Рассечение
Шрифт:
Может быть, ей стоит отказаться?
И жить как нормальный человек, без всего этого?
Скажем, снова начать смотреть аниме по ночам и дремать в школе за партой? Писать с Катькой фанфики и хихикать на переменах? Да она уже забыла, как выглядит подруга!
И отец, тоже умник, конечно! Устроил ей все это – и бросил разбираться одну!
Даже Ленин – и тот куда-то подевался, а ведь проходу не давал, в туалет без него было не сходить!
Ася чувствовала, что плачет.
Вокруг творилось черте-что, ее вот-вот убьют, наверное, или утащут куда-то помимо ее воли, а она сидит на заднице
Вдруг стало смешно.
От себя, от нелепости этого положения, от страха, от безысходности...
Ася подняла глаза.
И увидела, что никто больше к ней не приближается.
Потому что рядом, вскинув автомат Калашникова, стоит, недобро глядя на всех и сразу, полная женщина в камуфляже. И ее короткие рыжие волосы светятся, точно солнце. Единственное солнце в этом мире.
– Мама... – прошептала Ася. – Ну наконец-то.
Глава 12
Крепкая рука сжала ее плечо. У мамы были стальные пальцы, Ася даже испугалась, что она сломает ей ключицу. Но Марина просто немного ее придержала и тихо, на грани слышимости сказала:
– Люди сами творят свои миры.
Ася вопросительно посмотрела на мать. Она не совсем понимала. И наверное, ждала совсем не таких слов. Скорее, чего-то вроде «пригнись, дочь, я все решу» и очереди из Калашникова. Ян бы, наверное, так и сделал. Но у мамы, похоже, были другие планы и методы.
– Что это значит?
– Ровно это. Попробуй понять.
– А тебе не кажется, что сейчас не совсем подходящий момент для таких размышлений? Нас вроде как собрались убивать.
– Самый подходящий. Без этого нам не выбраться.
– Ты не можешь их всех перестрелять?
– И не хочу даже, - усмехнулась мама. – Могу припугнуть на крайний случай. Но они все нужны, нравятся тебе или нет.
– Кому, хотелось бы знать, нужен гнилой дохлый медведь?
Мать крепче сжала ее плечо.
– Ну же, Ася, ты же моя дочь, даже если не осознаешь этого. Не припоминаю, чтобы ты позволяла себе быть жертвой.
Ася неожиданно ощутила укол стыда.
А ведь так оно и было.
Все, что она делала последних минут десять – это ожидала, что мир, черти, чудовища, дохлые звери почему-то обязаны поступать так, как ей нужно. Без всяких на то оснований. И главное, без малейшего участия с ее стороны.
– Он тебя заразил этими мыслями, - словно угадав, о чем она думает, поддержала мама. – Гони их прочь. Ты не такая.
– А какая? – с неожиданной горечью в голосе уточнила Ася.
Ей все равно было себя жалко, но в груди уже разгоралась ярость. Такая сильная, что ее трудно было сдержать.
– Тебе решать, - подмигнула мама. – Люди творят миры в своей голове. А шаманы ходят по ним, понимаешь?
– И могут создавать свои?
– Конечно.
– Но я еще не родилась...
– А кому это мешает? Глянь на этого, например, - мать выразительно указала дулом «калаша» в сторону скелета, с недовольным видом восседавшего на пне. – Пакостит себе, как хочет.
– Это уж точно, - нехотя согласилась Ася. – Но что мне делать?
Марина вдруг усмехнулась.
–
А вот это уже к тебе вопрос. Я же просто... – она не договорила. – Я сама не пойму, кто я, и каким образом до сих пор существую. С этим мы разберемся потом. А сейчас, пожалуйста, побудь той, кем тебя тут все считают, и наведи порядок. А я прослежу, чтобы тебе не мешали.Ася вдруг подумала, что за эти минуты услышала от матери больше слов, чем за всю жизнь, пусть их встречи чаще всего были очень краткими и происходили при крайне драматических обстоятельствах. Но теперь все было иначе. Мама стояла рядом с ней, прочная, основательная, незыблемая, и смотрела на врагов без тени страха. Автомат в ее мощной руке не дрожжал, хотя наверняка был тяжелым.
Ася чувствовала себя в безопасности несмотря на весь разгром.
Ей бы, наконец, поплакать и понаряжаться в платья, но было явно не до этого.
– Я могу создать мир, в теории, - решила она.
Мама кивнула.
– Он мог, - подтвердила она, намекая, по всей вероятности, на отца. – Значит, и ты сможешь.
Ася стиснула зубы. Дальше медлить было нельзя.
– У меня был план, вообще-то, - призналась она матери. – Но он не получился. Ленин куда-то затерялся.
– Ленин? – удивилась Марина. – Это кто?
– Как кто? Динозавр.
– А-а, вот как ты его назвала. Что ж, забавно. Почему Ленин?
– Я оживила памятник, а потом папа превратил его в варана. Ты разве не знаешь?
– Ну, я же не ангел, который смотрит на тебя с облачка, - усмехнулась мама. – К сожалению.
– Короче говоря, я не могу его найти. А бросать не хочу тоже.
– А не считая этого, в чем состоял план?
– Как раз в этом. Быстренько выманить у него Ленина и уйти на рассечение. Видишь, черти ждут.
– Ты решила стать шаманом?
– Не то, чтоб меня кто-то спрашивал, - вздохнула Ася. – Просто уже явно пора.
– Сомнительный аргумент, конечно, - пожала плечами мама. – Но решать тебе.
– Хоть видеться сможем чаще. Ты ведь не можешь приходить в мой мир надолго, так?
– Это сложно, будучи мертвой.
Ася сглотнула.
– Но я не знаю, как быть теперь. Мне кажется, без Ленина ничего не получится.
Она подождала немного, давая себе время обдумать внезапно появившуюся идею. Идея была настолько безумная, что могла и сработать.
– Мне нужна будет твоя помощь, - решившись, выдала Ася. – Прикроешь?
– Как в фильме? – подмигнула мама.
– Ну да, типа того. Только не застрели черного волка. Мне кажется, он хороший.
– Об этом не переживай, - пообещала Марина и отпустила ее плечо, напоследок еще раз крепко сжав.
Ася выпрямилась, расправила плечи и объявила так громко, как только смогла.
– Эй, скелетина! Я тебе нужна? Так иди сюда и возьми! Неужели ты боишься пуль?
Черный шаман медлил. Что-то ему не нравилось в идее подойти к ней поближе – то ли мама, выглядевшая, надо признать, весьма убедительно – Ася и сама поостереглась бы соваться к такой женщине, да еще вооруженной – то ли черти, которые за их спинами образовали частокол. Но опасный такой, неоднозначный, готовый в любой момент превратиться в ловушку. Именно так Ася себя и чувствовала – в ловушке.