Разоритель Планет
Шрифт:
— Кейс! Бомбу! — проорал Кракен, когда один из его бойцов побежал вперед, а командир остался на этой позиции. Где-то слышались несколько разрывов ракет, где-то били пулеметы.
…
Наступление было быстрым и эффективным, почти сразу Тибальт уничтожил БМП со своей стороны и, укрытый куполом щита, шел вперед, распыляя пули над укрытиями врага. Его же команда планомерно продвигалась вперед. Одна длинноногая тварь перескочила БМП, а затем повалилась на бок из-за ряда пуль, после чего другая такая же запрыгнула за то укрытие, из которого был расстрелян ее собрат. Крик разорвал воздух, а в человека буквально впились зубы этой твари.
…
— На связи Гоббс! Правый фланг несет большие потери! Уничтожено
Его щит явно отразит брошенную гранату, поэтому вариантов оставалось немного. Гоббс был снаряжен по первому классу, на нем был полноценный бронекостюм. Командир БМП расположился во второй линии, судя по цвету гранаты — это была плазма. В этот момент краем глаза он заметил то, как один из киборгов перепрыгнул соседнюю клумбу, раздавив одного из бойцов его машины, в этот момент в висках застучало сердце, а глаза, кажется, налились кровью. Время начало останавливаться, а сам Гоббс рванул вперед с каким-то диким криком. Киборг начал поворачивать торс, чтобы достать человека пулеметом, но граната уже летела в его направлении. Мгновение… Снаряд ударяет в самую шею бойца Тибальта, после чего расплескивает плазму, а Гоббс падает на левый бок. Рот его открывается, пытается схватить воздух, но несколько пуль, прошедших через грудную клетку, не позволяют сказать и слова, к горлу подходит кровь, скоро что-то теплое возникает на губах, он пытается вдохнуть. Чувствует, как стекленеют его глаза, но видит, как плазма разъедает корпус киборга, после чего создание Ада валится на землю, а на губах бойца возникает блаженная улыбка… Глаза же окончательно стекленеют.
…
Романо шел на центральный вход, который и был наиболее хорошо защищен. Снайперы уже поработали на славу. Джаггернауты, стоявшие на первой линии, уже были выведены из строя. Противник довольно эффективно огрызался стрекотом ручных пулеметов и штурмовых винтовок. Ряд бойцов Романо уже валялся на окровавленном асфальте из-за работы снайперов «средней линии». Сам Романо расположился за «клумбой» первой линии. За ней уже лежал тот, кто должен был защищать ее. Тем временем, ЧВК получило подкрепление. Тридцать человек уже давно находились на позициях второй и третьей линий, из-за чего атака Романо, Жабодава и ряда других наемников довольно сильно захлебывалась. Рядом с Романо сидел и сам Жабодав.
— Что делать будем? — спросил Жабодав.
— Тибальт эффективно прорвал правый фланг, поэтому нам остается дождаться его, — проговорил Романо.
— Не вариант. Он долго будет торчать на одном месте. Добивает врагов, — говорил Жабодав.
Тем временем, к ним подскочил и Черноглаз. Грэм был возле соседней линии.
— Такая идея, командир, — проговорил довольно громко человек, когда рядом подорвалась граната из подствольника врага, из-за чего Черноглаз слегка пригнулся. — Можно попробовать прорваться к средней линии! Но надо, чтобы все ударили из подствольников одновременно. А снайперы повыбивали пулеметы с третьей линии.
— Ага. А там еще двадцать бойцов подошло, — проговорил Жабодав, на секунду выглянув из-за укрытия, когда послышался громкий хлопок где-то далеко, а затем еще один. — Квороны сработали!
— Или кворонов сработали, — процедил Романо, пальцем залезая в ухо. — Сука… Давно на войне не был… Глушит, как…
— Ну, ниче, привыкните, Лис, — усмехнувшись, проговорил Жабодав.
— На связи, Железный. Каковы наши действия? — послышалось в рации. — Противника все больше, если мы будем ждать — не перекроем им пути-дорожки.
— Не торопись, Железный. Спешка ведет к поражению, — послышался насмешливый голос Горца.
