Рассечение
Шрифт:
– Домик с характером, - оценила Ася.
– Сиди спокойно и ничего не трогай, - порекомендовал отец.
– Это он в тебя такой?
– В дядю. Нрав у него был прескверный.
– Да ну? – искренне удивился Макс.
Ася, наконец, сладила с занозой, бросила ее на давно не метенный пол и с интересом принялась разглядывать обстановку. Дом был почти таким же, как она запомнила, только вместо банки из-под майонеза стоял на окне грубый металлический подсвечник. Была бы банка – вот тут бы дочь шамана посмеялась. Но никаких примет того, что этот мир не настоящий, почему-то не наблюдалось. И это Асю немного тревожило.
– Как бы насовсем тут не остаться, - то ли сказала, то ли подумала она.
Ее услышала сидевшая в ветхом кресле баронесса и вопросительно взглянула. Кажется, в ее темных глазах скользнуло что-то подозрительно похожее на понимание.
– Давайте ужин стряпать, - предложил слугам Ковальский.
Те с готовностью взялись за припасы, а сам инициатор вооружился ведрами и вместе с отцом ушел на озеро искать прорубь. Асю сморило от тепла и усталости, она привалилась головой к шершавым доскам стены и задремала.
Сквозь сон слышала она, как переговариваются слуги, гремят миски, а еще где-то далеко ходит в лесу кто-то и громко тоскливо воет. Думала, что надо бы проснуться и предупредить отца с Марусей, как бы ни вышло чего, но сколько не принуждала себя, так и не смогла.
Ленин забрался к ней на колени в самый неожиданный момент глубокого вязкого сна. Ася вроде бы оказалась дома, в своей квартире, такой далекой и почти недосягаемой теперь. Была ночь, все спали, даже у тетки, часто читавшей допоздна, не горел свет.
В коридоре было тоже темно, пахло теплом и чуть-чуть жареным луком – наверное, затянуло вентиляцией от соседей. В туалете тихо шурчала вода, протекал бачок. Ася прошла на цыпочках в зал, там на диване, закинув руки за голову, дремал Ян. Почему он был не у тетки?
Ася не знала, услышит ее бандит или нет, но на всякий случай тихонько подошла к нему и потрогала за руку.
Ян зашевелился, но не проснулся.
– Слышишь меня? – Ася вдруг поняла, что обязана использовать эту возможность и сообщить о себе.
Даже если придется вытащить из кухонных шкафов все сковородки, колотить ими друг об друга и перебудить даже не всю квартиру, а если понадобится – целый подъезд.
– Ну привет, - вдруг сказал Ян и сел на диване, потирая сонное лицо.
– Привет, - Ася вздрогнула. – Помоги мне.
– Молодец, прямо говоришь, - оценил Дворжак. – Что случилось?
– В смысле что случилось? Я думала, вы меня ищете!
Ян промолчал, видимо, сказать ничего умного не мог. А может быть, как вдруг догадалась Ася, она оказалась опять не там и не в то время. Но во всяком случае, Ян ее узнал, а он был в некотором роде сущностью универсальной. Вдруг услышит этот – а поймет тот, который наверняка рыщет волком по всем мирам и разыскивает ее. Потому что отец сказал, а ослушаться его Ян не может, и потому, что сам не считает ее пустым местом...
– Ну, мы решили, нагуляешься – сама придешь, - хмыкнул бандит. – Дело молодое.
– Да уж, - долго вздохнула Ася. – С такой молодостью до старости можно и не дожить. А где отец? И Маруся?
Дворжак непонимающе вытаращился на нее в темноте квартиры, чем лишний раз подтвердил и без того стремительно крепнувшую гипотезу.
– Я тут твоего отца не видал ни разу, - признался Ян. – Ни с Марусей, ни без.
– Ясно, - Ася оглядывалась, пытаясь понять, что может ей сейчас
пригодиться. – Тащи бумагу и ручку.– Нифига ты раскомандовалась!
– У меня в комнате тетради должны быть, - настояла Ася. – Пожалуйста.
Ян тихо выматерился себе под нос, но все-таки встал и на цыпочках пошел за тетрадями. Где они у нее лежат, Ася представляла с трудом. Квартира выглядела знакомой настолько, насколько вообще в темноте ее можно было разглядеть. Советская полированная стенка с хрусталем, который никто и никогда не доставал, телевизор, вроде тот же самый, туско поблескивал выпуклым экраном. Дверь на кухню, заклеенная пленкой под витраж. Дальше – балконная дверь, тюль в горошек, кадка с огромным цветком неведомой видовой принадлежности в углу. Дверь в комнату тетки – закрытая. Диван, на котором еще недавно дрыхнул Ян, две двери – в ее комнату и в комнату брата. Интересно, а Эрно дома?
– Ну вот, что-то нашел, - Ян выбрался из ее комнаты, протягивая толстую тетрадь и пару ручек. – Зачем тебе это среди ночи?
– Важное поручение. Я сейчас напишу записку, отдашь ее либо тетке, либо отцу, если он вдруг появится.
– Сомнительное дело, - пожал плечами Ян. – А ты сама куда намылилась?
– Мне возможно придется исчезнуть. Я не уверена, конечно, но вдруг...
– Что за фигня? – честно удивился бандит. – Никуда ты не пойдешь на ночь глядя. Этого еще не хватало!
– Придут, заберут и не спросят, - сделала страшное лицо Ася.
– Менты что ли?
– Можно и так сказать.
– Не темни, мать. Если что натворила, лучше мне скажи, попробую помочь, чем могу, а то будет потом Ленка корвалол пить... не хочу я этого.
Ася вздохнула.
Объяснить что-либо этой версии Яна, кажется, было невозможно, а еще очень остро чувствовала она – время истекает. Вот-вот выдернет ее отсюда куда-то еще, и хорошо, если туда же, откуда она провалилась. Черный дом у озера, в общем-то, был не так уж плох, как и его нынешние обитатели.
Ася быстро пошла на кухню и зажгла свет. Ян щурился, но потащился следом и присел на подоконник, бесцеремонно подвинув задницей кастрюлю с оставленным остывать супом. Ставить что-то горячее или хотя бы теплое в холодильник тетка категорически запрещала.
– Передашь, ладно? Не потеряй! – попросила Ася и принялась писать.
«Папа, а может, тетя Лена. Это я, Ася. На случай, если вы не знали, я становлюсь шаманкой, и поэтому меня таскает по всем мирам подряд, и кажется, я в них уже потерялась. Если сможете, найдите меня. Сейчас я с папой и Максом 200 лет назад или около того, мы в черной избе на озере в Лаппаярви. Где я буду дальше, неизвестно. Со мной Ленин. Еще за мной гоняются остроголовые черти и черный шаман. Пожалуйста, поторопитесь. Ваша Ася.»
Возможно, формулировки были не очень, и понять что-то из этого письма смог бы только кто-то напрочь сумасшедший, но выбора и времени у Аси уже не было. Она и так чувствовала, что вот-вот исчезнет.
И тут Ленин прыгнул ей на колени...
Глава 31
Ася еще краем уха услышала, как Ян зашипел что-то матом и в прыжке потянул к ней руки, но пальцы его сомкнулись на пустоте. Девушка открыла глаза и к счастью увидела отца, склонившегося над ней. Отец был тот же самый – в мундире с чужого плеча. За его спиной топтался Маруся.