что происходит? – вскрикнула Женя.

– Не знаю.

– Надо разбить!

– Если мы дотронемся до стекла, то сами пройдём в него.

В эту секунду поверхности зеркала с его обратной стороны коснулась большая зелёная перепончатая лапа с тонкими пальцами. Она заскользила когтями по стеклу, приближаясь к ноге Ларисы. Обладателя лапы не было видно, но легко можно было понять, что он огромен, и от него не нужно ждать ничего хорошего.

– Скорее! – Женя схватился за раму. – Помоги!

Они приподняли зеркало, заставив его сорваться с гвоздей, вбитых в стену, и упасть плашмя на пол, произведя зловещий, душераздирающий стеклянный звон.

После короткой паузы Женя приподнял раму за край и перевернул.

Это было просто разбитое зеркало. Картонный задник внутри рамы, сверкающие осколки и никаких следов Ларисы.

– Что мы наделали… – прошептала Женя.

Женя приблизился к ней и обнял за плечи.

– Ничего. Мы выберемся отсюда. И её найдём.

– Ты… Ты видел эти когти?

– Да.

– Что это было?

– Не знаю. Мы в чужом мире. Я не знаю о нём ничего.

– И что же мы будем делать дальше? – Женя подняла на него влажные глаза.

– Будем пытаться искать выход.

Женя прижалась щекой к его плечу.

– Мы не погибнем?

– Не знаю, – сказал Женя. – Но мы постараемся. Знаешь… Я очень рад, что тебя нашёл. У меня такое чувство, что ты моя сестра. И терять тебя я не хочу.

– Да, – сказала Женя. – И ты мне кажешься родным. Хотя обычно я очень долго схожусь с людьми.

– Ладно, – Женя отстранился от неё и посмотрел в глаза. – Надо продолжать. Но будет лучше, если мы будем ощупывать зеркала не руками – это слишком опасно. У тебя есть какая-нибудь палка?

– Есть карандаш для губ.

– Подойдёт. Эти зеркала мы уже проверили…

Женя ткнул карандашом в одно из зеркал. Грифель упёрся в твёрдую поверхность. Они направились к следующему зеркалу. Тот же эффект. Через несколько минут стало ясно, что все зеркала непроницаемы.

– И что это значит? – спросила Женя. – Может быть, разбитое зеркало было единственным выходом?

– Не думаю, – ответил Женя. – Мы ведь находимся в помещении внутри дома. Что-то наверняка должно быть за стенами, а значит, туда можно проникнуть. В худшем случае – сломать стену.

– Ага… – с сомнением произнесла Женя. – Чем мы её сломаем? Если под этими досками – брёвна, год будем зубами грызть.

– Может быть, за одним из зеркал – проход? – предположил Женя.

– Будем бить зеркала?

– Кхм, – Женя задумался. – Нет, бить страшновато после того, что случилось с Ларисой. Давай попробуем повнимательнее осмотреть.

Они пошли вдоль ряда зеркал. Женя трогал у каждого раму, пытаясь отклонить её от стены. Все зеркала оказывались подвешенными на двух гвоздях. Но вдруг одно из них отказалось поддаваться, словно было приклеено к стене.

– Похоже на то, что нужно, – сказал Женя. Постучал по зеркалу согнутым пальцем. Звук оказался звонким, словно за стеклом скрывалась пустота.

– Отойди, – попросил он Женю. Потом снял с ноги тяжелый ботинок и с расстояния метра в два с силой метнул в зеркало.

Осколки посыпались на пол, а из проёма дохнуло свежим прохладным воздухом.