— В этом случае
парнишка прав. Нам некогда сидеть и рассусоливать, — послышался сорванный голос Синего.— На связи Лис. У нас один вариант. Огонь на подавление из подствольников, как бы это не звучало.
— И без меня?! — послышался голос Ирокеза.
— Молчать! — послышался голос Кувалды.
— Сейчас Жнец, Муха и другие — отстреливают самых яростных пулеметчиков, а мы на счет пять ведем огонь из гранатометов. Желательно так, чтобы гранаты летели за укрытие, чтобы посекло солдат, а не уничтожило укрытие. Принято?! — спросил Романо.
— Принято, выбиваю любителей пострекотать ваши нервы, — весело проговорил Жнец, после чего начал методично заглушать пулеметчиков третьего и второго рядов вместе со своими снайперами.
— Раз! — послышался голос Романо. — Два! Три! Четыре! Пять!
Что-то около тридцати бойцов поднялось из-за укрытий, после чего двадцать с лишним гранат полетело в направлении второй линии. Послышались взрывы и крики, а Романо скомандовал вперед, после чего первым вперед вырвался швагр, который стал лупить по третьей линии сразу из двух пулеметов. Его же примеру последовали другие пулеметчики, а затем и штурмовики.
…
— Романо рвется вперед! Вторая линия разбита, у них и у нас потери большие! — слышался голос Коена, который продолжал стрелять по тем, кто вырывался вперед. Вот швагр получил пулю в грудь, но не остановился, он продолжал какое-то время бежать, пока наконец не упал на колени, но Коен этого уже не видел. Он выцеливал следующего пулеметчика.
Чернокожий человек бежал, целясь по средней линии, но тут же упал, резко опрокинувшись на спину. Коен был гораздо опытнее остальных снайперов и выбрал для себя позицию в одной из комнат, из-за чего его до сих пор и не могли поймать в прицел снайперы. Его просто не было видно, а вот он прекрасно видел тех, кто сейчас наступал. До тех пор, пока кто-то снизу не понял, откуда в них стреляют. Коен выпустил еще три патрона. Ложились разные люди, но потом…
Граната. Время замедляется, снайпер видит то, как прямо в потолок летит снаряд какого-то одноразового гранатомета. На лице снова возникает эта странная улыбка, а его прибивает к полу силой взрыва, лицо опалено огнем, а тело прошивает ряд осколков, которые раз и навсегда заканчивают историю одного из самых опытных снайперов Ареса.
…
Хратер продолжал вести огонь со своего направления. БМП давно было ликвидировано, а бойцы Кувалды и Горца эффективно продвигались под чутким надзором снайперов. Все-таки Хратер был действительно одним из лучших в своем деле и доказывал то, что ему не зря доверились, ибо трупы бойцов ЧВК черными фигурками валялись на асфальте, политом кровью, после его пуль.
…
— Что у Вас происходит, генерал?! — орал в рацию Блюхарт.
— Мы не можем сдержать натиск Романо. На одной стороне за него выступил Тибальт! Гоббс уже героически погиб! Убит Коен! Убиты все снайперы, из-за Ваших желаний, Блюхарт! Вы тупая, безмозглая сволочь, которая не смогла додуматься до того, что мы не сможем сдержать наступления Романо! — резко ответил Шиллинг в рацию, после чего Блюхарт посмотрел на людей, сидевших здесь, его глаз дергался, но он сказал. — У нас все под контролем. Внутри они не смогут ничего сделать. Змей?
— Что «Змей»? — спросил Ли, смотря на Блюхарта как-то мрачно. — Нам конец. Да, сейчас здесь четыре отделения солдат, но мы вряд ли выстоим. У нас есть только один вариант — занять глухую оборону на лестнице. Не дать врагу и шанса, чтобы пробраться на этаж.
— Угу…
— Что «угу»? Ты нас всех под это подвел, Харрис, и вот эта мразь, которую ты влил в наш коллектив, — Винсент указал на Отто, а тот посмотрел на него бешеными глазами, после чего достал из кобуры пистолет и наставил на полковника.