Рекрут

Все взгляды обернулись к нему.

Фиор побледнел. Руки его дрожали, хотя он пытался это скрыть. Он хотел выкрикнуть что-то, но его рот лишь беззвучно хватал воздух.

Ловушка захлопнулась. Отступать ему было поздно.

Он кивнул. Резко. Без слов.

А я кивнул в ответ. Спокойно.

Старый советник поднялся, звякнув золотой цепью с подвеской в форме весов.

— Совет постановил, — начал он, — что поединок между представителем клана Лунорождённых и принцем Дома Солнцерождённых состоится… немедленно.

Шёпот прошёл по залу.

— Поединок будет проведён на территории зала Совета. Здесь, — продолжал советник, — в пределах круга. Под контролем тринадцати магических печатей.

Он выдержал паузу, а затем выдал главное:

— Условия: строго равные. Без артефактов. Без магических катализаторов. Без клановой силы. Ни Теней, ни Бликов Только вы и церемониальные мечи.

Ну, наконец-то.

Я слабо усмехнулся, повернулся к магистру Салине и с почти театральной лёгкостью развёл руками.

— Что ж, раз уж мы решили устроить спектакль, давайте обойдёмся без спецэффектов, — бросил я весело и вскинул ладонь.

Тень, обычно почти неотделимая от моих ног, замерла… и растворилась. Словно ускользнула в щель между мирами, чтобы не мешать своему носителю вступить в эту абсурдную, но очень театрализованную дуэль.

Плечо как будто потяжелело. Без Тени я был медленнее, уязвимее. Почти как обычный человек. Почти.

Но и Фиор слишком давно привык, что за его спиной стоит солнечное пламя и разряженные вспышки силы. Лишённый их, он был всё тем же избалованным мальчиком, что когда-то запинал щенка за то, что тот испачкал его сапоги.

Советник кивнул в мою сторону.

— Ваш жест принят. Тень отозвана. Клан Солнцерождённых, вы готовы соблюдать равные условия?

Фиор даже не ответил. Только коротко кивнул, стараясь не терять лица.

— Принесите мечи, — распорядился кто-то из магов.

И через несколько минут в зал вошли двое.

Они несли два одинаковых меча на бархатных подушках. Простые, без гравировок, без украшений. Один и тот же сплав. Один и тот же баланс. Смертельно скучное оружие, как и полагается в таких случаях.

Я отметил: средняя длина. Не слишком лёгкие, не слишком тяжёлые. Идеальны, чтобы показать, кто умеет драться, а кто просто любит кричать.

Тем временем мозаичный круг расчищали. Несколько магов вышли и начали чертить руны — одна за другой, в строгой последовательности, чтобы затем поднять защитный барьер и ограничить место для сражения. Вскоре всё было готово.

— В круг, — сказал один из старейшин.

Казалось, все советники и их свита затаили дыхание.

Я шагнул первым. Стук ботинок по мрамору был почти оскорбительно громким.

На другой стороне Фиор вышел почти синхронно. Он двигался иначе. Чуть быстрее, чуть резче. Словно хотел доказать, что ещё способен быть героем собственного мифа.

Мы остановились напротив друг друга. Ровно десять шагов.

Ровно столько нужно, чтобы сблизиться — и убить.

Подошли те же двое с мечами. Один — ко мне. Один — к нему. Мы взяли их одновременно.

Рукоять — чуть шероховатая. Кожа. Металл. Ничего особенного, кроме одного: это было оружие, которому позволено решать судьбы.

Я поднял меч и чуть провернул в руке, словно разминая пальцы. Фиор стоял, как статуя. Взгляд — как у человека, которому обещали корону, а вручили верёвку. Он не улыбался. Уже нет.

И это было почти приятно.

— Совет, — проговорил старейшина, — подтверждает: участники поединка вооружены. Оба согласны с условиями. Начало — по сигналу.

Я вдохнул. Первый раз за последние минуты — по-настоящему.

А потом — выдохнул. Всё остальное перестало существовать.

— Разойтись…

— Тебе стоит поблагодарить нас, — прошипел Фиор, едва старейшина дал команду. — Мы вычистили из тебя всё человеческое. И вот во что ты превратился.

— В бессмертного? — усмехнулся я и шагнул назад.

— Сейчас мы это проверим. Кровь Ночных такая же красная, как у всех остальных. Она будет хорошо смотреться на этом белом мраморе.

На его белом с золотом мундире кровь будет смотреться не хуже. Я отступил еще на пару шагов, до самой границы барьера, ожидая сигнала.

— Начать бой!

Он не стал тянуть.

Первый удар — быстрый, как вспышка. Второй — с подсечкой. Я едва успел уйти в сторону, клинок свистнул у самого живота. Не подставляться. Не давать ему почувствовать мой ритм. Пусть бьёт.

Фиор был силён — не притворно, не номинально. Я множество раз с ним тренировался и знал, на что он способен. В каждом его движении чувствовалась школа. Удары — выверенные, угол атаки — идеален, баланс тела — как по учебнику.

Но он бил так, будто сражался на показ. Ему нужно было не просто победить меня, а сделать это красиво, с пафосом. Чтобы ни у кого в этом зале не осталось сомнений в его правоте.

А я сражался за жизнь.

— Всё ещё надеешься, что они тебя спасут? — бросил он и ударил в левое плечо. Я отбил, чуть наклонился — клинок прошёл над головой.

— Нет, — ответил я. — Надеюсь, что ты ударишь сильнее.

Я сместился влево, обманул полувыпалом, затем дал ему повод поверить, что отступаю — и резко перешёл в атаку. Меч прошёл вдоль его правого бедра, оставив мелкую, но обидную царапину. На рассеченных белых штанах проступило алое пятнышко.

Фиор взвился. Злость захлестнула его. Он пошёл в размен. И это было ошибкой. Он всегда был слишком эмоционален в бою.

Мы сцепились, мечи зазвенели, разошлись, снова ударили. Я чувствовал, как гудят предплечья, как нарастают под кожей сгустки боли и усталости — но не останавливался. Нельзя. Ни секунды.

Он пытался дожать — колющий удар в корпус, переход в диагональ, выпад. Я снова уклонился, перекрутился и нанёс короткий, подлый укол в ребра.

Небольшая кровь — но и этого было достаточно, чтобы он отшатнулся. Каждый такой порез заставлял его нервничать всё сильнее, терять контроль, забываться…