Рауит

– Суури? – произнес я, глядя на Еву.

– Мне дали имя. Тебя это тоже ждет, – сказала зеленоволосая.

Сначала мы немного постояли рядом с пещерой и молчали, а потом пошли по склону вниз прямо к реке. Мои босые ноги чувствовали каждый камень, на который наступали. На Суури тоже не было обуви, но ее походка была увереннее.

– Мне почему-то кажется, что по дому ты не скучаешь, – сказал я.

– Так и есть. Мне здесь лучше.

– А как же твоя семья? Меня точно будут искать.

– У меня нет семьи, – ответила она.

– Понятно, – сказал я, опустив взгляд.

Мы прошли еще несколько метров молча. Потом мои ступни ощутили траву, которая сменила каменистую поверхность. Впереди послышались голоса. Я присмотрелся, за растительностью показались человеческие фигуры. Они нас заметили, и один из них теперь шел навстречу к нам.

К нам приближалась женщина лет тридцати. Она была беременна, положение выдавал большой живот. На ней была почти такая же одежда как на Суури. Только юбка была черной и немного длиннее.

Взгляд привлекал ее рыжий цвет волос, а серые глаза словно были наполнены спокойствием. Она была с меня ростом, узка в плечах, с хрупкими руками и бледной кожей.

– Каи макуса, – поприветствовала она нас.

– Каи макуса, – произнес я в ответ.

Сначала я не заметил, что их приветствие звучит в моих мыслях также как и на моем родном языке. Просто казалось, что мы говорим на одном.

– Меня зовут Оанту⁴. С Суури ты снова знаком, – сказала она.

– А я …. – не успел я сказать свое имя.

– У тебя здесь еще нет имени, – перебила меня Суури.

– Как я понимаю, быстро пришел в норму. Ты целых три дня был без сознания, – продолжила Оанту.

– В спящем виде он мне больше нравился, – продолжила Суури, направив взгляд куда-то в лесную глушь.

– Взаимно, – произнес я и тяжело выдохнул.

Оанту казалась дружелюбной, уж точно дружелюбнее Суури. Передо мной стояла будущая мать, даже в ее голосе слышалось что-то теплое и нежное.

– Его судьба еще не решена окончательно. Но я все равно должна показать ему здесь все, – сказала зеленоволосая, глядя на меня.

– В каком смысле не решена? – спросил я, направляя свой взгляд то на Оанту, то на Суури.

Оанту схватилась за живот, что-то нарушило ее спокойствие, но по ее глазам было ясно, что все в порядке. Суури немного испугалась и тоже дотронулась до круглого живота своей рыжеволосой знакомой. А потом они вдруг загадочно улыбнулись, словно совсем забыли про мой вопрос.

– Как сильно он пинается, – произнесла Суури, продолжая улыбаться.

– Совсем немного осталось. Он вот-вот должен появиться, – сказала Оанту и посмотрела на меня.

Я не знал, что сказать, в моей голове было все больше вопросов. Почему-то я чувствовал то, что не должен чувствовать. А именно, у Оанту должна была родиться дочь. И понял я это, как только познакомился с ней.

Что-то изменилось во мне. Каким-то образом я начал осознавать, что я понимаю их язык, хотя впервые его слышу и распознаю его как свой. Это было странно, но не пугало меня. Меня больше тревожила моя судьба в этом месте. Они уже обе смотрели на меня, а я просто стоял и молчал. Не зная, что делать, я был в каком-то смысле зависим от зеленоволосой, которая в данный момент, сама того не желая, была моим проводником в племени Рауит.

– Совсем потерялся? – спросила меня Оанту.

– Может быть и так, – ответил ей я.

– Потерялись мы оба, но нас нашли, – дополнила Суури.

– Это ты нашла себя здесь, а он – нет, – продолжила Оанту.

– Но чтобы найтись, надо сначала потеряться, – вдруг произнес я, сам не ожидая от себя таких слов.

– Надеюсь, ты себя найдешь. А мне пора, мы еще увидимся, – сказала Оанту, поглаживая живот, и проследовала к пещере, где я проснулся.

Суури проводила ее взглядом и потом недовольно посмотрела мне в глаза. Лицо у нее было такое, словно я в чем-то серьезно провинился. Фиолетовые глаза от злости чуть не покраснели, а губы так сжались, что от них остались две тонкие полоски.

– Ладно. Не будем терять времени, – сказала Суури сквозь зубы и пошла дальше сквозь лес.

Я пошел за ней, надеясь, что скоро она успокоиться. Прохлада леса наполнила воздух вокруг, высокие деревья отбрасывали тень, которая расстилалась по почти всему лесу. Фигур впереди больше не было, они куда-то ушли.

Где-то в глубине души я скучал по городу, по зданиям, по шуму автомобилей и ровному асфальту. Мой взгляд притягивала красота окружающей зелени, но иногда я отвлекался от осмотра дикой растительности на походку Суури. Сзади ее фигура была совсем детской, худые ноги спешили, направляясь дальше. Волосы, сливающиеся с листвой, трепал легкий ветер, а сквозь светлую кожу просвечивались синие вены.

В новой одежде она выглядела еще более странно, хотя я еще не видел себя в этих широких коротких штанах с оранжевой повязкой, напоминающей юбку. Вот только вряд ли здесь можно было найти даже совсем маленькое зеркало, можно было только попытаться разглядеть себя в поверхности воды.

Мы прошли уже несколько десятков метров, никого на этом пути мы не встретили, но потом за верхушками деревьев показалась скала. Послышались голоса и еще какие-то звуки, запахло дымом. Суури обернулась, ее взгляд по-прежнему был недовольным, но через мгновение злость сменилась удивлением. Кто-то стоял за мной. Неожиданно меня сзади кто-то схватил за плечо, и через мгновение я был прижат крепким незнакомцем к стволу ближайшего дерева.

Ему было примерно двадцать лет. Ростом он был на голову выше меня, через кожу проступал рельеф мышц. На груди была татуировка как у Лойчику. Одежда на нем была такая же, как и на мне, только ткань под поясом была черной. Волосы его были чуть выше плеч, черного как смоль цвета. Серые глаза смотрели на меня с агрессией, ноздри широкого носа двигались. Было слышно его дыхание.

– Каи макуса. Я вижу, ты пришел в себя, – сказал незнакомец с явным гневом.

– Отпусти его, Хасот⁵. Мне надо ему здесь все показать, – спокойно сказала Суури.

– Ты не смеешь мне приказывать, Суури. Тем более, здесь его судьба еще не известна, – продолжил он.

Он прижал меня еще сильнее к дереву, я всей своей спиной почувствовал поверхность коры. Его рука находилась прямо на моей ране, которая даже в такой ситуации уже не болела.

– Что тебе от меня нужно? – спросил я раздраженно.

– Неужели подал голос, – сказал он.

Его правая рука опустилась, а левая пальцами еще сильнее впилась в меня. Повязка на моем плече ослабла от его хватки и начала спадать. Из-под нее выпали испачканные кровью листья, которые подхватил и куда-то унес ветер.